Как влюбить дракона - Полина Вечерница

Адайн, размешивая в кубке знакомую уже жидкость с ароматом липы. — Когда проснёшься, меня здесь скорее всего не будет.

— Оставишь меня на растерзание заговорщикам, — произнесла Лика, удивляясь краем сознания, насколько её не трогают собственные же слова.

— Я пришлю Мильхельма и Клариту и ещё двоих драконов им на смену. После отъезда Льюэллина в Мадхаву у нас вакантна должность посла в Ардаре. Эти пары прекрасно совместят обязанности консулов и твоих телохранителей. Им я доверяю. — Адайн протянул тяжёлый стеклянный кубок, инкрустированный серебром. — Кроме того, все они давно женаты, уже наигрались в супружество и рвутся в бой.

— Предстоит бой? — бесцветным голосом уточнила Лика, принимая питьё.

— Ну вряд ли Эрик отступится, — нахмурился Адайн.

— Эрик… до сих пор не верю, — прошептала Лика. — Значит ничего не закончилось?

— Я бы сказал, ваше противостояние снова перешло в скрытую фазу.

— Наше противостояние… Когда оно вообще началось? — девушка вгляделась в дно кубка, где зеркально блестела прозрачная жидкость, будто пытаясь найти там ответ.

Адайн пожал плечами:

— Возможно, когда Риамонт принял решение захватить Ардар? Или при заключении мирного договора? Но скорее всего, в день, когда ты родилась.

— В день, когда я родилась? Я? Младенец?.. Девочка? — горько усмехнулась Лика.

— В королевских династиях всегда так, — вздохнул Адайн. — Однако теперь ты законная и всеми признанная королева. Вряд ли Риамонт отважится на открытые действия. Но ты не беспокойся, что бы ни задумал Эрик, с двумя парами моих драконов ты будешь в безопасности. Драконы и от нападения защитят, и яды распознают, и за придворными присмотрят. В общем, станут твоими духами-хранителями и гарантами власти.

— Я недолго буду править, — Лика залпом осушила кубок.

«Потому что не справлюсь. Очень быстро все поймут, что из меня такая же королева, как из рыночной торговки. Впрочем, даже торговка справилась бы лучше, она хотя бы умеет управлять лавкой. А я? Что умею и знаю я?»

— Они… найдут мне партию, — проговорила новоявленная королева, еле ворочая языком. — Или найдут лазейку и… устранят. Сами.

— Тебе решать, Лика, — донёсся до сознания размывающийся голос Адайна, а вместо расписного потолка перед глазами начали проявляться каменные своды пещеры. — У тебя получится. Ты ещё будешь счастливой… — раздалось гулкое эхо.

— Хм, — фыркнула Лика во сне, — кто бы говорил.

Оказавшись в знакомой уже пещере, она подобрала обгорелые полы платья и побрела вдоль тёмного каменного коридора, не зная и не понимая, куда ей теперь идти. А главное, зачем?

Льюэллин

Занималось утро, а они всё ещё сидели на коврах и подушках, разложенных у большого костра, разговаривали и пили чай.

«Почти по-семейному,» — внутренне усмехнулся Льюэллин, которого уже начали утомлять словесные выверты Брянкиного отца.

Естественно, привал слуги падишаха устроили на приличном расстоянии от места взрыва кареты. Если точнее, в часе езды. И всё одно — в воздухе по-прежнему чувствовался запах гари. Возможно, поэтому участники разговора нет-нет, да и возвращались мыслями к трагедии, омрачившей тёплую мадхавскую ночь.

— Будьте откровенны хотя бы сейчас, — Льюэллин опустил взгляд на Брянку, которая давно заснула, устроившись в подушках, разложенных между драконом и отцом. — Принцессы Мадхавы всегда были разменной монетой, но разве этого вы хотите для единственной дочери?

