Древние цивилизации Русской равнины - Анатолий Абрашкин

Эра Еноха: 7,4—7 тыс. лет до н. э.

Нет, не Творца Триипостасного

Я именую этим словом

Теперь, вот здесь, когда громовым

Раскатом град наш потрясен;

Тебя! Нас слышащего! Страстного,

Живого Ангела Народа,

Творца страны – с минут восхода

И до конца ее времен…

Имя Енох означает «посвященный». Он слывет одним из наиболее благочестивых патриархов допотопного мира. В Библии дважды говорится о том, что «ходил Енох пред Богом» (Бытие V; 22, 24). Апостол Павел в Послании евреям толкует это выражение так: «Верою Енох переселен был так, что не видел смерти; и не стало его, потому что Бог переселил его. Ибо прежде переселения своего получил он свидетельство, что угодил Богу». В Христианской Церкви сохраняется общее верование, что Енох снова придет на землю, чтобы уплатить свой долг природе, то есть умереть. Вместе с пророком Илией он всегда и всюду признавался одним из двух свидетелей (Апокалипсис XI, 3), которые по окончании своего свидетельства будут убиты зверем, выходящим из бездны. Древние иудеи и арабские писатели считали Еноха, к которому прилагали эпитет ученого, изобретателем письменности, арифметики и астрономии.

В отличие от других патриархов, Енох прожил недолго. Но его пребывание на земле оставило такой яркий след, что стоит поискать его влияние в культуре других народов. Помня, что в еврейской письменности гласные отсутствовали, будем искать параллели образа Еноха по созвучию имен. Первое, что приходит на память, – это древнерусский Аника-воин. Песня о нем была одной из наиболее популярных баллад. В ней богатырь встречается и разговаривает со смертью, предстающей в виде Чуда с головою человеческой с волосами до пояса, туловищем звериным, а ногами лошадиными. Справится с таким кентавром ему не под силу, а просьбы хотя бы о небольшой отсрочке чудище оставляет без внимания. Этот сюжет является очевидным развитием библейской истории Еноха, правда, судьба его героя оказывается принципиально другой. Он переживает трагедию личного апокалипсиса, кентавр и есть тот самый зверь из бездны, который несет ему гибель. Но баллада об Анике весьма отдаленный отзвук истории Еноха, и стоит обратиться к более древним по времени возникновения персонажам.

Об одном из них – шумеро-аккадском боге Энки – речь уже шла. Обращение к месопотамским мифам более чем оправдано, поскольку именно в Двуречье писались начальные главы Книги Бытия. Энки – хозяин подземного мирового океана пресных подземных вод, а также поверхностных земных вод, бог мудрости и заклинаний, хранитель основ цивилизации и мирового порядка, владыка божественных сил «ме», изобретатель садоводства, огородничества, льноводства, медицинских трав. Он – создатель людей, скота и зерна, орудий труда: плуга, мотыги и формы для кирпича.

Но давайте задумаемся, о каком океане пресных вод можно говорить жителям Двуречья? Ничего подобного в окрестности Тигра и Евфрата никогда не было. А вот северянам-европейцам немудрено было придумать такого бога. В послеледниковье Русская равнина покрылась густой сетью озер, а на юго-востоке ее существовал огромный пресноводный водоем (Евразийский океан – см. главу 5). Его как раз и переплывала команда Ноя на своем пути в Азию. Очевидно, что образ Энки напитан северными реминисценциями. Выходцы с Русской равнины, перебравшись на земли Месопотамии, принесли сюда и воспоминания о великом герое северной цивилизации. Новым поколениям индоевропейцев и автохтонному населению Месопотамии он, однако, предстал уже в образе божества. То есть, подобно Еноху, был избран Всевышним для вечной жизни. Примечательно, что владеет Энки как реками верхнего, так и нижнего миров, выступая в представлениях индоевропейцев в качестве хранителя и рая, и ада. Это обстоятельство подчеркивает его особый статус в мире богов, как ведающего делами жизни и смерти.

Первые сведения об Энки относятся к середине III тыс. до н. э. О его северном происхождении, думается, к тому времени уже мало кто помнил. Но наступил черед сказать об этом. Деяния Энки – это переложение подвигов Еноха, совершенных в конце VIII тыс. до н. э. на территории Русской равнины. К этому времени следует отнести возрождение земледельческой культуры северян, чему способствовали не только их знания и трудолюбие, но и освобождение части земли от вод.

