Сад времени - Брайан Олдисс

Буш рассмеялся:

— Тогда я вас едва ли заметил — меня увлекла в основном ваша спутница.

Впервые черты Силверстона, до этого словно скованные льдом, помягчели. Он улыбнулся:

— Да, она увлекала тогда и меня. Женщины всегда были моей слабостью, признаюсь… Спасибо вам, что вытащили меня из комнаты. Теперь развяжите-ка Хауэса — и в путь!

— Я связал его не зря. Он поступил со мной круто только для того, чтобы я, раздавленный горем, повиновался без рассуждений и вопросов. Так что поделом ему: терпеть не могу быть орудием в чьих-то руках.

— А разве не все мы — чье-то орудие? Ведь на этом и стоит это общество.

Каждый из нас — чье-то орудие… Нет, вовсе не новая мысль, но она отлично иллюстрировала одну из сторон человеческих отношений: человек использует — и его используют тоже. Вот он, Буш, использовал Энн. Хауэс, в свою очередь, использовал его. А теперь Буш заставит послужить себе Хауэса и самого Силверстона.

А что? За ними обоими стояла сила и власть. Если Буш поможет им сейчас, то в две тысячи девяносто третьем они могут оказаться ему очень даже полезными. Он надеялся с их помощью вновь обрести свободу и возможность творить. Значит, если он хочет сохранить жизнь своему искусству, ему придется на время забыть о некоторых сторонах своего «я».

Ха! Моральные рассуждения и обновление — одно, но собственная польза — совсем другое, верно?

Буш принялся освобождать Хауэса от веревок. Пока он злился на собственноручно завязанные узлы, Силверстон поведал следующее:

— Вы знаете, что здесь, в Букингемском дворце, тусовалась группа интеллектуалов — изгнанников из нашего с вами времени? Я передал им свое послание, и сейчас они уже в пути — распространяют мое учение по всему миру.

— Учение? И давно вы ударились в религию?

— Вы не поняли: речь идет не о религиозном учении. Ах, как мне недостает сейчас Уинлока — наша ссора, разумеется, теперь в прошлом. Даже мне самому не постичь всю глубину того, что я открыл. Это открытие должно перевернуть весь миропорядок, я сам никак не свыкнусь с такой мыслью. Так что — отправляемся в путь, немедленно!

— Я не уйду отсюда без Энн!

— Знаю, что не уйдете. Она сейчас вернется с моим чемоданом… Вот без него я никуда не уйду. И как я умудрился позабыть его внизу, растяпа?… А, доброе утро, капитан!

Развязанный Хауэс сел, ворча, и несколько раз мотнул головой, чтобы привести в порядок мысли. Потом беспокойно глянул на Буша:

— Вы уже знаете про Энн?.. Про то, что она жива?

Буш кивнул.

— Мне искренне жаль, что так получилось. Но виноват во всем только ваш скверный характер. Когда вы пальнули из своего игрушечного ружья, Энн бросилась на пол; а после того как я усыпил вас газом, пришлось убедить ее не оживать еще несколько часов… Не сердитесь, но вам и вправду была необходима хорошая встряска.

— Да ну вас к черту! — Буш гневно отвернулся, и тут из-за угла показалась Энн, торопливо шагающая с пластиковым чемоданчиком под мышкой.

Силверстон тут же устремился к чемоданчику, а Буш — к Энн. Она улыбнулась, когда он ее обнял, и слегка приподняла бровь — игриво, но недоверчиво.

— Зачем ты так поступила?

— Нет, вы только послушайте: это он меня спрашивает! А зачем ты хотел меня застрелить?.. Молчи, я и сама знаю, что ты мне не доверяешь. Вернее, не смеешь довериться, как не смеешь довериться самому себе.

— Да я просто спятил с горя, когда увидел с тобой Хауэса, я ведь решил, что ты меня предала! И выстрелил только потому, что любил тебя, Энн… Видишь, я совсем потерял рассудок.

Она махнула рукой — было бы что терять!

— Пора покончить с болтовней — так вы до второго пришествия не разберетесь, кто прав, кто виноват, а время поджимает, — бесцеремонно вмешался Хауэс. — Гризли и его команда вот-вот придут в себя. Конечно, можно прикончить их, пока они не очухались, — может, суперагент Буш об этом позаботится? — но это украдет у нас несколько лишних минут. А потом уйдет еще пара часов на приступ самобичевания и моральных терзаний…

— Вы несправедливы к Бушу, — запротестовал Силверстон. — Он вызволил нас из лап Режима, за что ему от меня причитается тысяча благодарностей. Но время и впрямь не ждет! Мой чемодан теперь здесь: возьмемся же за руки, проглотим КСД — и в путь из от этого сумасшедшего дома! Отправимся в далекий юрский.

— А я думал, мы возвращаемся домой, — возразил Буш, только что оправившийся после язвительных выпадов капитана.

— Делайте, что вам говорят, — рявкнул Хауэс, вскрывая ампулу.

— У нас там срочное дело: нужно найти и взять с собой еще одного человека, — поспешил разъяснить Силверстон, своим тоном и видом извиняясь за отсутствие у Хауэса должных манер. — Ну, все готовы? — профессор оглядел спутников.

Хауэс уже крепко вцепился в него и сжал теперь руку Буша, в то время как тот взял за руку Энн.

— На старт, внимание — марш! — привычно скомандовал Хауэс.

V. За гранью времен

Букингемский дворец — и юрская равнина. Для Странствия Духа они были едины в одном аспекте: оба лежали под непроницаемым покровом безмолвия и недосягаемой глубины веков.

Вся четверка одновременно вынырнула в юрском, и Буша тут же охватила накопленная за долгие дни усталость и безразличие. Он недобро глянул на Силверстона и Хауэса. Вся цепь происшествий в Букингемском дворце не оставила в его памяти ничего, кроме раздражения; и тут же по контрасту вспоминалось ликование полета и божественный экстаз того момента, когда он покидал Всхолмье. Все его попытки вмешаться и как-то воздействовать на события этого мира кончались раздражением и недовольством; не лучше ли остаться на всю жизнь в одиночестве?..

Они стояли на берегу медленной широкой реки. Позади буйной гривой косматились джунгли, впереди простиралась холмистая равнина. На небе зависли свинцовые облака — давно осточертевший ему юрский пейзаж.

— Капитан Хауэс, — первым заговорил Силверстон. — Может, вы и Энн отправитесь за нашим другом, пока мы с Бушем тут немного отдохнем?

— Хорошо, так и поступим. Это займет часа два-три, так что отдыхайте, профессор, сколько сможете. И вам, Буш, не мешало бы сделать то же самое.

Энн помахала рукой остающимся, и вот уже маленький отряд скрылся за холмом.

Силверстон тут же извлек из чемоданчика походную надувную кровать, жестом пригласив Буша сделать то же.

— Нам здесь ничего не грозит, ведь ближайшее поселение более чем в двух милях отсюда. Капитан и Энн сейчас подберут нашего друга, и мы двинемся к пункту конечного назначения.