Ночи без сна - Джо Беверли

Тогда предупреждение обернулось бедой. Чем может обернуться оно на сей раз?

— В таком случае я приглашу ее отобедать с нами, Карслейк, — сказал Кон. — Ее не назовешь обычной экономкой. К тому же она заверила меня, что работа кухарки не входит в ее обязанности. — Он был уверен, что Сьюзен такой поворот событий не понравится. Но так она по крайней мере не сможет прятаться от него, если это входит в ее намерения. — Почему бы вам не передать ей мое приглашение?

Карслейк поднялся на ноги.

— Эго приглашение, милорд, или приказ?

— Я человек военный, Карслейк, и если отдаю команду, то любому сразу ясно, что это приказание.

Когда Карслейк вышел, Кон обернулся к Рейсу и приподнял бровь.

— Честный, компетентный, внимательный и, несомненно, пригоден для работы более высокого уровня. Не понимаю, зачем он держится за эту работу, — охарактеризовал Дэвида Рейс.

Кон вздохнул:

— Контрабанда, Рейс. Всему виной контрабанда.

— Неужели она привлекательна для молодого человека с такими способностями?

— Самая азартная игра, а он капитан команды. Я в этом уверен. Как-никак он сын прежнего главаря. — Заметив удивленный взгляд Рейса, он пояснил: — Сьюзен Карслейк и ее брат являются незаконнорожденными детьми Мельхиседека Клиста, хозяина таверны и бывшего Капитана Дрейка…

— Капитана Дрейка?

— Так в здешних местах называют главаря контрабандистов.

— Но ведь они из семьи мелкопоместного дворянина?

— Их матерью была мисс Изабелла Карслейк.

— Черт побери! И они так и не поженились?

— Они не придавали этому значения. Их дети воспитывались в помещичьем доме родственниками матери. Фамилия Карслейк служит надежным прикрытием, потому что все думают, будто Капитаном Дрейком должен быть непременно Клист. Офицер таможенной службы здесь человек новый. Возможно, что он пока даже не подозревает, что Дэвид — не родной сын Карслейков.

— А что случилось с предыдущим таможенным офицером? Кон усмехнулся:

— Ты, кажется, начинаешь постигать специфику этих мест. Однажды ночью он упал со скалы. Поговаривали, что его будто бы сбросили. Но слухи распускает, наверное, конкурирующая банда, которая всеми силами пытается усложнить жизнь новому Капитану Дрейку.

— Я думаю, это усложнит жизнь каждого из них, если только новый таможенный офицер не окажется тупицей в отличие от проницательного прежнего офицера.

— Ты думаешь… А вот многие контрабандисты частенько не думают. Лейтенант Перч был весьма покладистым человеком средних лет. Тогда как новый лейтенант Гиффорд молод, умен и честолюбив.

— Что за идиоты! — Рейс взглянул на Кона. — Карслейку не нравится, что его сестра служит у тебя экономкой. Странно, что он ей разрешил это.

— Ты считаешь, что женщине можно что-то разрешать или не разрешать?

— Похоже, ты нашел для меня еще одно развлечение? — сказал Рейс, аккуратно складывая бумаги. — Будет или не будет леди присутствовать на ужине? Если будет, то станет ли она по-прежнему прятаться под своей серой оболочкой? А потом с волнением наблюдать за захватывающей игрой с тремя игроками… Знает ли ее великолепный братец о прошлом?

— О каком прошлом? — спросил Кон с наигранным недоумением, но все было бесполезно.

Рейс усмехнулся:

— Угасло ли у леди желание? А у лорда? Откроют ли они друг другу свои сердца? Или им не позволят это сделать? Спектакль не хуже, чем в лондонском музыкальном театре «Друри-Лейн»!

Кон бросился на него, Рейс увернулся, хохоча, как озорной бесенок.

Сьюзен проверяла, как готовятся блюда к обеду, и выбирала вина. Поскольку в Крэг-Уайверне не было дворецкого, эту работу обычно выполнял камердинер графа, а коль скоро ей приходилось нередко обедать с графом, она кое-чему научилась и ориентировалась в винных погребах. Сьюзен надеялась, что выбрала подходящие вина. Все они были французские. И разумеется, все получены контрабандой, но она надеялась, что Кон не затронет в разговоре эту тему.

Почувствовав, как сзади ее кто-то обнял, она чуть не уронила бутылку. На мгновение ей показалось, что это Кон. Оглянувшись, она увидела брата.

— Что ты себе позволяешь? — сердито воскликнула она.

— Пугаю тебя.

Она поставила бутылку.

— Ты только этим и занимаешься. Ну как, выдержал испытание?

— Конечно. Я очень хороший управляющий поместьем, а работы здесь мало. Для графства владения не очень велики.

— А сейчас что ты делаешь?

— Исполняю роль курьера. Тебе приказано отобедать с повелителем.

Она страшно встревожилась:

— Одной?

Он приподнял брови:

— Разумеется, нет. Он тебе докучает?

— Нет. — Она попыталась сказать так, чтобы он ей поверил, что было сделать совсем не трудно, потому что он действительно ей не докучал.

— Я должна обедать с графом и мистером де Вером? — спросила она, пытаясь угадать, что кроется под этим приказанием.

— И со мной. Извини, дорогая, если это тебе не по душе. Возможно, я сам виноват в этом, потому что сказал, что может показаться не вполне удобным обедать с графом, когда моя сестра прислуживает за столом. Ну, полно тебе, крепись! Ведь ты иногда обедала со старым графом и со мной.

— Знаю, но когда я работала секретарем, я носила обычную одежду… — Она жестом указала на свое серое одеяние.

— У тебя наверняка найдется здесь что-нибудь более подходящее.

Надеть хорошенькое платьице ради Кона? При этой мысли ей стало и тревожно и радостно одновременно. Приглашение было равносильно приказу. А возможно, даже было вызовом.

Что ж, надо набраться храбрости. Кон видел ее только в школьных платьицах, в мужском костюме и в серой униформе экономки. Пора напомнить ему, что она леди.

— У меня действительно есть здесь парочка нарядных платьев, — с улыбкой сказала она. — Я их принесла сюда для того, чтобы их не надевала Амелия.

— Но она на шесть дюймов ниже тебя ростом!

— Зато остальные размеры у нас одинаковые. Она подшивает подол, но платье после этого не выглядит так, как следует.

— Неужели ты не можешь запретить ей?

— Разве это возможно, если платья там, а я здесь? Вот я и принесла сюда самые любимые платья, чтобы сохранить их. — Она улыбнулась. — А остальные может надевать, если захочет.

Она взглянула на него:

— Ты мне поможешь перелить вина из бутылок в графины и отнести в столовую?

— Заставь его нанять дворецкого, — сказал он с довольно заносчивым видом, и она не в первый раз заметила, насколько привычно он чувствует себя в роли джентльмена. Почему у нее так не получается?

Он занялся порученной работой, а Сьюзен направилась в свою комнату, позвав по дороге Аду на помощь.