Искатель, 1999 №6 - Юрий Дмитриевич Маслов

должен исключить вариант проигрыша. Он должен выжить и победить!

— Я не против, — сказал Климов, откупоривая бутылку. — И хочу выпить не за везение, в котором недруги довольно часто упрекали Сидорова, а за умение.

Градов поднялся и по-военному щелкнул каблуками.

— Удачи тебе, полковник!

Секретно.

Начальнику 2-го отделения

3-го отдела МУРа

полковнику милиции Климову К. И.

Рапорт

Согласно Вашему указанию, мною, майором милиции Смородкиным В. С., и моей группой проводится наружное наблюдение за г-ном ИКС, который 17. IX или 18. IX сего года должен прилететь в Москву (предположительно из Брюсселя) для выполнения особого задания. А также за г-ном (или господами), который должен был его встречать.

Господина ИКС опознали по встречающим — господину Каткову Л. И. и господину Кузькину Г. А. Они приехали в аэропорт «Шереметьевой на автомашине марки «Жигули» № Р 619 АХ 50, принадлежащей частной охранной фирме «Беркут». Господин ИКС признал их, очевидно, по номеру машины, поздоровался, поговорил, вернулся в здание и взял билет на рейс № 906, вылетающий из Москвы в Брюссель в 22 ч. 40 мин. по московскому времени. Билет был оформлен по паспорту на имя Бовина Андрея Андреевича.

Кузькин и Катков ожидали господина Бовина в машине. Когда он вышел, отвезли в Москву по адресу: ул. Горная, дом три, квартира семнадцать.

Через полчаса Бовин вышел, поймал такси, заехал по дороге в супермаркет, затарился (вино, колбаса, красная икра, конфеты, минеральная вода) и отправился по нужному адресу.

Из вышеуказанной квартиры Бовин вышел в 19 часов, сел в такси, которое, очевидно, вызвал по телефону, и вернулся на ул. Горную. Попросил шофера подождать, поднялся в квартиру семнадцать, в которой громко играла музыка, минут через десять вышел с кейсом в руке и отправился в аэропорт «Шереметьево-2», где был арестован моими людьми.

Справка на Бовина А. А.

Бовин Андрей Андреевич, 1965 года рождения, еврей, образование незаконченное высшее. Службу в рядах Советской Армии проходил в Афганистане. Участвовал в боевых действиях. Награжден медалью «За боевые заслуги». Спортсмен. Мастер спорта по стендовой стрельбе. После службы в армии работал инструктором на стрельбище «Динамо». В 1994 году выехал по приглашению родственников в Бельгию.

Заместитель начальника

2-го отделения

3-го отдела МУРа

майор милиции Смородкин В.

— Молодец, Витенька! Хорошо работу сделал, — сказал Климов, прочитав бумаги. — Скажу Панкратову, чтобы тебя в приказе отметили.

— Мне этот дятел сто лет не нужен, — чертыхнулся Смородкин.

— И думаю, еще лет двести не потребуется…

— А что тебе требуется?

Смородкин выразительно постучал костяшками пальцев по сейфу, где по его предположению Климов хранил бутылку «Смирновской».

— А ты Щупакову вызов сделал? Ведь у парня из-за письма в прокуратуру могут возникнуть большие неприятности.

— А как же! Позвонил в Ставрополь своему лучшему другу Боре Горлову и попросил дать Щупакову телеграмму: «Умерла мама, похороны двадцатого…»

— Так у него матушка еще три года назад скончалась, — удивился Климов.

— Боре на это наплевать. У него должность хоть и ниже чем у Ельцина, но возможности больше: он — тюремный врач. Он все может — справочку о смерти заверить, правильный диагноз поставить…

— Правильный… Это как?

— А это, значит, так… Допустим, какой-нибудь крупный авторитет захотел жить, как в шоколаде. Он вызывает Борю и говорит: «Доктор, у меня туберкулез». Боря переводит пациента на больничку, а через пару дней к его дому добрый дядя подгоняет «Мерседес» и говорит: «Вы заказывали, мы пригнали. Счетоплачен. Документы в полном порядке. Распишитесь!»

— Хорошие у тебя друзья! — Климов легко поднялся и спрятал в сейф документы. — А выпить, Витенька, я тебе дам только после заседания. Так будет лучше. И для меня, и для тебя. — Он взглянул на часы и коротко скомандовал: — Вперед!

Прокурору г. Москвы Иванову С. А.

от полковника милиции Щупакова А. В.

Заявление

Уважаемый Сергей Анатольевич!

В последнее время увеличилось число заказных убийств — банкиров, крупных промышленников, членов Госдумы и правительства. Когда такое происходит, то наши правоохранительные органы и средства массовой информации, как правило, ссылаются на внутренние разборки и разногласия между группировками, в которые входят вышеперечисленные господа. Смею Вас заверить, что все это далеко не так, что мнение это ошибочное, а зачастую и провокационное. Дело в том, что олигархи (волки) хоть и не дружат, но друг на друга не нападают, более того, в суровые времена (зимой, читай: в годы экономической разрухи) объединяются в стаи — вместе защищаются, вместе нападают, то есть превращаются в одно целое, когда вступает в силу закон: один за всех и все за одного! Они никогда не позволят отдать на съедение своего собрата, уличенного во лжи, коррупции, воровстве, взяточничестве.

После этого вступления Вы вправе спросить: кто же на самом деле является убийцами? Отвечаю: менты. Честные менты, которые, устав от бессмысленности своей работы (если и поймали преступника, то он тут же оказывается на свободе: отпускают под залог или освобождает суд — нет свидетелей: убили или запугали, нет улик), создали активную группу «Белые волки», поставившую перед собой одну-единственную задачу: нельзя доказать виновность преступника — убивай!

Так произошло и в случае с охранником агентства «Беркут» Катковым Львом Ивановичем и Кузькиным Григорием Артемьевичем. Не спорю, эти господа, конечно, виноваты: за отказ работать под их «крышей» они изнасиловали госпожу Монблан Зою Михайловну, хозяйку массажного салона, предупредив, что если она обратится в суд, то они за ее жизнь и гроша ломаного не поставят. Но Зоя Михайловна оказалась крепким орешком и обратилась за помощью в сыскное агентство «Лучник», возглавляемое небезызвестным вам полковником Скоковым. Текст этого обращения привожу дословно:

Красин: Зоя Михайловна, наш разговор мы предварили условием — услуга за услугу… Моя услуга, как я понял, заключается в том, чтобы привлечь к ответственности посетивших вас ребят. Я не ошибаюсь?

Монблан: Вы не ошиблись. Только не привлечь к ответственности, а сгноить! Сколько это будет стоить?

Красин: Дорого.

Монблан: Десять тысяч долларов вас устроят?

Красин: Я постараюсь вам помочь.

Из вышеприведенного текста понятно, что Зоя Михайловна Монблан сделала заказ и назвала сумму, во сколько оценивается этот заказ — десять тысяч долларов. Красин, который является работником сыскного агентства «Лучник», согласился на эти условия, но понимая, что одному с этим делом справиться трудновато, привлек к делу начальника отдела по раскрытию убийств Московского уголовного розыска полковника Климова, который частенько сотрудничал с агентством «Лучник».

Пятнадцатого августа господин Климов встретился с начальником охранного агентства «Беркут» Сидоровым Игорем Вячеславовичем и в ходе беседы предложил ему выдать следствию Каткова и Кузькина, совершивших насилие над госпожой Монблан. Сидоров дал добро и назвал адрес, по которому проживали охранники. Затем позвонил мне — дом находился