Если босс – дикарь. Правила выживания - Ирина Чарова

всей дури таранит ребра, будто желая скорей упасть к ногам любимой.

Внутри просыпается просто бешеное, животное желание сделать девчонку своей.

Всему миру объявить – "моё! ".

Но, подъезжая к отелю, я понимаю, что сейчас способен только на стремительную атаку её пальца и моментальную консумацию наших брачных договоренностей.

А Ира, она ведь такая нежная малышка…

Маленький, пугливый ёж.

Чуть замедляюсь, сбрасывая скорость.

Да она ведь даже целоваться толком не умеет! И нужно быть абсолютным идиотом, чтобы не понять – всё остальное ей тоже в новинку.

Девственница.

Но этот, сука, факт, как на зло, совсем не приводит в чувства.

Я завожусь еще сильнее, представляя, как познакомлю свою девочку с этими новыми, сладкими ощущениями.

Как присвою её себе и буду жадно упиваться каждым стоном, каждым робким движением мне на встречу…

Шумно выдыхаю.

И резко останавливаюсь у кофейни напротив отеля, чтобы хоть немного прийти в себя, очеловечив свои звериные порывы.

Встаю на единственное свободное место.

Точнее, пытаюсь встать.

– Вот же мудила…

Какой-то придирок на арендованной тачке даже не смог нормально припарковаться.

И теперь я щедро матерю неизвестного с головы до ног, пытаясь пристроиться рядом.

Немного помогает отвлечься.

Выйдя из авто, оглядываюсь на отель, где, раскинувшись звездочкой, блаженно сопит моё чудо.

И улыбаюсь.

Хороший сегодня все-таки день…

Поднимаясь по ступеням, прохожу внутрь, чтобы взять кофе, но в дверях неожиданно сталкиваюсь со своим главным конкурентом и соперником за проект Аверина.

– Алихабов! Вот так встреча, дружище.

Глава 42

– Ну, здорово, Матвей Палыч – жму протянутую руку.

Тихомиров – парень нормальный.

И хоть он наш главный конкурент, мы всегда умудрялись поддерживать деловой нейтралитет.

– Эй, мужик! – следом зову бармена. – Трепло свой сделай мне , ладно?

– Эспрессо трипло, Заман Исхарович? – переспрашивает парнишка в модной кепочке.

Серьги в ушах, сам – сплошь в наколках, еще и бороду отпустил.

Колоритная нынче молодёжь, однако…

– Оно – киваю я .

И, хлопнув конкурента по плечу, завожу его внутрь.

– Матвей Палыч, ты че будешь?

– Да спасибо, Заман, я уже выпил. Как раз на деловой встрече был.

– Нет. Так не пойдет…Я че, один пить буду? Мужик! – снова пробасил я, выравнивая по стойке "смирно" всех гостей.

После болезни голос у меня, конечно, отменный.

– Еще один трепло моему товарищу организуй! Добро?

– Слушаюсь, генерал! – бодро отзывается парнишка, отдавая честь.

То-то же…

– Ну что, Палыч – присаживаясь в кресло, снова переключаюсь на своего конкурента – Задница-то уже в мыле? Работа кипит, да?

– Стараемся, Заман – отзывается скромно.

А у самого морда до крайней степени довольная.

Видимо, этот наивный хрен панирует меня уделать.

Но тут – пардон.

Я в работе своей Ирины уверен на все сто процентов.

Пока болтаю с Тихомировым о нашей общей сфере деятельности, краем глаза смотрю на арендованную тачку, которая выезжает с парковки.

Слежу за тем, как она медленно пытается протиснуться, не задев мою ласточку.

Если за рулем женщина – царапину прощу.

Мужика – сразу догоню и угрохаю.

Это ж мой новогодний подарок, как никак, а я – человек до крайней степени сентиментальный.

Пытаюсь разглядеть, что за половая разновидность чайника за рулём, но автомобиль уже скрывается на дороге.

