Перерожденный грех (ЛП) - Ларисса Айон

— Назад к воротам, — произнес Кон не членораздельно, подтверждая тот факт, что его клыки выросли. — Не прибегай к оружию. И ради всего, чем дорожишь, застегни рубашку.

Проклятье, он испугался. Син оказалась просто магнитом для неприятностей. Как ей удавалось проживать столько лет?

Один из молодняка сделал выпад. Кон вразумил его мощным ударом в челюсть. Повизгивая, он отскочил обратно в толпу.

Демонстрация немного правила уважения к нему. И расстояние между ним с Син и толпой увеличилось.

Они почти подобрались к стене, когда туман прорезал хриплый шепот Син:

— Ворота закрыты.

— …сын — Кон мельком глянул на часового, не сводившего вожделевшего взгляда с Син. — Я ненавижу долбаный менталитет стаи, — пробормотал он.

— У меня есть идея. — Син покинула его раньше, чем он сумел ее остановить. Несколько мужчин, ведомых инстинктом преследования, рванули за ней. Кон выпрыгнул перед ними в жуткой ярости, поохладившей их пыл. Они понимали, что он просто порвет их.

Он развернулся так, чтобы видеть преследователей и то, что собиралась сделать Син, и выругался, чуть не поперхнувшись

Видя, как часовой её тискает.

Парень прижал ее к стене, вжавшись в нее всем телом, готовый сорвать с нее рубашку. Дикая первобытная ярость разливалась по венам Кона. Его бы вывело из себя нападение на любую из женщин, но кровь Син все еще текла в его венах, он все еще ощущал ее, как часть себя, и слово "моя" гулким эхом прокатилось в его мозгу.

Он хотел ее, или ему была нужна ее кровь? И то, и другое представляло опасность, и ему было необходимо немедленно укротить оба желания.

Внезапно часовой оказался нейтрализован. Син скрутила его, с непроницаемым выражением на лице, но в ее глазах мерцал темный огонь.

Она что-то произнесла, и того вывернуло на булыжную мостовую завтраком.

Хотя его движения были вялыми и несвязными, он все же вынул из кармана ключ и вставил в замок на воротах, с лязгом ворота распахнулись, их петли протестующе заскрипели.

Мужчины ринулись к воротам, блокируя выход, но разъярённый рев неожиданно рассек туман.

— Оставьте их!

Кон выругался, заметив Валко, стоявшего на стене. Лидер совета варгов обратился к толпе, и те поджали хвосты, словно побитые собаки.

Кон мог бы поблагодарить Валко, но он не хотел отвечать парню, что именно он там делал.

По счастью, Валко только кратко кивнул, что означало, теперь Кон его должник, а затем скрылся в направлении северной башни.

Кон схватил за руку Син и быстро покинул город к чёртовой матери, они мчались пока не достигли врат Хэррогейта.

— Кем был тот чувак на стене? — спросила Син, когда они остановились.

— Главой совета Варгов. Этот город принадлежит ему. Его территория. — Кону что-то не нравилось в том, как вовремя Валко появился на стене, хотя ничего необычного в этом не было. Валко всегда был готов к появлению непрошеных гостей. — Теперь твоя очередь, что ты сделала с охранником?

— Я наградила его "Khile shi cock fire". — Губы Син тронула озорная улыбка. Господи, как же она была прекрасна, когда так улыбалась. — И сказала, что его мужское достоинство усохнет, если он тотчас не откроет ворота.

— Я думал, что ты не можешь излечивать заболевания, которыми заразила.

— Не могу. — В ее глазах сверкнул озорной блеск подстать ее улыбке, пока она делала вид, что рассматривает собственные ногти. — Ему предстоит скорая поездка в больницу для демонов.

Теперь улыбнулся он.

— Мило.

Кон упивался, любуясь: ее гордо вскинутой головой, уверенным взглядом, таким диким и решительным, черными волосами, которые растрепал ветер, создавая ореол вокруг ее лица и плеч.

Как сексуальный демон она не была создана для борьбы, но было в ней нечто воинственное.

Возможно это как-то связано с ее человеческой родословной, а может сказалась ее тяжелая жизнь, только это нечто взывало к его крови воина, буквально выворачивая его.

Ему хотелось прижать ее к земле, овладеть ею, в таком же первозданном неистовстве, не затронутом цивилизацией, словно горы на заднем плане. Он отметил бы ее своим запахом, своей спермой, своими зубами…

Черт его задери, ему стоило прекратить мечтать о том, чтобы его зубы оказались на ее горле. Он зарылся в память, пытаясь вспомнить, не походило ли это на его отношения с Элеонор, единственной женщиной, которую он истощил из-за сильной привязанности.

Он вспомнил, как бредил ее кровью, жажду физически причинявшую боль, но за всю его жизнь он не мог припомнить такого мощного сексуального влечения.

Улыбка Син медленно угасала, затем она смачно сплюнула.

— Сомневаюсь, что охранник чистил зубы в этом году.

У него возник странный порыв накрыть ее губы собственными и целовать до тех пор, пока не исчезнет все, кроме него Кона.

Понятное дело, они были слишком близко от поселения варгов, и он все еще ощущал их животные вибрации.

— Почему они все-таки так себя ведут? — Спросила она. — Я полагала, что варги более… цивилизованные.

Он оглянулся на поселение, ворота которого распахнулись и показался часовой, внимательно наблюдавший за ними сквозь туманную дымку.

— Рожденные варги по своей сути — волки в человеческом обличии. Вот почему они прячутся от людей. Вот почему они не уживаются с обращёнными. Они полностью контролируют себя даже в шкуре животного, и никогда не станут убивать человека, поскольку достаточно умны, чтобы подвергать себя опасности со стороны людей. Это одна из причин по которой они жаждут истребления превращенных варгов. Варколаки для них являются слишком большим риском.

— Вообще-то не показалось, что у них есть какие-то проблемы с тем, чтобы меня убить.

— Ты не человек.

— Спасибо за напоминание, — пробормотала Син.

Он был не в состоянии сопротивляться соблазну, так что протянул руку и убрал непослушную прядь ей за ухо.

— Ты так и не смирилась с тем, кто ты есть?

— Я не знаю кем являюсь на самом деле, — произнесла Син и отступила за пределы его досягаемости.

Его рука опустилась.

— Как ты могла столько прожить так и не узнать кто ты? — Кон был хорошо осведомлен кем являлся и давно уже смирился с этим, и временами его это даже не особо волновало.

Она пожала плечами.

— Я полагала, что действительно знаю. Я считала нас гибридными полукровками демонов, без каких-либо специфических проявлений. Мы особо и не задумывались на этот счет. Потом мы с Лором отыскали своих братьев. Теперь мы в курсе от какого демона произошли, но это ничего не меняет. Мы имеем представление о том, чем является демон Семинус, но от этого не много пользы, потому что мы другие.