Древние цивилизации Русской равнины - Анатолий Абрашкин

Очень красивая реконструкция! Конечно, для академической общественности это весьма непривычно, но страна Бхарата находилась на Русской равнине. Точно так же, как и Книга Бытия, «Махабхарата» содержит воспоминания ариев о своей северной прародине. И это совершенно естественно. Было бы странно, если бы такого рода фрагменты отсутствовали в эпосе. Другое дело, что академики от науки выносят все географические топонимы за пределы России, но теперь, после открытия русской Трои – Аркаима, стало совершенно очевидно, что делается это умышленно.

В качестве панчалов-агрессоров следует рассматривать потомков свидерцев и аренсбуржцев. Имя «Мафусаил», можно сказать, оказывается «говорящим». Бутовцам-ариям действительно пришлось сражаться. Правда, еще раз подчеркнем, что воевали они с потомками своих отдаленных предков – племенами индоевропейцев.

Имя «Мафусаил» на иврите пишется «Метушелах». Оно составлено из двух частей. Первая, «метуш», несет смысловое значение, вторая, «елах», – просто эпитет, образованный от имени еврейского бога – Элоха. Его значение – «божий». В древнееврейском языке согласные оглушались, поэтому изначальное индоевропейское имя патриарха следует искать среди слов, содержащих «каркас» согласных М-т-с. На память приходит греческое слово «метис» – «мудрость», и оно, по-видимому, вполне применимо к Мафусаилу, так как он жил дольше всех остальных патриархов – целых 969 лет. Но истоки его имени более древние, догреческие. Они восходят к общеиндоевропейскому корню «мат» – «мать». Известен целый «куст» мужских имен с таким корнем – Матиас, Матс, Маттео, Мэтью, Матвей и т. д. Лингвисты возводят их к еврейской первооснове, но это заведомая чепуха! Все они означают «сын Матери», точнее «сын Богоматери» (Маттео, «теос» – «бог» по-гречески), «сын Великой Богини».

Имя патриарха, олицетворявшего данную эпоху, выбиралось не случайно. В связи с этим уместно предположить, что в то время на Русской равнине особое значение приобрел культ Великой Богини. Сам по себе он очень древний. Истоки религиозного почитания женщины археологи относят к нижнему палеолиту (более полумиллиона лет назад). Именно этим временем датируются первые известные кремневые изображения женщин. Начиная с мустьерского периода среднего палеолита (от 100 000 до 40 000 лет назад) над захоронениями стали устанавливать треугольные камни и вырезать на них чашевидные знаки (символическое изображение вульвы). В противовес современным фаллосоподобным обелискам и надгробным камням, их символика была связана с проявлениями женского начала. «На период верхнего палеолита приходится настоящий творческий взрыв – огромный объем наскальной живописи, каменной резьбы и скульптур. Пещеры, в которых можно видеть эти изумительные рисунки и резные изображения животных, были святилищами; там проходили сезонные и инициационные ритуалы и другие обряды, связанные с сакральным циклом бытия. Между 27 000 и 25 000 гг. до н. э. появляются миниатюрные скульптуры разнообразных божеств из камня, рога или кости. Около трех тысяч подобных статуэток было найдено на пространстве между Южной Францией и Центральной Сибирью. <…> Древнейшие из вырезанных на скалах символов, как и изделия из рога и кости, являются прямым следствием глубочайшей веры в Богиню – дарительницу жизни, источник всего сущего, которая, однако, может принимать различные обличия. Начиная с 25 000 г. до н. э. ее изображения уже наделены грудью, вульвой и ягодицами огромного размера: так выделяются зоны излучения ее детородной мощи. Изучение символики палеолитического искусства показывает, что в эту эпоху созидающее божество было именно женским, а не мужским. Более того, во всем палеолитическом искусстве нет ничего, похожего на фигуру Отца. Вынашивание и вскармливание потомства – неважно, растений, животных или людей, – такова первичная модель образа Богини, источника всего» (Гимбутас М. Цивилизация Великой Богини: Мир древней Европы).

