Моя до полуночи - Лиза Клейпас

Амелия стала вспоминать о горячих вещах – горячем чае, шерстяной шали, горячей ванне, о завернутом во фланелевую тряпку горячем кирпиче из камина – и незаметно согрелась и заснула.

Но ее сны были беспокойными. Она спорила с какими-то людьми о чем-то неприятном и все время ворочалась с боку на бок.

Потом она услышала голос… Ее звала Поппи, все громче и громче:

– Амелия. Амелия!

Амелия приподнялась на локтях, спросонья ничего не понимая. Возле ее постели стояла Поппи.

– Что такое? – промямлила Амелия, откидывая с лица волосы.

– По-моему, пахнет дымом, – сказала Поппи.

Даже если Поппи просто почудилось, такие подозрения нельзя было оставить без внимания. Где бы человек ни жил, огонь всегда представляет опасность. Он может начаться, где и когда угодно, – от перевернувшейся свечки, от масляной лампы, от искр из камина или от тлеющих в печке углей. А пожар в таком старом доме, как этот, будет просто катастрофой.

Выбравшись из постели, Амелия сунула ноги в тапочки и накинула шаль. Взявшись за руки, сестры вышли из темной комнаты.

На верху лестницы Амелия принюхалась, но не почувствовала ничего, кроме обычного запаха хозяйственного мыла, воска, пыли и лампового масла.

– Я не чувствую дыма.

– Твой нос еще не проснулся. Вдохни еще раз.

На этот раз она действительно уловила запах чего-то горящего. Ее охватила паника. Она подумала о Лео, о фонаре, о пламени… И сразу поняла, что случилось.

– Меррипен! – крикнула она, да так громко и отчаянно, что Поппи вздрогнула. Амелия схватила ее за руку. – Найди Меррипена. Разбуди всех, кричи как можно громче.

Поппи побежала в сторону спальни сестер, а Амелия бросилась вниз по лестнице. Под дверью гостиной была видна яркая полоска света.

– Лео! – Она рывком открыла дверь и отпрянула, потому что на нее дохнуло огнем, как из топки. Одна стена была объята пламенем, и огонь поднимался все выше. Сквозь дым она увидела на полу тело Лео. Амелия подбежала к нему и так рванула за складки рубашки, что ткань разорвалась. – Лео, вставай! Сейчас же вставай! – Но Лео был без чувств.

Амелия трясла и тащила брата, умоляя его прийти в себя. Слезы текли по ее щекам. Потом появился Меррипен. Не слишком вежливо оттолкнув Амелию, он поднял Лео и перекинул его через плечо.

– Идите за мной. Девочки уже вышли из дома.

– Я тоже сейчас выйду, но мне надо подняться наверх и кое-что взять…

– Нет.

– Но у нас нет никакой одежды, все сгорит…

– Уходите!

Поскольку Меррипен за все годы, что они знали друг друга, ни разу не повысил на нее голос, Амелия поняла, что надо его послушаться. От дыма у нее слезились глаза даже тогда, когда они вышли на дорожку перед домом Уин и Поппи пытались растормошить Лео и заставить его сесть. Так же, как Амелия, девочки были в ночных рубашках, тапочках и шалях.

– А где Беатрикс?

В то же мгновение зазвонил колокол.

– Я приказала ей звонить, – сказала Уин. – Звон привлечет на помощь соседей и жителей деревни, хотя к тому времени, когда они до нас доберутся, Рамзи-Хаус скорее всего уже будет весь объят пламенем.

Меррипен отправился в конюшню, чтобы вывести лошадь на тот случай, если огонь перекинется и туда.

– Что происходит? – услышала Амелия хриплый голос Лео. Но прежде чем кто-то мог ему ответить, он зашелся в приступе кашля. Уин и Поппи хлопотали вокруг брата, но Амелия, плотнее укутавшись в шаль, стояла в стороне от них.

Горечь, ярость и страх – вот какие чувства она испытывала. Она не сомневалась, что пожар начался из-за Лео, что он лишил их дома и чуть было не убил всю семью. Она еще долго будет собираться с силами, чтобы заговорить с ним – с некогда любимым братом, превратившимся в совершенно другого человека.

Теперь Лео почти не за что было любить, разве что только жалеть. Он стал опасен не только для самого себя, но и для своей семьи. Им всем будет лучше без него, думала Амелия. Правда, если он умрет, титул либо перейдет к какому-нибудь дальнему родственнику, либо его срок окончательно истечет, и тогда они останутся вообще безо всяких средств к существованию.

Наблюдая за тем, как Меррипен сначала вывел лошадь, а потом вытащил коляску из конюшни, Амелия почувствовала прилив благодарности. Что бы они делали без него? Когда их отец принял в свою семью бездомного мальчика, все в поместье считали это актом благотворительности. Однако Меррипен давно отплатил семье Хатауэй своим постоянным, но почти незаметным присутствием в их жизни. Амелия никогда не задумывалась над тем, почему Меррипен решил остаться с ними – ведь выгадывали от этого они, а не он.

Из деревни и из Стоуни-Кросса уже начали прибывать люди верхом на лошадях. Из деревни привезли ручной насос на телеге, по бортам которой были укреплены емкости под воду для тушения пожара. Люди сновали взад-вперед с ведрами воды, заливая огонь. Пожар был в разгаре, но, возможно, с помощью насоса хотя бы часть дома могла быть спасена.

Амелия указала жителям деревни кратчайший путь до реки, а Меррипен немедленно организовал две цепочки людей: одни передавали друг другу полные ведра, другие – пустые.

Неожиданно Амелия столкнулась с высоким мужчиной и вздрогнула, когда ей на плечи легли знакомые руки.

– Кристофер. – Он ничего не мог сделать, чтобы спасти Рамзи-Хаус, но его присутствие принесло Амелии облегчение.

Он прижал ее голову к своему плечу, будто не мог поступить иначе.

– Слава Богу, ты не пострадала. А как начался пожар?

– Я не знаю.

Амелия замерла на его груди. Думала ли она, что Кристофер когда-нибудь опять ее обнимет. Она помнила эту позу – как удобно ей было, в какой она чувствовала себя безопасности. Но, вспомнив, как он предал ее, она выскользнула из его объятий и отвела дрожащей рукой упавшие на глаза волосы.

Кристофер неохотно отпустил ее.

– Держись подальше от дома. Я пойду помогать качать воду.

Из темноты неожиданно раздался голос:

– От вас будет больше пользы здесь.

Амелия и Кристофер одновременно удивленно обернулись, потому что голос, казалось, шел ниоткуда. Кэм Роан появился словно ночная тень.

– Черт подери, – пробормотал Кристофер. – Вы такой темный, что вас почти не видно.

Хотя Роан мог и обидеться на такое замечание, он пропустил его мимо ушей и быстро оглядел Амелию:

– Вы не пострадали?

– Нет, но дом… – У нее перехватило горло от рыданий.

Кэм снял с себя пальто, накинул Амелии на плечи и запахнул у нее на груди. Пальто было теплым, и от него исходил успокаивающий мужской запах.

– Посмотрим, что можно предпринять. – Он сделал Фросту знак следовать за ним. – Около лестницы выгрузили две канистры. Вы можете помочь мне внести их в дом.