Перерожденный грех (ЛП) - Ларисса Айон

— Думаю, что могу проспать целый месяц, но я в порядке. — Син потянулась и помогла женщине сесть. — Как ты себя чувствуешь?

Помела покачнулась, но осталась сидеть.

— Я голодна.

— Это хороший знак. — Кон улыбнулся, и сейчас было не время и не место для Син оценить по достоинству мужественность Кона, когда он ее демонстрировал, ну… она определенно оценила. — Я собираюсь взять у тебя анализ крови, но ты все равно должна пойти в Подземную больницу.

— В больницу для демонов?

— Да. — Он вытащил из сумки резиновый жгут. — Ты найдешь медицинский символ внутри Хэррогейта.

Син наблюдая, как Кон берет кровь, надеялась, что это было началом конца для заболевания. Этот кошмар продолжался слишком долго, и погибло слишком много людей.

Когда Кон закончил, Син помогла Памеле подняться на ноги, становясь так, чтобы прикрыть собой от варга вид ее убитых друзей и семьи. Придерживая Памелу за плечи, она повела ее по направлению к тропе, ведущей к Хэррогейту, но застыла на месте, когда ее затылок стало покалывать. За ними кто-то следил.

— Син!

На окрик Кона, Син пригнулась, услышав свист лезвия, пролетевшего возле уха, а в следующее мгновение она услышала глухой стук и крик. Памела рухнула, топор, предназначенный для Син, торчал у Памелы между глаз. Ох… дерьмо!

Лес словно ожил, когда убийцы кинулись вперед, обнажая оружие.

Син нырнула за сарай, Кон следом за ней. Женщина — демон Кроуч спрыгнула с ветки дерева и все ее три глаза сфокусировались на Син, выражая смертельные намеренья.

Кон одним размытым движением скользнул демону за спину и обернул руку вокруг ее горла, а Син всадила ей кинжал в третий глаз.

Крик Кроуч был оборван, когда Кон свернул ей шею. Он отпустил ее и демоница рухнула на землю.

Это оказалось слишком просто — женщина явно не профессионалка, но вот остальные были.

Должно быть Кон пришел к такому же выводу, потому что он схватил Син за руку и потащил в лес.

— Мы должны бежать!

Звуки погони раздавались прямо у них за спиной, и вдруг откуда ни возьмись заржала лошадь. Син и Кон резко обернулись и… Святые угодники! Хуже уже быть не могло…

— Это тот чувак, которого я видел у своего дома, — выпалил Кон. — Только немного другой. Его доспехи подпорчены.

«Подпорчены» — не совсем то слово, которое бы применила Син. Доспехи были грязными, потертыми и черный ил просачивался из трещин.

Его конь — огромное белое животное с красными глазами, убивал копытами убийц. Смертоносные стрелы всадника пронзали их горла, головы и сердца.

— А сейчас мы должны бежать еще быстрее, — рявкнул Кон и… да, Син согласилась. Искренне и от всего сердца.

— В нескольких милях вверх по горе есть домик, — сообщил Кон, когда они неслись по лесу. — Он принадлежит моей старинной подруге — заклинательнице. Домик не защищен заклинанием «Убежище», но он не пропустит демонов.

Син нырнула под ветку, но ударилась подбородком о другую.

— В случае если ты не заметил, я — демон.

— Я могу провести тебя через ее мистическое минное поле.

Син на это надеялась, но судя по тому, как сегодня развивались события, она не собиралась полагаться на это.

Отец Призрака, Ресниак, относился к мужчинам, с которыми было очень трудно разговаривать. И хотя Призрак позволял очень немногим людям орать на себя, Ресниак — здоровенный демон Правосудия со строгим выражением лица заставлял кишки Призрака скрутиться узлом, и так было всегда.

Не имело никакого значения, что Ресниак не был его биологическим отцом — мужчина вырастил его как собственного сына, а демоны Правосудия были строгими родителями.

— Дилеры Правосудия не допускают никаких покровительств и привилегий, — отчитывал он, стоя в офисе Призрака, заполняя его не только своим большим зеленым телом и громадными рогами. Одно его присутствие как будто вытягивало весь воздух в офисе и заставляло сжиматься левую сторону груди Призрака, словно при нехватке кислорода.

— Я знаю, отец. И я признаю, что моя просьба основывается на том, что Син моя сестра. Но просьба является обоснованной. Син имеет право на расследование.

Ресниак лениво погладил кончик черной бороды.

— Расследование можно вести и в то время, пока она будет находиться в тюрьме.

— Согласен, — проскрежетал Призрак. Больше никаких споров. Или его отец посчитает его просьбу логической или нет.

Логика была тем, с чем Призрак вырос, но как у чистокровного демона Семинуса инстинкты и эмоции возобладали над логикой в самое неподходящее время. И в подходящее кстати тоже. По логике вещей, он должен был убить Тэйлу в первый же раз, когда увидел ее. Она пришла в его больницу раненой после убийства демонов. Вместо этого, он был очарован, и его страсть к ней уничтожила логику и здравый смысл.

И слава Богу!

Время тянулось медленно, а воздуха в офисе становилось все меньше и меньше. Наконец его отец коротко кивнул.

— Я не могу ничего гарантировать, но посмотрю, что могу сделать. Что касается наказания для тебя Фантома и Конэлла за вмешательство при аресте Син, я могу попросить об отсрочки, пока не закончится эпидемия. — Он вышел не сказав даже «До свидания», но то что он собирался потянуть за кое-какие ниточки, чтобы вытащить Син из неприятностей, было равносильно тому, что кто-нибудь прокричал на всю вечеринку «Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!» Призрак с облегчением рухнул в кресло.

Заслышав шаги в коридоре, Призрак стал молиться, чтобы это не был его отец, решивший вернуться, и включил компьютер.

— Риз. Я ждал пока уйдет посол Вулкан. У нас проблема.

— Я не хочу ничего знать. И перестань называть демонов Правосудия Вулканами. — Призрак не поднял глаз от компьютера. Возможно, если бы он притворился, что Фантома там не было…

— Тогда у меня для тебя есть две проблемы.

Призрак наконец-то поднял голову и увидел Фантома и Кинана, стоявшими в дверях его офиса. Оба выглядели так, словно стояли на пороге Армагеддона. И поскольку не так давно они и вправду находились на пороге Армагеддона, это было серьезно.

— Что случилось?

Кинан вошел, со сжатыми в тонкую линию губами, и блеском в ярко-голубых глазах.

— Весь мир узнал, что чуме подвергнуты только обращенные варги. — И хотя голос Кинана всегда был хрипловат после травмы, полученной им в Армии, сейчас он звучал еще более грубо. — Они обвиняют рожденных варгов в начале чумы, а рожденные варги используют эту возможность, чтобы уничтожить обращенных варгов.

— Дерьмо, — выдохнул Призрак. — Мы должны приготовить отделение неотложной помощи к большому наплыву пациентов и предупредить персонал, являющийся обращенными варгами. — И хотя подобные сотрудники все еще были в изоляции, во избежание заражения, это не могло защитить их от истребления.