Возвышение мужских богов было предопределено социальными процессами внутри рода. Это стало отражением главенствующего положения мужчины и в семье, и в обществе. Указать точное время этого переворота крайне затруднительно. Библия, по существу, с самого начала, с истории Адама и Евы, подчеркивает приоритет мужского начала. Но сам культ Великой Богини, уступив «пальму первенства» и переживая соответствующие новым временам трансформации, не исчез бесследно. В начале неолита это древнее божество превратилось в богиню земледелия, прародительницу и хранительницу всех плодов урожая, в особенности зерна и хлеба. Связь имени патриарха с именем Богини указывает на распространение в Волго-Окском междуречье в данную эпоху земледелия. Иеневцы выращивали пшеницу, ячмень, просо и лен. Специалисты, как правило, предпочитают говорить о южных центрах земледелия, но это не более чем профессиональная уловка, стремление сместить акценты в пользу ближневосточных цивилизаций. Повторим еще раз: культура земледелия – дело рук индоевропейцев, они принесли его в Малую и Переднюю Азию и на Ближний Восток. Эффективному развитию земледелия на Русской равнине в IX—VIII тыс. до н. э. препятствовала повышенная заболоченность почв, обилие озер и до поры до времени доминирование тундры над лесом. Изобретение подсечного земледелия следует приписать населению, проживавшему в лесных краях, то есть племенам Русской равнины.

И еще. Территория России на протяжении тысячелетий выступала одним из важнейших (если не главным) центров почитания Великой Богини-Матери. Доказательство этому весьма необычное, но на все сто наиубедительнейшее. Это русский мат. В своем обстоятельном исследовании «Экспрессивные выражения и культ матери-земли» известный лингвист Б.А. Успенский доказывает, что «по своему первоначальному смыслу матерная брань является не оскорблением, а скорее заклинанием, заклятием, проклятием… Связь матерщины именно с родной матерью человека соответствует соотнесенностью ее с Матерью-Землей или Богородицей, которые находятся к нему в том же отношении, что родная мать. Вместе с тем, в отличие от родной матери отдельного человека, Земля и Богородица воспринимаются как «общая мать». Именно такое восприятие оказывается наиболее актуальным для матерной брани».

Ругаться матерными словами считается предосудительным, прежде всего, потому, что при этом оскорбляется честь матери-земли. Иностранные наблюдатели, посетившие Россию в XVI—XVII веках, специально отмечают, что свойственное европейцам богохульство нехарактерно для русских, но что вместо этого они используют матерные выражения. По словам немецкого дипломата Герберштейна (1486—1566 гг.), русские «в клятвах и ругательствах редко употребляют имя Божие… Общепринятые их ругательства наподобие венгерских…»; и далее приводится (в переводе) матерное выражение, употребительное как у русских, так и у венгров. То же говорит и другой немец, Олеарий (1603—1671 гг.): «При вспышках гнева и ругани они не пользуются слишком, к сожалению, у нас распространенными проклятиями и пожеланиями с именованием священных предметов, посылкою к черту… и т. п. Вместо этого у них употребительны многие постыдные слова и насмешки, которые я никогда не сообщил бы целомудренным ушам, если бы того не требовало историческое повествование». Укорененность мата среди русских свидетельствует также об их глубокой связи с египетской, критской, малоазийской и ближневосточной культурами, где культ Великой Богини был выражен чрезвычайно ярко.

Эра Ламеха: 6—5,2 тыс. лет до н. э.

Помоги мне, мать-земля!

С тишиной меня сосватай!

Глыбы черные деля,

Я стучусь к тебе лопатой.

Ты всему живому – мать,

Ты всему живому – сваха!

Перстень свадебный сыскать

Помоги мне в комьях праха!

В. Брюсов

Имя Ламеx в переводят с еврейского как «могущественный», «сильный». И, характеризуя эпоху, связанную с ним, будем помнить об этом. Но суть имени патриарха, как мы уже не раз убедились, скрыта глубже, в его индоевропейских интерпретациях. Во-первых, на память сразу же приходит русское слово «лемех», так называется сошник у плуга. Он подрезает и вздымает пласт. Опираясь на эту параллель, мы бы перевели имя Ламех как «плугарь» или «пахарь».

На склонах Карпатских гор до сих пор проживает очень немногочисленная этническая общность лемков. Странно и даже несколько смешно звучит данное слово для великорусского уха. Но, несмотря на это, лемки – географически наиболее западная группа восточного славянства, территория компактного проживания которой, Лемковщина, или Лемковская Русь, не принадлежала ни Российской империи, ни Советскому Союзу. Лишь на волне временных военных успехов русской армии в Первую мировую войну было объявлено о вхождении Лемковщины в состав России, однако вследствие неблагоприятных исторических обстоятельств политически соединиться с восточными славянами лемкам так и не было суждено. Вплоть до настоящего времени судьба Лемковщины прочно связана с Польшей. Согласно словарю Брокгауза и Ефрона, «сами себя они называют просто русинами или русняками».