Мир до нас: Новый взгляд на происхождение человека - Том Хайэм

не таким, как у других представителей Homo, и больше походило на обезьянье{198}. Предположение о том, что эти останки принадлежали группе особей, страдавших одним и тем же недугом, выглядело неправдоподобным. Куда вероятнее было, что мы имеем дело с абсолютно новой группой гоминин.

Еще один мощный хук по версии патологических изменений у «хоббитов» нанесла публикация более точных данных о датировке. Одним из самых удивительных аспектов первых сообщений о Homo floresiensis было то, что возраст человеческих останков представлялся небольшим. Радиоуглеродное датирование образцов с той же глубиной залегания, что и у костей «хоббита», показало всего 18 000 лет, что предположительно могло являться верхней границей их существования. Из этого, в свою очередь, следовало, что «хоббиты» могли соприкасаться с ранними «современными» людьми, которые, вероятно, появились в этом регионе 45 000–50 000 лет назад, если не раньше. Якоб, Хеннеберг и другие сделали отсюда вывод, что «хоббиты» были не отдельным чуждым племенем, а просто уродцами из числа людей, обитавших на Флоресе.

Но в 2016 г. выяснилось, что первоначальная датировка полностью ошибочна{199}. При помощи новых методов, основанных на люминесценции, исследователи доказали, что возраст скелетных останков и отложений, в которых они были найдены, лежит в интервале от 60 000 до 100 000 лет назад, тогда как каменные орудия стоянки датированы 50 000–190 000 лет назад. Проблема изначальных дат состояла в том, что осадочный «пьедестал», на котором покоились останки «хоббита», был расположен рядом с наклонными слоями, содержащими гораздо более молодые отложения. По этим молодым отложениям и были установлены даты, приведенные в исходной статье. Обычно ожидается, что археологические слои будут располагаться более или менее горизонтально, однако на пещерных стоянках, таких как Лианг Буа, стратификация может быть усложненной из-за частых подвижек грунта, вызванных воздействием воды и других факторов. В случае с Лианг Буа новые раскопки, проведенные в 2007–2014 гг., выявили весьма сложную последовательность отложений и подтвердили, что «хоббиты» присутствовали там задолго до появления «современных» людей. Из этого можно заключить, что и найденные там каменные орудия почти наверняка были изготовлены «хоббитами», а не Homo sapiens.

Но в таком случае откуда взялись «хоббиты» и каково их место в разветвленном генеалогическом древе человеческого рода? И почему же они такие маленькие по сравнению с нами и другими гомининами?

Палеоантропологи попытались установить предков Homo floresiensis путем сравнительного анализа черепа, зубов и посткраниальных костей с соответствующими костями прочих гоминин. Некоторыми аспектами черепной морфологии LB1 очень сходен с Homo erectus; так, например, свод данного черепа широк относительно высоты, как и у последних. Тщательное изучение зубов убедительно свидетельствовало о том, что зубной ряд Homo floresiensis, единственный в своем роде и ранее не встречавшийся у людей, все же обладает определенным родством стоматологических характеристик с Homo раннего плейстоцена, но не имеет ничего общего с существенно более древними Homo habilis или австралопитеками{200}. Это позволяет предположить, что Homo floresiensis мог восходить к Homo erectus, ранняя популяция которых, вероятно, стала карликовой, пребывая в изоляции на Флоресе. Но если дело обстояло так, то когда же это случилось и каким образом?

В 2014 г. при раскопках на стоянке Мата Менге были получены крайне важные сведения, которые указывают на внушительную древность гоминин с Флореса и проливают свет на их эволюцию. Археологи откопали шесть зубов и обломок челюсти, очень похожие по форме и размеру на останки Homo floresiensis из Лианг Буа. Они оказались даже меньше, хотя следует принять во внимание, что это могли быть лишь внутрипопуляционные вариации размеров, и тогда не стоит придавать расхождению слишком большое значение{201}. Возраст окаменелостей был оценен примерно в 700 000 лет. Кроме того, раскопки в находящемся неподалеку Воло Сеге показали, что обитавшие там гоминины попали на Флорес около 1 млн лет назад{202}. Анализ каменных орудий, найденных на обеих стоянках, указывает на сходную технологию изготовления этих ранних изделий и более поздних изделий из Лианг Буа, устойчиво ассоциируемых с Homo floresiensis. Если предки «хоббитов» оказались на Флоресе миллион лет назад – примерно тогда же, когда были созданы эти археологические свидетельства, то напрашивается вывод, что они достигли своего карликового размера где-то на отрезке длиной 300 000 лет, между обитанием в Воло Сеге и временем жизни гоминина из Мата Менге.

