Мир до нас: Новый взгляд на происхождение человека - Том Хайэм

мы уже обнаружили столько совершенно неожиданных зигзагов, что, окажись оно так, я бы не удивился.

Возможно также, что древнейшие Homo erectus из Юго-Восточной Азии были меньше, чем мы думаем, или же здесь действует эффект основателя, который проявляется в новых популяциях, образующихся из немногочисленных и не связанных с другими групп{205}. Ну а ученые продолжают трудиться и спорить. В частности, генетики из Института Макса Планка ищут в отложениях из Лианг Буа ДНК «хоббитов», которая могла бы рассказать нам что-нибудь об их происхождении. Пока что их поиски тщетны: во влажном тропическом климате ДНК сохраняется плохо.

Увы, Майку Морвуду уже не доведется изучать наших древних предков в этом восхитительном уголке Земли. Он заболел раком и умер в Дарвине во время очередной поездки в Индонезию в 2013 г., менее чем через 10 лет после своего новаторского исследования по «хоббиту»{206}. Его похоронили в Вуллонгонге, где он работал в университете, – на солнечном берегу, обращенном на восток, к просторам Тихого океана.

В 2007 г. в пещере на филиппинском острове Лусон произошел еще один поворот в истории человечества. Группа филиппинского археолога Арманда Михареса вела раскопки в пещере Кальяо. Михарес, впечатленный открытием «хоббитов», только-только возобновил здесь начатые когда-то раскопки и углубился ниже отложений 26-тысячелетней давности в надежде отыскать более древние памятники[60]. На глубине 3 м археологи увидели окаменевшую третью плюсневую кость (одну из косточек ступни), переломленную пополам. Датировка костей, найденных неподалеку, дала приблизительный результат 67 000 лет{207}. Первичное сопоставление находки с аналогичными костями других гоминин позволило предположить, что ее хозяин состоял в ближайшем родстве с родом Homo, в частности с его мелкими представителями, такими как Homo habilis. Не было ли это ключевым доказательством гипотезы о связи с этими древнейшими гомининами?

В ходе последующих раскопок, в 2007, 2011 и 2015 гг., были обнаружены и другие человеческие останки: две косточки кистей рук, семь зубов и тело бедренной кости, принадлежавшие трем особям – двоим взрослым и ребенку{208}. Как и в случае с Homo floresiensis, останки представляли собой запутанную смесь черт, среди которых встречались и чрезвычайно древние, и предполагавшие связь с Homo sapiens. Моляры были очень мелкими и строением коронок перекликались с зубами «современных» людей. Кость ноги в трехмерном представлении была практически идентична аналогичным костям гоминин, живших 2–3,7 млн лет назад, таких как Australopithecus afarensis и A. africanus{209}. Относительные размеры зубов больше соответствовали Homo erectus. Пальцы рук и ног имели кривизну, присущую гомининам, в жизни которых важную роль играет лазание по деревьям. Так же как и с «хоббитами», установить связь этих останков с другими возможными предками людей было чрезвычайно трудно. Наличие в них поразительного множества черт, отличных от других видов, указывало на необходимость ввести новую таксономическую единицу, Homo luzonensis{210}. Таким образом, в островной Юго-Восточной Азии был обнаружен еще один ранее неизвестный вид человеческих существ.

На Лусоне, как и на Флоресе, есть куда более древние свидетельства обитания гоминин. В 2018 г. археологи объявили об обнаружении останков разделанной туши носорога и каменных орудий возрастом более 700 000 лет{211}. А ведь Лусон никогда не имел сухопутной связи с азиатским континентом. Как же в таком случае гоминины попали на остров? Нельзя утверждать что-либо наверняка, но некоторые исследователи предполагают, что они оказались там случайно, может быть приплыв на чем-то вроде плота из сцепившихся между собой обломков деревьев, влекомого волной цунами. Главенствующее мнение сводится к тому, что мореходство как технология возникло куда позже и связано только с «современными» людьми{212}. В Уоллесии же имелись сильные течения, направленные с севера на юг. Следовательно, если такие путешествия по воле волн действительно случались, то, вероятнее всего, люди попали на эти изолированные острова с севера, а не с запада. В этом случае нельзя исключать из числа вероятных исходных пунктов древнейшего заселения Тайвань или берег Китая{213}. Впрочем, я полагаю, что мы можем недооценивать умения и смекалку древних гоминин. Вполне возможно, что люди плейстоцена были гораздо более сообразительными и изобретательными, чем принято считать.

