Самый лучший враг - Дмитрий Емец

Продолжая осматривать зал, Арей обнаружил еще несколько личностей, которые не вызывали у него доверия. Например, вот этот простодушный парень, стоящий у дверей с охапкой одежды в руках, вроде чей-то слуга, но почему-то забыл снять с запястья браслет стоимостью эдак тысячу годовых жалований слуги. Видать, долго копить пришлось. Или та молчаливая компания за дальним столом. С виду погонщики мулов, но отчего-то огонь ближайшего факела упорно отворачивается от их плащей, точно его что-то пугает.

«Похоже, скоро тут будет весело», – озабоченно подумал мечник.

Пелька уже жадно ела мясо руками. Арею никогда не приходилось видеть таких голодных девчонок. Сам барон мрака не ел. Его не покидало стойкое ощущение опасности. Чутье подсказывало, что у хозяина трактира сегодня будет много уборки.

Разудалый усач с золотой цепью на шее поднялся, опираясь на стол. Его сильно шатало.

– Пойду схожу проветриться! Подождите меня, девушки! Никуда не уходите! – с хохотом сообщил он своим спутницам и, придерживая болтавшийся на боку короткий меч, направился к выходу. Арей заметил, как за ним скользнула неприметная сероватая тень, до того тихо сидевшая в углу.

«Ну всё, – подумал он. – Девушкам придется ждать его не просто долго, а вообще до старости. Только, сдается мне, они не из тех, кто долго страдает».

Однако, к его удивлению, не прошло и двух минут, как усач вернулся. Шатался он уже гораздо меньше. Арей озадаченно сдвинул брови и, готовый признать, что оказался не прав, хотел отвернуться. Но напоследок случайно взглянул на меч усача. По всем признакам это был тот же самый меч, но почему-то не звякал в ножнах, как это происходило, когда усач шел к выходу. Хмурясь, Арей скользнул взглядом по шнуркам на его камзоле и едва заметно кивнул, найдя подтверждение своим подозрениям.

– Все ясно: оборотень, – произнес он вполголоса.

– Чего? – отозвалась Пелька, переставая жадно заглатывать мясо.

– Оборотень, – повторил Арей, – не может превратиться во что-то отдельное от него. Спорю, этот меч нельзя вытащить из ножен, потому что меч, равно как и его ножны, это часть оборотня. И одежда тоже часть оборотня. Взгляни на шнуровку. Осторожно, не пялься так явно. Эти шнурки невозможно расшнуровать. Они составляют с камзолом одно целое. Будь у оборотня больше времени, он раздел бы свою добычу догола и переоделся бы в ее одежду. Но, видно, времени у него не нашлось даже на то, чтобы снять меч.

– Значит, настоящий усач…

– Да. В мире живых его искать больше не стоит. Однако, учитывая свойства здешних почв, шанс встретиться с ним все же существует! – заметил Арей.

Бородач, спящий на лавке напротив, открыл один глаз, затем сладко причмокнул губами и подложил под щеку могучую ладонь.

Продолжая следить за оборотнем, барон мрака заметил, что, вернувшись к своему столику, тот сменил место и пересел между двумя поджарыми тартарианцами, ободряюще похлопав их по плечам. Оба покосились на него, но сдержались.

«Вот это уже интересно», – подумал Арей.

Две странные дамы перестали есть. Мощная особа, сохраняя плаксивое выражение лица, брезгливо вытирала салфеткой жирные руки. На мясо в тарелке она теперь смотрела почти с ужасом, точно мысленно восклицая: «Неужели я это ела?! Какой ужас!» Закончив вытирать пальцы, она извлекла из-под стола меч, комбинированный с боевой плетью, напоминавший китайский цзяньбянь, и скромненько положила его перед собой на стол. Глядя на затертую рукоять меча-плети, у Арея сложилось впечатление, что мощная особа хорошо представляет, как эту штуку можно использовать.

Орлиноносая дожевала последнюю фасолину и опустила закрывающиеся стеклышки очков. Причем стеклышки оказались не только толстыми и выпуклыми, но и синими. Рыжая девушка, развлекавшая разбойников, внезапно оборвала разудалую песню и сменила ее на что-то отрывистое, гортанное, да еще и исполнявшееся почему-то на всеобщем языке. Разбойники удивились было и стали требовать, чтобы она допела ту первую, но девушка упорно продолжала новую песню – и они вдруг затихли, уставившись на нее стеклянными глазами.

Четверка погонщиков мулов разом поднялась и, что-то пряча под плащами, стала рассредотачиваться по залу, выдерживая дистанцию, какая нужна для работы длинным мечом. Парень с дорогим браслетом уронил ворох одежды, и Арей увидел на нем нагрудник с тремя рядами тесно висящих метательных ножей. Ножи находились каждый в своем кожаном кармашке и висели так тесно, что могли служить дополнительным доспехом.