Обращение к шумерской мифологии позволяет прояснить также и «путаницу» в параллельных родословных патриархов. В них Енох и Малелеил меняются местами. Если в первой родословной Енох назван внуком Малелеила, то во второй он уже выступает его дедом. Конечно, тут могла вклиниться и случайность, «опечатка», но тем более желательно понять ее причину. Энки называют владыкой божественных сил «ме». Это могущественные таинственные силы, управляющие миром, всеми божественными институтами. Считалось, что силами «ме» могли обладать города и храмы, они могли покидать их обладателя, воплощаться в предметном виде, сохраняя при этом свои незримые свойства. Для шумерологов этимология этого слова неясна. Руководствуясь смысловыми ассоциациями, его переводят как «сущности», «сути». Но это не более чем предположение. Для специалистов ясно, что слово это не шумерское, а сказать, что следует обратиться к индоевропейской лексике, они не решаются. А между тем, загадочное «ме» – это «имя», неведомая сила, управляющая судьбами его обладателей. Имя отражает сущность предмета, но это не одно и то же.

Энки – создатель людей, но первопредком иранцев (арийцев) был Йима, скандинавов – Имир. Имя – первое, что получает человек при рождении, оно служит его оберегом и, по мысли мистиков, определяет его судьбу. Перемена имени влечет изменения в будущей жизни. Еврейское слово «Малелеил» можно переводить как «прославляющий имя», «славящий силу «ме». Но тогда и Энки-Еноха, обладателя этой силы, можно назвать Малелеилом. Итак, причина перестановки имен прояснилась. Составители второй родословной переставили их, руководствуясь их родством с именем шумерского бога Энки.

А теперь о другом двойнике Еноха, обнаруживаемом уже на почве арийской мифологии. Ангирас – в ведийской и индуистской мифологии великий риши (то есть мудрец, провидец), посредник между богами и людьми, родоначальник класса полубогов ангирасов. Ангирас – один из десяти прародителей человечества. Енох тоже один из десяти библейских патриархов, проживавших на Русской равнине. Имя Ангирас можно прочитать как Ангириши. При этом его родство с именами Еноха и Энки становится очевидным. Если Енох – смертный, вознесенный в ранг богов, Энки – божество, то Ангирас – полубог, посредник между земным и божественным мирами. Прослеживается, таким образом, последовательное развитие образа северного героя с течением времени: смертный у ранних индоевропейцев – полубог у ариев – бог у шумеров. Книга Бытия сохранила самый ранний вариант мифа, но присутствующая там информация крайне скудна. Лишь обращение к шумерской и ведийской мифологии позволяет извлечь дополнительные сведения о Енохе.

И еще раз возвратимся к имени. Енох – имя, записанное евреями при составлении Библии. Арийский вариант имени патриарха следует признать более древним, чем еврейский или шумерский: все-таки арии жили на севере, а не шумеры с евреями. Анги – имя, на первый взгляд, странное и непонятное, но все проясняется, если только вспомнить, что оно созвучно названиям реки Онега и Онежского озера. Топонимы Русской равнины хранят имя героя, которого индоевропейская традиция прославляет в течение многих тысячелетий: Онега! Будучи перенесено в южные страны, оно несколько изменилось, превратившись в Ангираса, Энки и Еноха, да и в русской народной культуре было переделано в Анику. Согласные оглушались, а гласные в разных языках добавлялись свои. В общем, идея взаимосвязи всех упомянутых нами героев настолько красива, что не может быть неправильной. Вместе с тем, похоже, мы можем назвать и край, где жил легендарный Енох. Это Русский Север – край, где арии наблюдали полярные сияния и создавали свои удивительные мифы.

Нам остается только прояснить значение имени Онега. Оно состоит из двух частей, двух индоевропейских слов, обозначавших еще в доарийскую эпоху (до эпохи Ангираса) высшее божество. Одно из имен верховного бога было «Он», русские и сегодня иногда используют его, указывая на некое высшее начало. Вторая часть – «Его». Оно родственно именам верховного скандинавского бога Игга (другое имя Одина) и великой богини Яги (Бабы-Яги). По-латыни оно означает просто «Я», а в современном русском языке – родительный и винительный падежи от «Он». По-другому, Онега – это «великий-превеликий», «божественный в квадрате». Совершенно уместная характеристика для смертного, ставшего равным Богу. Кстати, напомним, что ранее точно такое же значение мы приписали имени Энки, увидев в нем также сочетание тех же имен (фонетические параллели корней «эн» – «ан» и «ки» – «игг», «его» очевидны). Таким образом, форма «Энки» возникла как развитие имени «Анги».