Отвоёванный шанс (СИ) - Пристрем Иван

— Они живут в земле, и в земле видят свой дом. Так… «Во главе всех демонов, снаружи сущих, стоит Королева Тьмы, которая противостоит Отцу и всему его творению. Она бродит во тьме. Она бесконечно зла и завистлива. Она хочет уничтожить всё сущее. Между воинством Отца и Королевы Тьмы идёт бесконечная война за жизнь»… — Тромонт посмотрел на Лайту.

— Красиво описано…

— А вот дальше начинается чистая мифология. Вот, смотри: «Отец хочет, чтобы ни одна живая душа не страдала. Он — бесконечный источник Света и Живой Силы. Непрестанно Живая Сила непрерывно укрепляет и расширяет границы Высших Сфер. Её становится всё больше, и она всё сильнее давит изнутри на Плёнку Бытия, заставляя её расширяться во все стороны»…

— Да. Красиво. Но бестолково. Что они хотели этим сказать? Что планета увеличивается в объёме и скоро взорвётся? С чего они вообще взяли, что она расширяется изнутри?

— Тут рядом огненные горы, извергающие лаву, — заметил Тромонт. — А почему лава вылезает? Очевидно, потому, что внутри её что-то выталкивает!

— А тогда что такое «Сумеречный мир»?

— Не знаю… Атмосфера, наверное… Или космос… Но это да, это малопонятно. Как и вся эта высосанная история с расширением.

— Это всё очень интересно… А что они там дальше пишут?

«Плёнка Бытия, сковывающая Высшие Сферы внутри себя, бесконечно прочна. Но Первым Детям с благословением Отца удалось построить Врата на орбите нашего Солнца и использовать мощь Силы на благие дела. Позже они были вознесены в Высшие Сферы, а Врата остались кружить вокруг своей звезды. Строением они напоминают Вселенную и имеют форму шара. Эти Врата мы и называем сейчас своим домом, ибо на их поверхности расположен весь тот мир, который мы знаем»…

Тромонт запнулся. Они в шоке уставились друг на друга.

— Ты поняла? Ты тоже поняла это?!

***

Вот уже несколько дней Хорлак наблюдал за длычьей общиной. Обнаруженное им селение оказалось достаточно крупным: в нём обитало примерно 150–200 длык.

Около 1/3 населения составляли грязные детёныши разных размеров и возрастов, которые играли и дрались прямо в уличной грязи. Следующими по численности шли самки и взрослые воины. Стариков почти не было: то ли их съедали, то ли они сами умирали от тягот жизни. Учитывая то, что он успел увидеть, наиболее вероятным было именно первое.

С западной стороны деревни находились большие криво сварганенные стойбища, где дикари держали своих животных. Большинство из них были жирными неуклюжими шестиногими созданиями, которых они, очевидно, употребляли в пищу. Но среди них находилось и некоторое количество других — более высоких и стройных, которых они использовали для езды.

Запасы аварийной еды у Хорлака почти кончились, и он вынужден был перейти на скудный урожай с длычьих плантаций. На участках земли, обрабатываемых длыками, росли в основном растения двух видов.

Одни — высокие, до четырёх метров высотой, похожие на пальмы с густыми шапками из толстых мясистых листьев. Под листьями висели крупные плоды, похожие на картошку. Вкус у них был довольно пресный, но есть их было можно вполне.

Второй вид был более высокорослым и имел форму густых кустов, в центре которых находились розетки разной степени спелости: с бутонами, с белыми цветками, с зелёными незрелыми плодами, с жёлтыми поспевающими, и — наконец — с большими ярко-алыми, которые были в самый раз.

Чтобы на аппетитные плоды никто не посягал, аборигены установили среди деревьев устрашающие чучела со страшными размалёванными мордами и большими плащами из драных шкур, которые развевались и хлопали на ветру. Впечатление они производили весьма пугающее.

Дикари постоянно ходили сюда за свежим урожаем, но Хорлаку это нисколько не мешало незаметно заниматься воровством, ведь учёт плодов никто не вёл. Жалости к этим существам он не испытывал: они вели себя хуже животных, выделяясь жестокостью и нелогичностью.