Здесь мы можем выделить две версии относительно предков «хоббитов». Первая: они прибыли на Флорес, уже будучи очень маленького роста. Вторая, основанная на упомянутом ранее островном правиле: измельчали. Если исходить из первого сценария, то по строению зубов «хоббиты» больше походили на Homo erectus, нежели на более ранних и более мелких гоминин, таких как Homo habilis и австралопитеки; при этом важно учитывать, что два последних вида существовали значительно раньше, чем «хоббиты», – 1,6–2 млн лет назад, а то и ранее – и были выявлены только в Африке. В то же время останки Homo erectus обнаруживаются гораздо чаще, и не только в Африке, но и в Восточной Азии, Китае и Индонезии. Этот вид гоминин, несомненно, был распространен значительно шире и покинул Африку несколько позднее, чем 1,6 млн лет назад. Опираясь на эти доводы, вполне можно заключить, что именно Homo erectus являются предками «хоббитов», но нельзя исключать и того, что мелкие гоминины, жившие еще до Homo erectus, могли покинуть Африку примерно 2 млн лет назад и впоследствии стать предками «хоббитов» с Флореса.

Впрочем, когда мы говорим об этой гипотезе, сомнения вызывает сама возможность такого развития событий. Все дело в том, что у млекопитающих уменьшение размеров тела до карликовости обычно сопровождается куда более умеренным уменьшением объема мозга. Карликовость обитателей изолированных островов проявляется не в том, чтобы все части их организмов одинаково уменьшались; изменение размера мозга подчиняется иным масштабным факторам. Трудность состоит уже в том, чтобы выбрать более правдоподобную версию. Никто еще не видел примеров карликовости островных людей, и потому нам приходится полагаться на аналогии с животными других видов. Если «хоббиты» и впрямь являлись потомками Homo erectus, то объяснить столь значительное уменьшение объема черепной коробки весьма непросто. У Homo erectus этот показатель колебался от 700 до 1200 см3, тогда как у «хоббитов», как мы видим, он равнялся 380 см3. Общее уменьшение размеров в изолированной популяции, которым объясняют данное явление, должно было быть значительно сильнее, нежели все, что наблюдалось у животных. Исходя из коэффициентов масштабирования, известных нам по наблюдениям за обнаруженными на островах карликовыми видами других млекопитающих, очень трудно допустить уменьшение размера мозга до того, что был у «хоббитов».

Однако в 2013 г. изучение черепа LB1 методом микрокомпьютерной томографии показало, что объем черепной коробки «хоббита» был больше, чем считали сначала, – не 380 см3, а 426; выяснилось, что при первом измерении остались незамеченными фрагменты окаменевших отложений внутри черепа{203}. Впрочем, изменение показателя было хотя и явным, но не слишком принципиальным. Так, если принять средний объем черепа Homo erectus за 860 см3 и масштабировать черепную коробку Homo floresiensis пропорционально размерам тела одного и другого, мы получим что-то среднее между 522 и 585 см3 – значительно больше, чем у реального «хоббита».

Другие исследования выявили тот факт, что механизм общей карликовости изолированных популяций может быть более замысловатым. Изучение мадагаскарских гиппопотамов показало, что их мозг, претерпев некоторые изменения, сделался более чем на 30 % меньше, чем должен был, по сравнению с континентальным предком, даже с учетом аллометрического масштабирования. Свою роль в уменьшении объема черепа, которое мы наблюдаем у «хоббитов», могло сыграть и избирательное воздействие на размер мозга, не связанное с факторами, влияющими на размер тела. Мозг очень уж важен для организма, и может оказаться, что в условиях низкой теплотворной способности иметь мозг меньшего размера выгоднее с точки зрения адаптации.

Но если это так, то предком «хоббитов», согласно строгой интерпретации модели уменьшения размеров мозга в условиях островной карликовости, с наибольшей вероятностью был гоминин меньшего размера, такой как Homo habilis. Широкий массив статистики, накопленный физической антропологией «хоббитов» и других гоминин, также подводит нас к предположению, что Homo floresiensis более тесно связаны именно с Homo habilis{204}. Проблема состоит в том, что мы не располагаем никакими свидетельствами обитания этой группы за пределами Африки, а из данной гипотезы следует, что должна была иметь место пока что неизвестная нам миграция предшествовавших Homo erectus гоминин из Африки в Старый Свет. Изучая историю человеческого семейства в его широком толковании,