Загон - Евгений Прошкин

- Он понял, что жизнь - дерьмо, - отрывисто произнес Вадик.

- Но ты ему в этом помог - понять. Поэтому твой статус и упал до ста баллов. А не от шока и угрызений совести. Я сам лично вводил корректировку.

- Так это вы меня в черы записали?!

- С тех пор прошло пять лет, и ты сильно изменился. В худшую сторону.

Сергей Сергеевич, все еще находясь за спинкой дивана, положил ладони Андрею на плечи. Сбоку повеяло чем-то незнакомым, тяжелым. Андрей скосил глаза и заметил у своего горла белую матовую сталь. Чуть шевельнув подбородком, он разглядел пистолет полностью: рукоятка, ствол и курок. Как в кино. Вадик сидел, понуро опустив голову, и ничего не видел.

- Тебе придется, - вполголоса сказал Сергей Сергеевич.

- Мне?.. - проронил Андрей.

- Кто-то должен этим заниматься.

- Почему?..

- Ты хотел знать, в чем твое предназначение. В том, чтобы брать на себя ответственность. Это трудно. Но ты к этому приговорен.

- И вашему обществу... нужно от меня только это? И ничего больше?

- Да. Ничего больше.

Вадик встревоженно повернулся. Он сообразил, что речь идет о нем.

Сергей Сергеевич, помахивая пистолетом, обошел диван и остановился возле стола.

- Устройство элементарное, - продолжал он уже в открытую. Предохранитель, спусковой крючок, замок магазина. Окошко с цифрами - индикатор боезапаса. Магазин расположен в рукоятке, емкость - сто двадцать выстрелов. В общем, это все. И так сказал больше, чем нужно. Запомнил? Здесь предохранитель, здесь - курок. Не перепутаешь.

Он вручил Андрею пистолет и буднично сказал:

- Стреляй.

* * *

Никита Николаевич по примеру дознавателя скинул тапочки и приложил ухо к двери.

- Кто там?

- Никита Николаевич, я от Белкина.

- От какого Белкина? - строго спросил он.

- Как "от какого"?! - возмутились за дверью. - От Ивана Петровича, из полиции.

Профессор удовлетворенно кивнул и, обувшись, открыл.

Перед ним стоял мужчина тридцати с небольшим лет. Одет он был, как все: в простую куртку и брюки из грубой ткани, но по ухоженному лицу Никита Николаевич сразу определил, что это не чер.

- Маскируетесь? - Профессор запер дверь и проводил гостя в комнату.

- Приходится, - ответил он, задержав взгляд на мониторе.

.

По экрану бежала бесконечная строка:

"Сеанс прерван абонентом. Абонент недоступен". На столе в беспорядке валялись листы бумаги, заполненные не то стихами, не то какими-то списками.

- Я вас отвлек?

- Нет, нет, я уже закончил. Так что, у Ивана Петровича проблемы? Когда его вчера вызвали, он обещал связаться... Вы не подумайте, что я привередничаю!

Волнуюсь я за него.

- Спасибо, но не стоит. У Белкина все в порядке.

Ну, или почти все.

- Ох, темните!..

- Выговор он получил. От этого не умирают.

- А... - профессор замялся. - С другой стороны неприятностей у него не будет?

- С другой?.. Что вы имеете в виду?

- Впрочем, да... не обращайте внимания. Как мне вас называть, молодой человек?

- Илья, - сказал он.

- Да-а?! Представьте, я знаю еще одного Белкина, а он, в свою очередь, еще одного Илью. Но я что-то разболтался... Нервничаю, извините.

- А вы не нервничайте.

Илья взял профессора за локти и заботливо усадил в кресло. Затем достал из-за пояса длинный промасленный сверток и бросил на стол, к стихам.

- Имя у меня редкое, - сказал он. - Вероятность встретить в Бибиреве второго Илью крайне мала.

- Я же... - начал профессор, но осекся. - Я, кажется, понял, кто вы, прохрипел он.

- Правильно поняли, Никита Николаевич. Илья снял куртку и пристроил ее на спинку стула.

Профессор попытался подняться, но он удержал его в кресле.

- Лучше сидите. Так будет удобней.

Глава 11

Суббота, вечер

Стрелять Андрей не собирался, но почему-то взял пистолет - не хотел, да взял. Сергей Сергеевич был старше, и он был наставником. А наставников надо слушаться.

Пистолет оказался легче и удобней, чем Андрей ожидал. И... приятней, что ли? К рукоятке не нужно было привыкать - она естественным образом расположилась в ладони и назначила место для каждого пальца. Указательному ничего не оставалось, как только лечь на курок.

Жалюзи на окнах и дверях по-прежнему были опущены - никто не увидит и, наверное, не услышит.

- Куда? - спросил Андрей. - Куда стрелять?

- В сердце, - сказал наставник. - Оно у людей слева, если ты не в курсе,

Андрей задумчиво покачал пистолетом и исподлобья глянул на Вадика тот, побелев, вжался в спинку дивана. Затем он ненароком направил ствол на Сергея Сергеевича. Наставник иронически шевельнул бровью - в его глазах не было ни страха, ни сомнения.

Андрей проверил, снял ли предохранитель, и, снова повернувшись к Вадику, дернул курок.

Раздавшийся звук не был похож на выстрел. Это и не было выстрелом. Вадик сидел живой - смертельно напуганный, но без дырки в груди. И от него жутко воняло.

- Это что, проверка? - молвил Андрей.

- Кто ж тебе позволит пачкать служебную квартиру? Хотя, наш дорогой художник... Ладно, диван давно пора было заменить. А пистолет ненастоящий. Муляж. Неужели я стал бы рисковать? Да и убивать тебе никого не придется, этим другие занимаются. Такие, как Царапин.

- Проверка... - разочарованно повторил Андрей. - И что дальше?

- Увидишь.

Наставник открыл фальшпанель рядом со встроенным баром. Вадик, все это время не шевелившийся, внезапно вскочил и, схватив терминал, с размаху ударил его по затылку. Сергей Сергеевич ткнулся лицом в стену и, оставляя на облицовке кровяную дорожку, сполз вниз.

- Ну и дурак же ты! - воскликнул Андрей. Он осмотрел терминал и сокрушенно покачал головой. Крышка отломилась и болталась на тонком цветном жгутике. Через экран пролегла диагональная трещина.

- А ты не дурак?! - взвизгнул Вадик. - Ты же меня прикончить мог! Откуда ты знал, что он игрушечный?

- Пистолет? В кино такое часто показывают. В "Московских тайнах" тоже было... не помню, в какой серии.

- Я сериалами не увлекаюсь, - буркнул Вадик, -i А терминал мы починим, не ори. В экране жидкие кристаллы должны быть. Вытекли небось... Сейчас найдем, зальем обратно.

- Сиди уж! Вони тут наделал...

- А ты бы не наделал?! - вскинулся он. - Когда в тебя... черт! А этот урод... диван я ему, видишь ли, ис пачкал! Ничего я не испачкал, я только...

- Заткнись, - велел Андрей. - Ремень снимай! Они связали Сергею Сергеевичу руки и ноги и оттащили его от стены. Ремни затянулись плохо, и Андрей догадывался, что наставник быстро освободится. Быстро - но не раньше, чем они уйдут.

Сергей Сергеевич коротко мыкнул и пошевелился. Андрей поставил ботинок ему на горло и дернул за петлю. Шнур у терминала был гладкий, узел двигался свободно.

- Окна и двери управляются отдельно? - спросил Андрей.