Ночи без сна - Джо Беверли

Массивная мебель темного дуба создавала мрачную атмосферу, хотя Сьюзен приказала сложить стол до самого малого размера и зажечь свечи. Даже стулья с резными спинками и обитыми красным бархатом подлокотниками и сиденьями были громоздкими.

Они уселись вокруг стола, словно судьи, собравшиеся рассмотреть дело об обеде. Как и во всех других комнатах нижнего этажа, здесь имелись застекленные двери, выходившие во двор, но сейчас они все были закрыты. Снаружи еще не стемнело, но два канделябра, отбрасывающие круги света, создавали впечатление тайного совещания.

Она почти ожидала, что Кон вот-вот стукнет молотком, призывая к вниманию, и обвинит Дэвида в том, что он является Капитаном Дрейком.

Но вместо этого вошла Джейн с супом. Сьюзен внимательно посмотрела, правильно ли все делается, потом попробовала, хорош ли суп на вкус, и отставила его в сторону. Сегодня она играла роль не экономки, а мисс Карслейк, и ее мысли были заняты совсем другим.

Дэвид втянул Кона в разговор о его доме в Суссексе. Сьюзен прислушивалась к разговору, вспоминая, что раньше он с большой теплотой рассказывал о своем доме. Она порадовалась тому, что эта любовь сохранилась. Значит, у него есть любимый дом и любимая женщина. Она искренне радовалась за него.

Приличия требовали, чтобы она уделила внимание также де Веру, сидевшему справа от нее.

— Надеюсь, вы довольны своим пребыванием в Крэг-Уай-верне, сэр?

— Ну-ну, перестаньте, милая леди. Вы сейчас мисс Карслейк, гостья.

Это был то ли упрек, то ли напоминание. А вернее всего, просто озорство.

Она проглотила еще ложку супа.

— Значит, я одна в двух лицах, мистер де Вер. Едва ли кто-нибудь сумеет заставить бездействовать часть своего существа по своему усмотрению.

— Иногда очень хочется заставить бездействовать некоторые части своего существа.

Он был прав.

— Может быть, это и можно сделать, если приложить большое усилие. — Она посмотрела на де Вера. — А вы, мистер де Вер, тоже двуликий Янус. Ваше лицо беззаботного, праздного человека меняется и становится серьезным, когда речь заходит о канцелярской работе.

— Вот и не угадали. Канцелярская работа заставляет меня хихикать от предвкушения удовольствия. В ней есть что-то завораживающее, вам не кажется? Особенно запутанные счета. Каждая статья представляет собой кусочек загадочной картины.

— Картины Крэг-Уайверна? Едва ли это стоит ваших усилий.

— Картина есть картина. Иногда мы складываем ее по кусочкам ради развлечения. Казалось бы, зачем разрезать картину на кусочки, чтобы потом кто-нибудь складывал их? Но чтобы сложилась картина, требуется время. Я складываю картину, которая составляет часть жизни Крэг-Уайверна, и она меня интересует. Как и вы, мисс Карслейк.

— Я? — удивленно переспросила она, оцепенев от страха.

— Вы. Вы поразительная женщина. Я уже говорил Уайверну, что вы мне напоминаете ангела эпохи Возрождения.

Она чуть не расхохоталась.

— И что он на это ответил?

— Разумеется, согласился. Ваши черты слишком красивы для мужчины. И слишком правильны для красивой женщины…

В это время вошла Джейн, чтобы убрать суповые тарелки, и это дало ей время подумать.

— Я могла бы воспринять это как оскорбление, мистер де Вер.

— Послушайте, я не так глуп, чтобы оскорблять вас в присутствии двух ваших горячих защитников! Ваша внешность очень привлекательна…

Его слова дали ей повод взглянуть на Кона и Дэвида, поглощенных разговором. Он назвал их ее «двумя горячими защитниками»?

— Но я думаю, что поступил бы неразумно, начав флиртовать с вами.

— А стоит ли быть благоразумным, сэр? За последнее время у меня очень мало возможностей пофлиртовать. — Она поставила локоток на стол и оперлась подбородком на ладонь. — И знаете что, в вашей внешности тоже есть чтс-то ангельское.

Она улыбнулась. Как давно она не играла в эту игру!

— Слишком красив, чтобы быть мужчиной? — пробормотал де Вер. Игра его не только забавляла, но и настораживала.

— Но несмотря на это, вы очень привлекательны.

Он усмехнулся:

— Интересно, чем занимаются два ангелочка, встретившись наедине? Может быть, нам следует узнать это, мисс Карслейк?

Она опустила руку и выпрямилась на стуле. Не могла она допустить игривости даже в шутку.

— Едва ли стоит пытаться, сэр. Я предполагаю, что ангелы молятся.

— Или танцуют на острие иголки, откуда можно легко упасть…

Она отвернулась и обнаружила, что Кон внимательно смотрит на нее и де Вера. Судя по всему, он слышал весь их разговор от слова до слова.

— Хочу предупредить вас, что де Вер — не граф, — любезно сказал Кон, глядя на нее холодным взглядом.

— Батюшки! Как же это я оплошала?

Его улыбка стала шире, но взгляд оставался холодным.

— Он наследник весьма неплохого поместья в Дербишире, правда, если его отец, который не одобряет поведение сына, не лишит его наследства. Если вы не остановили свой окончательный выбор на Уайверне, то, возможно, стоит попробовать.

Она улыбнулась в ответ такой же неестественной улыбкой, как он, моля Бога, чтобы двое других мужчин за столом не слышали их разговора.

— А у меня есть шанс заполучить Уайверн?

Он замер, глядя на нее без улыбки.

Рискни, Сьюзен, тогда узнаешь.

Это был вызов. Соблазни его снова, если он колеблется. Но он уверен, что она этого не сможет сделать.

Ей отчаянно хотелось открыто поговорить с ним о прошлом, попытаться вернуть дружбу и доверие друг к другу. Он был все еще зол и недоверчив — и не без оснований, — но она не знала, как это изменить.

Только не с помощью слов. Словами делу не поможешь.

— А вы, милорд? — спросила она, сосредоточив внимание на тарелке. — Какие у вас честолюбивые планы?

— Честолюбивые планы? — повторил он самым вежливым тоном. — Я хочу мира, мисс Карслейк, международного мира и мира в личной жизни. Жажду простой деревенской жизни и желаю, чтобы было спокойно и уютно жить тем, кого я люблю.

Она вздохнула с облегчением, радуясь, что они нашли безопасную тему для разговора.

— Вы имеете в виду свою матушку и сестер?

— И леди Анну.

У нее перехватило дыхание. Она пыталась без эмоций воспринять мысль о его избраннице, но это было слишком трудно. Она надеялась, что никто не заметил, как замерла ее вилка — великолепный лобстер показался ей глиной, и она с величайшим трудом проглотила кусочек. Между ними больше ничего нет, так почему при напоминании о том, что он скоро женится, у нее мучительно сжалось сердце?

Она отхлебнула глоток вина.

— Интересно, понравится ли вашей будущей супруге Крэг-Уайверн? — Сьюзен очень надеялась, что говорит нормальным голосом.