Бриджеш Нидуза крякнули и подобрал под себя крепкие ноги, обтянутые жёлтыми шароварами:

— Странно слышать сие от иностранного посла, — надул он полные губы. — Вы прекрасно знаете: Мадхаву, как и любому королевству, нужны верные союзники. А брак — единственное средство укрепить государство. С гарантией и без осложнений.

— Насчёт гарантий и осложнений я бы поспорил, — тонко улыбнулся Льюэллин, — уж поверьте опытному послу.

— Опытному, — крякнул падишах, пристально вглядываясь в лицо дракона маленькими блестящими глазками. — Вам далеко не 20… И даже не 30.

— Вы снова увиливаете.

— Вовсе нет. Вы сгустили краски, я попытался объяснить: всё не так мрачно.

— Что ж, раз Брянка для вас — товар, назовите цену, — Льюэллин решительно отставил пиалу с чаем на золотой поднос с ножками, выполняющий роль походного столика.

— Мне не послышалось? — почему-то улыбнулся Бриджеш. — Вы смеете оскорблять мою дочь?

— О нет, ваше величество, всё не так мрачно, — как ни в чём ни бывало ответил Льюэллин. — Мы любим друг друга. Выдавать её замуж за приграничного варвара — полное безумие, вы явно…

— Полное безумие — выдавать её в Грайгцур. Не знаю, что вы там у себя прячете, но отдавать дочь без шанса увидеть снова, без…

— Вы и так не видели её годами. Что же изменилось?

— Будь моя воля, она ни дня не жила бы в Ардаре! — на лбу падишаха выступила испарина.

— Согласен, ардарцы поступили гнусно. Но теперь всё уже позади. Вернув вам дочерей, Уиллард Морриган ясно дал понять: времена изменились, он больше не сомневается в вашей преданности и хочет строить отношения на принципах взаимной выгоды. А насчёт Грайгцура: мне не обязательно возвращаться туда, значит…

— Уиллард Морриган… — Бриджеш устало закрыл глаза, вытирая лоб ладошкой.

— Что, Уиллард Морриган? — что-то в интонации короля юга заставило Льюэллина насторожиться.

— Ничего, — Бриджеш будто отбросил какую-то мысль.

— Что?.. Думаете, Ардар как-то причастен к взрыву?

— Уже поздно. Нам пора продолжить дорогу. Брянка, просыпайся, поедешь со мной, — падишах протянул руку к смуглому плечику принцессы.

— Бриджеш, погодите, — остановил его Льюэллин и перешёл на шёпот. — Взорвалась карета Брянки. Кто бы ни стоял за этим, очевидно, ей угрожает опасность.

— До Мукеша осталось два дня.

— Может будет лучше, если сегодня она поедет со мной? Собьём с толку преступников.

— Принцессе ничего не угрожает, — ответил упрямо Нидуза. — Брянка! — и вцепился в плечо несчастной девушки так, что она вскрикнула при пробуждении.

Всё это производило гнетущее впечатление. Оставшись один в своей карете, Льюэллин снова и снова прокручивал в памяти странные фразы Бриджеша и не менее странные реакции на тему взрыва и Ардара.

«Насчёт короля Ардара он вообще многое умолчал. Что-то происходит… И может к лучшему, что Брянка сегодня не со мной?» — рука потянулась к горловине рубашки, под которой пряталась бусина связи.

— Адайн, — прошептал Льюэллин в бусину, — можешь говорить? Тут такое произошло.

— Могу, — послышалось из бусины. — Однако вряд ли твоя новость окажется более важной, чем убийство Уилларда Морригана, смерть короля Риамонта, притязания на ардарский трон принца Эрика и коронация Ликарии.

35

Лика

Среди ночи Лика проснулась в холодном поту.

— Адайн?

— Я здесь, — отозвался дракон, сидящий в кресле, которое теперь стояло близко к кровати.

В первую секунду Лика облегчённо выдохнула. Но на неё тут же обрушились невыносимые мысли и воспоминания о событиях прошлой ночи.

— Я не могу… — прошептала она сдавленным голосом, не в