Твою беду руками разведу - Светлана Демидова

— Надо было закончить словом «целую», — рассмеялась Лиля, когда мужчина убрал телефон.

— А ты цинична, Лиля, — покачал головой Виктор и вымученно улыбнулся, потому что все-таки чувствовал себя негодяем. Незнакомка ему очень нравилась, но жене он прежде никогда не изменял. Сейчас он разговаривал с Тамарой так лихо, будто врать жене было для него делом обыкновенным, но на самом деле на душе скребли всем известные гнусные кошки.

Лиля не очень четко представляла значение слова «цинична», а потому поспешила сказать:

— Не более чем ты.

— Пожалуй, — согласился Шаповалов.

Он еще немного подумал о Тамаре, о сыне и о том, что прямо сейчас придется предать их. Прежде он этого не делал, а потому чувствовал себя несколько не в своей тарелке. А спрашивается, почему? Чем он хуже других мужиков, которые иногда позволяют себе легкие, ни к чему не обязывающие приключения вне семейного лона? Он же не собирается бросать семью. Он, Виктор, только немного расслабится с новой знакомой, такой приятной блондиночкой. В конце концов, он очень много работает, а потому… иногда… имеет право… Тем более что новая знакомая уже сняла с себя кофточку… обнажила грудь… Мама дорогая, какая же у нее грудь… Бедная, бедная Тамара…

Виктор Шаповалов «подсел» на Лилю сразу. Судя по его восторженным репликам, она догадалась, что Тамара в постельных утехах не годится ей и в подметки. На что, собственно, Лиля и рассчитывала. Мало кто годился ей в эти самые подметки. Даже видавшие виды детдомовские парни всем сговорчивым девчонкам всегда предпочитали Лильку-лягушку.

Виктор охотно простил ей выдумку с вывихом.

— Плевать, — сказал он. — Я не в обиде, потому что у меня никогда в жизни не было такой страстной женщины. Я рад, что мы познакомились. Только, честно говоря, не пойму, почему твой выбор пал на меня.

— Мне нравятся такие… мощные мужчины… — ответила она, что его вполне удовлетворило. В чем в чем, а уж в своей мужской мощи он нисколько не сомневался.

На сей раз Лиля была умнее. Она выведала, что еще, кроме постели, любит Виктор, и соглашалась ходить с ним даже на футбол. Соглашалась ездить и на природу, хотя ее не приводили в восторг ни былинки, ни бабочки, ни склонившаяся над водой зелень. Когда Рафаэль первый раз привез ее к родителям в Чудово, Лиля сразу поняла, что дача, наличию которой она поначалу обрадовалась, ей не нужна. Ей не понравилось копаться в земле, был противен полудеревенский простенький быт, а на солнце у нее сгорала и слезала клочьями белая кожа. Поскольку Лиля твердо решила женить на себе Виктора, она терпела даже дурацкие посиделки у реки с удочками и секс в антисанитарных условиях старой брезентовой палатки без предварительного принятия ванны с душистой пеной.

Семья Виктора, конечно, будет разрушена. Лиле это уже ясно как дважды два. Красавец Андрей Шаповалов вынужден будет гулять на свадьбе бывшей любовницы с собственным братом. А еще Лиля непременно устроит так, чтобы Андрею пришлось понаблюдать, как она станет заниматься любовью с Виктором. Уж она постарается, чтобы у Андрюшеньки глаза на лоб вылезли! Уж она его уест тем, как будет ублажать его братца! А потом она Витю бросит, и тот будет утирать скупые мужские слезы. Будет на коленях перед ней ползать, а Андрюшенька станет беситься от бессилия. А потом вернется к ней, потому что обязательно захочет, чтобы она и с ним так, как с Витей… И не пожалеет. Она окружит его такой любовью, которой он еще не знал. И знаменитую «Камасутру» прочитает от корки до корки, мало ли что она упускает из вида… А еще Лиля станет читать те же книги, что и он. Вовсе она не тупица, а потому запросто в них разберется. Было бы желание, а оно у нее есть. Нравятся Андрею дурацкие представления на театральных сценах? Они и ей понравятся! Если уж она сейчас почем зря тратит время на идиотские футбольные матчи и рыбалку, то вполне сможет перетерпеть и его театры с филармониями…

Первой к Лиле пришла зареванная Тамара с носом в виде распухшей сливы и с давно немытыми волосами. Можно подумать, Лиле интересны ее слезы и ее сизый нос. Лилю совершенно не волнует, что у Виктора чем-то там болен сын, тем более что Тамара сейчас запросто напридумывает ему болезней с три короба, лишь бы вернуть загулявшего мужа. А Виктор, между прочим, согласен платить алименты, о чем Лиля еще раз напомнила Тамаре. В общем, облезлая немытая Шаповалова с чем пришла, с тем и ушла. Лиля не дрогнула. Все, что она задумала, шло почти как по нотам. Виктор, не в пример Андрею, готов был дневать и ночевать в ее постели. Даже футболом стал пренебрегать. И в брезентовую палатку приглашал все реже и реже. Еще бы, с душистой-то ванной дело куда лучше идет! Да еще после обильной закуски, да после вина!

Дело несколько осложнял Вовка Новиков, который после одного-единственного «пересыпа» вдруг тоже воспылал к Лиле неземной страстью. Ей пришлось провести с ним в постели еще энное число раз в надежде, что мужик наконец отстанет, но тот прилип еще сильнее. Даже его жена Люська, вскормленная на тех же детдомовских хлебах, воспитанная на той же подвальной лежанке, оказалась против Лили никуда не годной жалкой мокрицей.

Лиля с трудом разводила своих любовников, как воздушный диспетчер самолеты: только бы не столкнулись. Она была бы рада выгнать Новикова в три шеи, да Люськи побаивалась. Кто знает, что выкинет разозлившийся Володечка? Вдруг расскажет о своих страстных объятиях с Лилей жене? Они и так с ним по лезвию ножа ходят. Люське ничего не стоит и им с Вовкой всадить по неслабому укольчику, как той дурище беременной, тощей Лерке. Вот ведь и правда дурища! Разве ж можно впускать в дом незнакомого человека? Пусть хоть три раза медсестрой прикинется, соображать-то надо! Особенно если рожать собираешься.

А потом к Лиле явился сам Андрей с горящими глазами и сильно ввалившимися щеками.

— Зачем ты это придумала, Лилька? — выкрикнул он с порога. — Мне назло?

— Вот еще глупости, — красиво улыбнувшись, ответила она. — Я, Андрюша, в твоего родного брата страстно влюбилась, а потому собираюсь за него замуж. Ты ведь знаешь, что с некоторых пор я женщина разведенная, а потому абсолютно свободная.

Шаповалов затащил ее в комнату, бросил на диван, сел рядом и рыкнул прямо в ухо:

— Ты мне-то сказки не рассказывай! Я-то тебя уже хорошо изучил!

— Вот именно! — Лиля отодвинулась от него в угол дивана. — Ты меня изучил и знаешь, что мозги у меня — всего лишь с куриное яйцо. Разве я в силах разработать хоть какую-нибудь мало-мальски стоящую комбинацию? Я просто влюбилась в Витю, и все. Имею право на личное счастье. Хочу, Андрюша, жить в семье. Тебе ли не знать, какая я хозяйственная женщина. Зачем же моим талантам зря пропадать?