«Похоже, девчонке так и не дадут доесть!» – подумал Арей и под столом тронул ногу Пельки.

– Слушай! – сказал он. – Оглянись вправо… Незаметно… Видишь у стены сундук? Под ним большая щель. Ты заберешься туда и будешь сидеть тихо. И не высовывайся, что бы ни происходило снаружи. Ты все поняла? Уши заткнешь пальцами. Сделай это обязательно!

Он почувствовал, что Пелька вздрогнула.

– Да, – сказала она, и Арей испытал облечение. Девчонка соображает быстро. Будь все иначе, не выжить бы ей на Запретных землях.

– Отлично, – одобрил мечник. – Тогда лезь прямо сейчас.

– А если кто-то увидит, как я лезу, и попытается остановить?

– Мнение покойников меня не интересует, – сказал Арей.

Пелька локтем столкнула со стола нож, полезла его поднимать и обратно уже не вернулась. А еще немного погодя Арей увидел, как шевельнулся сундук, и определил, что девчонка уже на месте.

Произошло все более чем вовремя. Секунду спустя один из разбойников, притворявшийся купцом, упал лицом на стол. В спине у него торчал метательный нож. Одновременно с этим четверка погонщиков мулов извлекла мечи. На изнанке их распахнувшихся плащей Арей разглядел символ глаза.

– Охотники за глазами… какая встреча! – пробормотал барон мрака.

Двое тартарианцев, сидевших вокруг разудалого усача, вскочили, собираясь присоединиться к четверке, но оборотень с восклицанием «Куда же вы, ребята?» схватил их за цепи дархов и с силой рванул дархи друг к другу. Соприкоснувшиеся сосульки мгновенно сцепились. Тартарианцы зарычали от боли. Расплестись они уже не успели. Оборотень прикончил их двумя короткими трехгранными кинжалами, причем удары наносил, что оценил Арей, прямо сквозь сосульки дархов, что делало их неотразимыми.

Когда началась свара, хозяин трактира сделал две равномудрые вещи. Первая – свистнув, позвал циклопов и вторая – исчез под массивной стойкой. Туда же к нему перемахнули и официантки. Причем полуфее в приступе ужаса удалось взлететь, что она, видимо, сделала впервые в жизни.

Парень у входа метал ножи не просто быстро, а чудовищно быстро. Вскоре к жертвам его искусства присоединился и второй разбойник, поймавший грудью сразу два ножа. Рыжая девушка, укрывшаяся под столом, выдала голосом очень высокий звук, похожий на звон разбившегося бокала. Подчиняясь ему, все оставшиеся в живых разбойники, вооружившись кто чем смог, обрушились на четырех стражей в огнеупорных плащах. Увы, для разбойников это закончилось плохо. Не прошло и десяти секунд, как последний из них упал, до пояса разваленный мощнейшим ударом.

Могучая дама, схватив за ножки тяжеленный стол и прикрываясь им, как щитом, устремилась на метателя ножей. Сблизилась, швырнула в него столом и, раньше, чем он выбрался, прикончила его ударом меча-плети. Ее очкастая подруга тоже не теряла времени даром. Вскинув руки, она обстреляла стражей градом красных и зеленых искр. Арей, знавший кое-что о магии, не понимал, как такое возможно. Почему ее перстень до сих пор не расплавился? Когда успевает перезаряжаться? Откуда в нем столько магии? Лишь пару секунд спустя он разглядел, что перстней у горбоносой дамы целых восемь. Каждый выброс искры сопровождался ослепляющей вспышкой. Так вот для чего нужны были очки с синими стеклами!

Стражу мрака не повредишь магической искрой, но всё же боль они причиняют сильнейшую. Тут же искр было множество. Охотники за глазами запахнулись в плащи. Плащи шипели, вскипая в тех местах, куда попадала искра.

Рыжая девушка закричала и, подбежав к горбоносой даме, схватила ее за запястье.

– Что ты делаешь? Это же Запретные земли! Здесь этого нельзя! – закричала она.

И правда, пол трактира уже начал дрожать. Добрый десяток молний ударил в землю вокруг башни. По огромному глиняному кувшину пробежала трещина, и он развалился надвое. Все вокруг заходило ходуном. К счастью, «Топор и плаха» был построен не для того, чтобы разваливаться при первом же ударе. Он хоть и сотрясался, но все же разрушение ему явно не грозило.

Битва была в самом разгаре. С одной стороны сражались охотники за глазами, с другой – оборотень-усач, громадная дама с мечом-плетью, ее горбоносая спутница и рыжая девушка. Рыжая выдавала голосом такие атакующие трели, что к ней никто не приближался. Несколько раз, начиная вслушиваться в слова ее песни, Арей испытывал сильное желание броситься с мечом на четверку, как до него это сделали погибшие разбойники. И не только он один поддавался магии голоса. Даже толстая полуфея, высунувшись из-за стойки, пальнула в охотников за глазами из арбалета, после чего вновь скрылась.