Твою беду руками разведу - Светлана Демидова

Несколько дней Лиля следила за Шаповаловым, чтобы выяснить, где живет его потаскушка. Надо же, в конце концов, заглянуть ей в лицо. Интересно, что там за роковая женщина? «Роковая женщина» оказалась той самой черноволосой пигалицей с ногами-спичками, обтянутыми узенькими черными джинсиками, которую Лиля уже имела сомнительное удовольствие видеть в своей квартире. Странно, как мужчины могут после ее пышных форм обнимать эдакое безобразие? Да у паршивки вместо нормальных женских бедер — жалкие мослы худосочного подростка! Может, она и была беременной, но в глаза это не бросалось. В глаза бросался нелепый шарф, в который она заворачивалась. Бедный, бедный Шаповалов! Его остается только пожалеть! Сменить роскошное Лилино тело на тельце такого синюшного цыпленка! И все из-за какого-то ребенка, которым гадина прикрывается!

Кстати, совершенно неизвестно, чей он, ее ребенок! Если бы она, Лиля, могла, она заставила бы поганку сделать тест на отцовство. Если ребенка ей устроил Рафаэль, то… Лиля всякий раз недодумывала эту мысль до конца, потому что она была очень неприятной: ее муж, который, как домашний кролик, чуть ли не ел с ее рук, имел наглость спать с другой женщиной… Отвратительно! Но она, Лиля, что называется, утерлась бы, если бы отцом ребенка все-таки оказался ее бывший муж. Это все же было бы лучше, чем… Ну ничего, кто бы ни был отцом, ему недолго осталось в таковых ходить. Люська ради своего Вовки расстарается. Зря, что ли, на медсестру училась? Она найдет способ, как избавить узкобедрую паршивку от ее преимущества перед Лилей.

Лилина работа паспортистки в ЖЭКе, куда она сразу после замужества перешла из библиотеки, была очень удачной в том смысле, что всегда можно найти время, чтобы проследить за Шаповаловым и его Лерой. Лера, Валерия… Ужас какой! Не только бедра, но даже имя у бабы мужское! Несколько раз Лиля ехала с Лерой в троллейбусе. Та, как только войдет, — давай сразу книжку читать. Лиля смогла очень хорошо ее рассмотреть: личико маленькое, с кулачок, а губищи размазывает чуть ли не на всю его нижнюю половину. Краснющие — смотреть противно! И глаза очень сильно мажет, ресницы только что не клацают друг об друга. Сразу видно — гулящая баба. Да у нее ребенок вообще неизвестно от кого! А два дурака, Андрей с Рафаэлем, вокруг нее кренделя выделывают… Но она точно беременная. Лиля видела, как Лера ходила в женскую консультацию. Хотя совершенно непонятно, как в ней ребенок устраивается… И ведь нашел же место…

Лиля все-таки Люське несколько раз домой звонила, чтобы та поторопилась. Огородникова очень ласково, чтобы Лиля на Вовку не зарилась, объяснила, что нужные лекарства достать трудно, поскольку она работает не в гинекологии, а в стоматологической клинике, но ей вроде бы кто-то обещал принести нужное в ближайшее время и даже объяснить, что да как лучше сделать. Оплатить лекарства и Люськин риск Лиля, разумеется, согласилась. Огородникова действительно не стала зарываться, сумму назначила хоть и не маленькую, но такую, какую Лиля вполне могла позволить себе выделить из тех денег, что Рафаэль оставил ей при разводе.

И все-таки Люська слишком задерживалась. Лиля уже хотела с ней крупно поругаться и еще раз предупредить, на что она нарывается, но тут вдруг выяснилось, что Андрей от красногубой Леры опять съехал. Лиля еле успела спрятаться за угол дома, когда неожиданно увидела, что из подъезда вышли Лера и Рафаэль, да не просто так, а под ручку.

Прижавшись к кирпичной стене, Лиля призналась себе, что ничего не понимает. Что-то странное происходит с этими тремя людьми. Радоваться ей, что Лера теперь с Рафаэлем, или погодить? Давать отбой Люське Огородниковой или не стоит? Видимо, все-таки ребенок у шлюхи Леры от ее бывшего мужа. Не-е-ет! Она не станет давать Люське отбой, пусть делает свое дело! Поганец Рафаэль думает, что может вот так безнаказанно взять и развестись с Лилей, которая никогда не родит? Шалишь, брат! У шалавы тоже не будет детей. Что тогда станешь делать, Данишевский? Новую бабу искать? Она, Лиля, и до новой доберется! У нее самой не было нормального детства, а у его гадин не будет жизни сейчас. Чем они лучше ее? Пусть тоже платят за удовольствия!

Но это все потом. Сейчас Люська озадачена, часть денег уплачена вперед, а она, Лиля, должна срочно встретиться с Андреем…

— Я гляжу, ты опять один? — произнесла Лиля в спину Шаповалова, который вышел из дверей станции метро.

Андрей вздрогнул, медленно обернулся, внимательно посмотрел ей в глаза и не без презрения спросил:

— Выследила?

— Ну что ты! — усмехнулась Лиля, губы которой сегодня были подкрашены ярче обыкновенного. Накраситься кричаще-красной помадой, какую употребляла Лера, она так и не смогла, хотя купила себе точь-в-точь такую же. — Наша встреча, милый мой, совершенно случайна.

— Врешь! — процедил Андрей. — Что тебе нужно, Лиля?

— Тебя, — сказала она, нервно слизывая лишний слой помады.

— У нас с тобой ничего больше не будет.

— А с кем у тебя будет?

— Пока ни с кем, — бросил он. — Я взял тайм-аут.

— Что? — Она непонимающе уставилась на него.

Андрей зло рассмеялся.

— Отпуск я взял, — сказал он. — Отдохнуть хочу от женских особей. Понятно?

— Ты просто бесишься от того, что ребенок у твоей шлюшки от моего бывшего муженька! — выпалила Лиля.

Шаповалов закусил губу, и она догадалась, что он ее непременно ударил бы, если бы они находились не на улице. Он отвернулся от Лили и быстро пошел по тротуару к остановке троллейбуса. Она догнала в один прыжок и повисла на его руке.

— Подожди, Андрей, — попросила Лиля, стараясь выразить голосом всю любовь, которую к нему испытывала.

Он остановился, глядя себе под ноги, но его локоть явно стал мягче.

— Ну… прости меня за эти слова, — сказал она. — Мне тоже нелегко… Я с ума схожу без тебя. Я люблю тебя, Андрей! — Лиля забежала впереди него и все-таки нашла взглядом его глаза. — Поедем ко мне! Ты же знаешь, как я умею утешать… Тебе полегчает…

— Все это лишнее, — проговорил Андрей, но она чувствовала, что он уже не очень уверен в своих словах.

— Пойдем! — Лиля потянула его в подземный переход, чтобы выйти к остановке маршрутки, которая шла к ее дому.

Они ехали молча. Лиле все время казалось, что Шаповалов от нее сбежит при первой же возможности, а потому не выпускала из своих рук его локоть.

— Ты оторвешь мне руку, — наконец сказал он, криво усмехнувшись. — Никуда я не денусь. Едем же уже…

— Сейчас я тебя накормлю! У меня такое чудное мясо — в сметане, с чесночком. Как знала! — суетилась Лиля, накрывая на стол.

Когда Шаповалов взялся за вилку, она юркнула в душ. Он не пожалеет, что согласился прийти! Он забудет отвратительную тощую Лерку! Она докажет ему, кто есть настоящая женщина, а кто — жалкий цыпленок!