Потрясающие открытия, сделанные в островной Юго-Восточной Азии, дали новые подтверждения гипотезе о том, что 50 000–100 000 лет назад Земля обладала первозданным многообразием, была этаким Средиземьем, населенным множеством видов людей самого разного обличия и величины, которые образовывали различные экосистемы. Такое многообразие возникло из-за того, что популяции обретались в изоляции друг от друга, что привело их на разные эволюционные пути. Острова Юго-Восточной Азии предоставили эволюции благодатную почву для самых необузданных экспериментов. Учитывая количество островов в регионе, следует ожидать, что там будут обнаружены и другие представители человеческого рода. Я готов держать пари, что следующая важная находка будет сделана на острове Сулавеси. Австралийская экспедиция 2007–2012 гг., проводившая раскопки близ города Талепу, отыскала там каменные орудия возрастом в 120 000–194 000 лет и кости вымерших животных, в частности карликовых слонов{214}. Кто же оставил эти материальные свидетельства – еще один неизвестный вид гоминин, или, может быть, очутившиеся здесь денисовцы, или Homo erectus? Любое предположение могут подтвердить или опровергнуть лишь новые раскопки и найденные окаменевшие останки гоминин, так что нам придется подождать, чтобы получить ответ на этот вопрос.

13

Путешествие к востоку от линии Уоллеса

Анализ генома девочки «Денисова 3» принес нам открытие: оказывается, у наших современников с Новой Гвинеи, а также с острова Бугенвиль из архипелага Соломоновы острова в числе предков были денисовцы{215}. Мы можем лишь гадать, как вышло, что денисовская ДНК оказалась в геномах людей, живущих так далеко от Денисовой пещеры. Некоторые исследователи усматривают причину в том, что денисовцы жили восточнее линии Уоллеса{216}. Здесь я хотел бы рассмотреть эту загадку, проследить пути, которыми древнейшие «современные» люди прибыли в Уоллесию и расселились по ней и мириадам окружавших ее островов, попытаться понять, могли ли наши предки встретиться в столь значимом регионе с денисовцами.

Рис. 32. Места археологических раскопок и стоянки, упоминаемые в этой главе. Выделены территории, являвшиеся сушей, когда уровень моря был на 120 м ниже современного

Прежде всего я должен рассказать о том, что можно вынести из генетических данных геномов «Денисова 3» и сегодняшнего человека. Чтобы объяснить, каким образом современная популяционная генетика проливает свет на распространение «современных» людей, их взаимодействие с другими популяциями и генетическое взаимовлияние, Дэвид Райх использовал выразительную аналогию. Поскольку архаичный генетический сигнал отличается от нынешней ДНК человека, его присутствие, даже в небольших пропорциях, способно помочь нам идентифицировать следы переноса генов – подобно тому, как в процессе медицинской визуализации краситель помогает отслеживать движение химических веществ по кровеносным сосудам человека.

В 2011 г. гарвардская группа Райха получила дополнительные генетические данные 33 популяций из Азии и Океании: австралийских аборигенов, полинезийцев, фиджийцев, жителей Индонезии и Восточной Азии и групп так называемых негритосов – маманва с Филиппин, джахай из Малайзии и онге с Андаманских островов{217}. Негритосы отличаются малым ростом, хрупким телосложением и темным цветом кожи. Их внешность дала повод для предположения, что они являются изолированной популяцией древних выходцев из Африки. Но могут ли они относиться к числу потомков ранних «современных» людей, проложивших путь на восток, вплоть до Австралии?

Райх сравнил 353 143 ОНП – вариативных фрагментов последовательности человеческой ДНК – из тех областей геномов, где наблюдалось высокое покрытие между геномами сегодняшних людей и денисовцев. Первым установленным результатом оказалось практически одинаковое содержание денисовской ДНК в папуасской и австралийской группах. Из этого можно было заключить, что перенос генов денисовцев к данным популяциям, вероятно, состоялся прежде, чем они рассеялись по Сахулу – ныне частично затопленному, но в те времена единому континенту Австралии и Новой Гвинеи. Этот факт также подкреплял версию, согласно которой обе эти группы в основном происходят от одной популяции предков.

Денисовское наследие заметно коррелирует с наследием Ближней Океании[61]. Фиджийцы, например, имеют 56 % денисовской ДНК новогвинейцев при 58 % ближнеокеанической родословной. У жителей острова Ниуэ обнаруживается 27 % денисовской ДНК и вместе с тем 30 % ДНК от предков из Ближней Океании.

В этом