Не задел.

Еще немного поболтав с Тихомировым, допиваю кофе и выхожу на улицу.

А в голове, между тем, стоп-кадром вспыхивает мысль.

Саркисов на такой же тачке ездит.

Кстати о Саркисове…

Я ведь совсем забыл про этот гонорейный хрен…

Паркуясь у отеля, набираю свою секретаршу.

– Нина! Оформи Саркисова на увольнение. С Аверина его снимаю. Толку от него уже нет.

Четыре его проекта полетели в топку.

Держать его и дальше – никакого смысла не вижу.

Я хотел уволить его раньше, но понимал, что так оттолкну от себя Иру, которая могла посчитать, что я делаю это из ревности.

– Ой, Заман Исхарович, – лепечет Нина – а я как раз хотела вам написать. Он сегодня сам заявление на увольнение оформил и вышел на больничный. И еще, Антонова отпросилась по делам…

– Ниночка, по каким, мать вашу, делам?! Вы без меня совсем заскучали, я посмотрю?

– Заман Исхарович…

– Хорош! – командую, не желая слушать оправдания – Саркисова уволь. И впредь, чтобы дела в рабочее время согласовывали со мной. Ясно?

– Все поняла!

Сбрасываю звонок.

И, проверив на месте ли кольцо, шурую к отелю, моментально забывая про всех этих бестолочей.

По пути захожу в ресторан.

Договариваюсь о меню, бронирую лучшую, стеклянную зону и прошу организовать нам музыкантов.

Сегодня хочу всё сделать, как полагается.

Поедим, потанцуем, встану на колено, надену кольцо…

Когда захожу в номер, с предвкушением оглядываюсь в поисках своей мелкой, чувствуя, как поднимается в груди непривычное волнение, смешанное с возбуждением.

Как пацан, ей богу…

Впервые до такого докатился.

Когда надеть девушке кольцо хочется так же сильно – как с ней переспать.

Зову Иру – не отзывается.

Прохожу в спальню, хмуро разглядываю аккуратно заправленную постель…

И при мысли о том, что девчонка ушла с моей территории, моментально зверею.

Ну, Ира! Ну, погоди…

Все равно ведь назад притащу.

Рассерженный, перехожу из комнаты в комнату, оглядываю гостиную, заглядываю в гардеробную....

И оп!

Бомба обезврежена.

Как будто резко перерезали нужный повод и опасное тиканье, отсчитывающее секунды до взрыва, прекратилось.

Девчонка стоит ко мне спиной, замотанная в одно только белоснежное полотенце.

В ушах явно наушники, так что мое появление остается незамеченным.

Открыв дверцу шкафа, она ныряет внутрь и начинает крутить попой из стороны в сторону.

– Держи-держи… – доносится веселое из глубины шкафа. – Руку мою держи… Что хочешь – скажи. Получишь…Ага! Держи!

Ох ты ж.

Певунья…

Еще и вещи такие правильные поёт.

Про руку свою. Прямо как чувствует!

У нас с ней, видимо, уже образовалась ментальная связь.

Облокотившись о дверной косяк, поначалу с усмешкой наблюдаю за её концертом, но очень скоро мне становится не до смеха.

И в голове вспыхивают уж очень развратные картинки того, что еще нужно держать, а что – получать.

Фантазия у меня хорошая.

И я уже жру глазами идеальные, стройные ножки и упругую попку, которая рисует ритмичные круги в воздухе, так и напрашиваясь на пару шлепков.

Меня начинает лихорадить…

Хлеще чем от сорокоградусной температуры.

Хочу эту девчонку.

В постель, в жизнь, всецело…

Как никого никогда не хотел.

До напряжения в каждом нерве, до громкой, болезненной пульсации в висках и до какой-то нереальной тахикардии, от которой дыхание спирает к чертям.

Хочу телом, разумом, взбесившимся сердцем и каждой