Экстрасенс в СССР - Александр Яманов

сковырнём, даже не сомневайся. Заставлю его еженедельно отчёты по выполнению плана мне на стол класть. А через две-три недели, прямо на заседании, заставлю взять повышенные обязательства, по мясу и зерну. Которые можно выполнить, но только один раз.

— А если пенёк деревенский не согласится? — в голосе мажора прозвучало сомнение. — Он же у нас кремень! Лоб расшибёт, но будет своё гнуть.

— Да куда он денется? — отмахнулся Егоров с явным презрением. — Я и не таких обламывал. Завтра же начну собирать комиссию из проверенных товарищей. Они нагрянут в «Привет труду» и всё с ног на голову перевернут. Каждый недочёт найдут. Из любой мелочи пожар раздуют. Бумага, Антоша, — всегда бьёт сильнее кулака. И ты сделай, о чём я просил. От тебя многое зависит. Этот упёртый давно у всех как кость в горле сидит. Надоел своей инициативностью. Впрочем, ты в курсе. Сделаешь всё как надо, с правильной характеристикой двинешься дальше. А мы здесь потихоньку порядок наведём, правильного человека председателем поставим.

Я в этот момент резко дёрнул гаечный ключ, отчего сорванный болт наконец-то поддался с неприятным скрежетом. Звук оказался на удивление громким. В салоне «Жигулей» на секунду воцарилась тишина. Но потом разговор возобновился, но уже на общие темы.

Так, значит, вот оно как всё устроено. Ради реабилитации нужного человека навязали его колхозу. Заодно при его помощи решили сковырнуть неугодного председателя. Работает он слишком хорошо, видите ли. И насрать партокартам на лозунги про социализм и строительство коммунизма. Для них это давно декорации, дабы удобнее обтяпывать делишки.

Я узнал необходимую информацию. Теперь бы понять, что со всем этим делать? Просто наблюдать, как номенклатурщики давят хорошего хозяйственника, не вариант. Но как противостоять этому — большой вопрос. Одно понятно тихая жизнь механизатора закончилась. А ведь ещё есть дар.

Может, пересказать подслушанный разговор Жукову? Тот наверняка сам всё прекрасно понимает. А я для него чужой. Пожаловаться бабке Матрёне? Смешно. Значит, не будем тянуть, и сделаем всё тоньше.

Дверца «жигулёнка» открылась, и оттуда появилась монументальная фигура Егорова.

— Ну что? Долго вы ещё возиться будете? — бросил он.

В голосе начальника прозвучало нетерпение, и нет даже намёка на благодарность. Я, вообще-то, не его водитель, а помогаю добровольно.

— Всё подобрал, осталось поставить на место и закрутить. Буквально пять минут, — отвечаю, чтобы голос звучал нейтрально.

Обкомовец подошёл ближе, встал за моей спиной и начал пристально наблюдать за каждым движением. Всегда терпеть не мог, когда кто-то стоит над душой. А этот хмырь ещё вызывает желание развернуться и хорошим ударом сбить спесь с его рожи.

— Андрей, а ты чего не помогаешь? — вдруг рявкнул Егоров на водителя, после чего обратился ко мне. — Эй, пацан, пусть он закончит. А я посмотрю, на что годится стажёр.

Отступаю на пару шагов и замираю прямо за широкой спиной обкомовца. Даже не верится в такую удачу.

Молодой шофер взглянул на меня глазами, полными мольбы, но принялся закручивать гайки. Егоров время от времени недовольно цокал языком, но не заметил мелкую ошибку Андрея. Чинуша делает вид, что разбирается, но на самом деле бесполезный болтун. Насколько я знаю, ранее на столь ответственные должности назначали грамотных людей. Часто от сохи. Этот же обыкновенный паразит. Ещё вредитель и подлец.

Ничего, каждому по заслугам. Мысленно вызываю дар.

Спина Егорова стала полупрозрачной, открыв обзор на внутренние органы. Сразу обнаружилось несколько проблемных точек. Ожирение сердца. Печень, работавшая с напряжением, от частого употребления алкоголя и жирной пищи. Прокуренные лёгкие. Но моё внимание привлёк небольшой, но коварный объект в левой почке. Камень. Больше пяти миллиметров в диаметре. Корявый, с острыми краями. Вещь неприятная и опасная. Камень окутывало красное зарево, сигнализирующее о возможном воспалении.

Мысленно пробежавшись по обрывкам своих медицинских знаний. Трогать его сейчас, опасно, но при своевременном обнаружении и при наличии второй здоровой почки, не смертельно. Тем более у товарища Егорова наверняка есть связи и возможность лечь в кремлёвскую больницу.

Мимо такой возможности я пройти не смог. Конечно, при желании можно сдвинуть камень так, что номенклатурный кадр скончается по дороге в город от болевого шока. Но переступить черту не решился, ведь это убийство. Я просто сконцентрировался, и лишь подвинул коварный камушек на два миллиметра.

Егоров сразу схватился за левый бок, а его лицо исказила гримаса боли. Он быстро отошёл, выйдя из зоны влияния дара. Приступ быстро отступил, но на лице начальника осталось недоумение и тревога. Он начал ощупывать бок через пиджак.

— Чёрт! — выругался он под нос, направившись навстречу секретарю, который как раз возвращался из деревни, неся запотевший жестяной бидон.

Обкомовец выхватил ёмкость, принявшись жадно глотать холодную воду.

Всё правильно, пей побольше водицы. Мысленно усмехаюсь над ситуацией. В дороге камушек хорошенько растрясёт на ухабах, которые ты мог давно устранить, и сместится ещё сильнее.

Скорее всего, уже сегодня вечером за уважаемым товарищем примчится скорая. И он попадёт в областную больницу с почечными коликами. Потом Егорова, конечно, перевезут в Москву. И придётся ему там провести месяца два, не меньше. Вряд ли это избавит Жукова от проблем, но время мы выиграем.

Напившись, партократ принялся всех грубо подгонять. Я помог Андрею дожать гайки, собрал инструмент и, распрощавшись со стажёром, сел в кабину трактора. В сторону начальства даже не посмотрел.

Уже по дороге к стану, пришло понимание, что впервые мой дар используется не во благо исцеления, а наоборот. При этом я не чувствовал угрызений совести. Напротив, внутри появилось удовлетворение, не меньшее, чем после удачного лечения больных.

Интересно, а как к этому отнесётся Матрёна? Она что-то говорила об осторожности. Думаю, лучше пока промолчать.

Глава 14

Шабашники

Прошло полторы недели, как бригада приехала работать в колхоз. Вечером, накануне двух полноценных выходных, нас, как всегда, подвёз Степан. А когда мы уже собрались подняться на холм, он вдруг выпрыгнул из кабины.

— Мужики, хватайте мешки с комбикормом. Натаха приказала купить для подаренных поросят, и сегодня же отвезти бабке, — пояснил водитель, указав на четыре мешка, лежащих в кузове.

Они сразу бросились в глаза, когда народ залезал в грузовик. Ну, лежат и путь. Мало ли, чего водитель должен отвезти.

Я согласно кивнул и заулыбался, вспомнив о хрюкающих дивидендах. Чего не поработать на себя любимого? Кстати, никто из остальных мужиков даже не предложил помочь. Устали, бедняги. Ничего, схожу за одним мешком ещё раз, не переломлюсь. Но запомню. Я, вообще-то, незлопамятный, просто злой, и память у меня хорошая. Гы!

— Стёпа, рассказывай, как у