Темногорск - Роман Буревой

– Пока не знаю. Заклинание простое. Скорее всего, силы твоей попросту на двоих недостало.

– На двоих?

– Ты же и себя защищал тоже. Так ведь?

Юл нехотя кивнул.

– Но я… клянусь… я отдал ей не меньше… нет. Даже больше! Больше! – закричал он. Слезы ярости брызнули из глаз. – Почему вы мне не верите?

– Я верю, – сказал Роман. – Но у тебя было кольцо-оберег. А у этой девочки – нет.

Кольцо с живой нитью внутри! Дяди-Гришин подарок! Да, конечно! Оно ведь, возможно, по силе почти не уступает кольцу Романа. Как же Юл забыл учесть его силу, как…

– Я забыл, – выдохнул он растерянно.

– Умение рассчитывать силу приходит с опытом.

– Как же так! Мне для нее ничего не жалко. Что ж теперь делать? А?!

– Вот что, Юл. Скажи мне: как именно волна на Иру Сафронову подействовала?

– В каком смысле?

– Не знаю точно. – Колдун задумался. – Симптомы разные наблюдаются. К примеру, она могла в обморок упасть.

– Нет, ничего такого. Просто сказала: почудилось, будто неведомая сила ее утащить с собой хочет. Но я не пустил.

– Точно так и сказала? Ты ничего не выдумываешь?

– Нет, клянусь водой. Но что же получается? Я Иринку в первый раз у темной силы отбил? Но вроде как не до конца?

– Никто не знает, как с этой силой бороться, – уклонился от ответа Роман.

Уж неведомо, что заставило водного колдуна остановить машину напротив разрушенного Аглаиного дома. Почудился ему на фоне темного неба белый абрис женской фигуры. Потом приметил в тусклом свете уличного фонаря странный блеск инея на обломках бетона. Распахнул дверцу, вышел. Обостренный слух уловил журчание бегущей воды. Роман подошел ближе, хотя не любил это место, казалось ему здесь как-то тягостно и смутно на душе. Разглядел бойкий ручеек, в морозную ночь бегущий по скованной льдом земле.

Наклонился, глотнул воды. До чего же хороша! Хотел набрать воды из ручья в серебряную флягу. Но для этого надо было вылить пустосвятовскую воду. Жаль стало родной воды, не решился колдун на такую замену. Перепрыгивая с одного обгорелого бревна на другое, поднялся повыше, огляделся. Когда-то, сказывают, возвышалась на этом месте Темная гора. На миг почудилось Роману, что стоит он на вершине и смотрит сверху вниз на раскинувшийся внизу город. Воздух прозрачен и чист, сады в цвету, так что кажется, весь город накрыт бело-розовой вуалью, речка Темная синей лентой вьется меж зеленых берегов.

Вспомнил он, что рассказывал дед о Темной горе…

«Возвышалась гора как раз посреди нашего города, простые люди горы той боялись, за глаза называли се Лысой, потому что толком ничего на той горе не росло. Впрочем, „ничего" – это не совсем точно. Росли там три березы, как три сестры. Береза – дерево не слишком долго живущее. Но те три белоствольные сестрички, сказывают, стояли с незапамятных времен. Когда одно дерево погибало и рушилось, рядом со старым пнем тут же вырастало новое. Но всегда их оставалось три. Так сменяли они друг дружку и „кружили" по Темной горе. Каждое новое дерево – один шажок. Представь, сколько надо времени, чтобы таким шагом куда-то дойти? А еще на склоне той горы колодец имелся. Странное дело – на горе рыть колодец. Однако вырыли. Сруб был из заговоренного дерева сложен – чтоб не сгнили те бревна никогда и десять веков простояли, как один день. Пока ведро до воды летело, можно было „Отче наш" трижды прочитать. Однако никто тех молитв не слышал – Цепь ворота громыхала стаей голодных псов. Воду из колодца могли пить повелители всех четырех стихий – она любому колдуну помогала, любой дар втрое усиливала. Раненый, из которого, почитай, вся кровь уже вытекла, мог три глотка сделать и тут же на ноги встать. Вот какая сила в той воде была. На Темную гору колдуны, когда чуяли, что срок им подходит, умирать приходили. Колдунам на Темной горе смерть легкой бывала – принимала гора души умерших и возвращала стихиям. Не для жизни было это место – для смерти».

«Для смерти», – почти явственно услышал Роман дедов голос. Тряхнул головой, прогоняя наваждение.

Потом вспомнил, что именно где-то рядом с развалинами видел он того колдована в кожаном пальто. Что ему здесь нужно? Вода из источника колдовану силу не даст.

Роман вернулся к машине и поехал домой.

Здесь он первым делом позвонил в Суетеловск и разговаривал долго, около получаса.

Потом, запершись в кабинете, долго смотрел, как погруженный в воду темный локон становится седым, как нитки, выдернутые из платья покойной, тают в воде, превращаясь в черные хлопья.

Никаких сомнений: Аллу Хитрушину убила очень сильная порча.

Роман слил воду в заговоренный кувшин, плотно закрыл, набрал номер мобильника Гавриила и сказал глухим голосом:

– Приезжай немедленно.

– Куда? – поинтересовался глава Синклита.

– Ко мне домой.

– Что-нибудь новенькое накопал? – спросил Гавриил Черный. – Ты ведь у нас мастак.

– Такое новенькое, что у тебя волосы встанут дыбом, – пообещал Роман.

– Ворота отвори! – хмыкнул Гавриил. – Мы теплой компашкой к тебе уже прибыли.

Роман пошел открывать. Мороз стоял за двадцать градусов. Ничего себе, весна называется! Что ж так морозит? Не иначе, кто-то из колдунов балует. Слаевич? Или Большерук? А может, и сам Гавриил решил в Деда Мороза поиграть.

Колдуны прибыли на черном «мерине» главы Синклита.

Гавриил был, как всегда, в черном кожаном пальто. Как говорится, на рыбьем меху. Главу Синклита сопровождали трое: воздушный колдун Данила Большерук, числившийся едва ли не сильнейшим после Гавриила, повелитель стихии огненной Тимофей Огневик и колдун земляной Андрей Агрикола. Агрикола считался колдуном слабеньким. Не колдун, а колдунишка скорее, но дар имел стабильный, никаким влияниям не подверженный. Среди чародеев такое – большая редкость.

Большерук обрядился в тулуп и валенки, меховую шапку на самые уши натянул. Огневик был одет в легкую курточку и джинсы – огненному колдуну мерзнуть не пристало. Агрикола прибыл в добротном пальто и меховой шапке.

– Кто мороз такой наколдовал, не пойму, – клацая зубами, сказал Большерук. – Почти как в январе. Найти бы, яйца оторвать.

Гости, не дожидаясь приглашения, устремились на кухню. Гавриил, бросив на стол черный тубус, кинулся к чугунным батареям, облапил, как дебелую девку.

– Ты бы открыл тайну, почему у тебя всегда в доме тепло? Я понимаю, Огневик или Пламенюга, им огонь служит. Но ты же, Роман Васильевич, водный колдун! – жалобно воскликнул Гавриил.

– Энергии, господа колдуны, у воды не меньше, беру потихоньку, расходую рачительно. – Хозяин улыбнулся.