Когда он впервые пришёл сюда по следам разгромленного отряда и залёг на холме в полукилометре от стойбища, в селении творилось что-то совершенно дикое. На площади столпились жители, образовав широкий круг, а самый большой и страшный из них орал и скакал в центре, терзая чей-то труп.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Затем он бросил тело и ушёл к себе в хижину, толпа с гомоном бросилась к мертвецу. На возвышении посреди площади запылал костёр, и вскоре останки несчастного были зажарены на огне и съедены, причём в процессе этого произошла массовая драка за наиболее лакомые куски.

Через два дня тот самый агрессивный тип собрал большой отряд и повёл его куда-то на север. Вернулись они ближе к вечеру, но почему-то их стало в два раза меньше, и вожака среди них не было видно. Неужели опять была битва с трурнийцами? Интересно, из пилотов тоже кто-нибудь погиб?

Возвращаться он по-прежнему не собирался, хотя его так и тянуло назад, к товарищам. Но теперь к его внутреннему раздору присоединилась ещё и тревога: вдруг именно сейчас им нужна его помощь! С большим трудом ему удалось подавить этот порыв, и он остался на месте, продолжив наблюдение за длычьей деревней. Как выяснилось вскоре — это было абсолютно правильным решением.

В тот вечер в селении было неспокойно. Женщины, дети и воины были напуганы и сильно возбуждены. Ближе к закату несколько солдат вывели из стойбищ красивых стройных зверей и, оседлав их, помчались куда-то на юг. А потом на площадь вышел какой-то старый дёргающийся псих с посохом, одетый в странную одежду. Наверно, это был шаман. Он собрал всё племя, поднялся к костру и начал что-то вещать в тишине.

Утром следующего дня странное брожение в деревне возобновилось снова. Все воины, а их осталось 50–60, собрались на площади. И опять там был шаман, который встал посередине и достаточно долгое время что-то втирал своему народу.

Потом вся толпа вывалилась за частокол. Шаман нарисовал что-то на глиняном заборе, и некоторое время воины яростно тыкали в рисунок копьями. Закончив странный ритуал, они разбились на небольшие отряды и разошлись в разные стороны, а шаман отправился в лагерь.

Когда все разошлись, Хорлак подобрался поближе, желая рассмотреть, что же там было нарисовано. Это оказался грубый рисунок крылатого трурнийца с мечом в руке. Похоже, у этих мерзких тварей действительно были проблемы с его сослуживцами…

Глава 29

Незаметно протекла ещё пара дней. Никаких значительных событий больше не происходило, если не считать того, что очередное землетрясение завалило туннель, ведущий к шхрсумчхскому подземному святилищу. Впрочем, туда никто и не собирался соваться: всё имеющееся время пришельцы тратили на различные важные дела.

Под руководством Дуба им таки удалось заделать большую дыру в углу, оставив небольшое окошко для вентиляции. Но на этом Дуб не успокоился и теперь из всяких подручных материалов мастерил дверь. Получалось хотя и криво, но сносно.

Помимо этого, они продолжали искать новые источники пищи. Частично они уже перешли на натуральный рацион этой планеты, и никаких негативных эффектов от этого пока не наблюдалось. Сил хватало и на работу, и на ежедневные тренировки с оружием. Похоже, что найденные источники еды вполне им подходили.

Тромонт по уши погряз в изучении информационного наследия древней цивилизации, которая жила тут задолго до них. Их познания о мире оказались гораздо глубже, чем кто-либо из пришельцев мог представить ранее. Они имели достаточно точные представления не только о материальной вселенной, которую называли «мембраной бытия», но и о строении нематериального мира. Оставалось только догадываться, откуда у них оказалось столько информации. Местами попадались неточности, нестыковки и разночтения, но это было вполне объяснимо.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Помимо теоретических книг, в шхрсумчхских сундуках было множество художественной, мифологической и исторической литературы, а так же учебные руководства по различным ремёслам и военному делу.

Но командир монийцев искал нечто другое. И, в конце концов, нашёл. Это был трактат «О Силе Творца и Великой Матери». С ним он отправился в своё любимое место на краю руин, где до этого пытался тренироваться. Удобно расположившись на большом валуне, он раскрыл металлические страницы и начал читать, надеясь найти ответы на свои вопросы.