Колдовской свет - Лиза Смит

Она не ошиблась. Уинни тоже куда-то исчезла, и Келлер никак не удавалось обнаружить ее запах.

И тут кто-то заметил ее — большую пантеру с лоснящейся черной шкурой, сверкающими глазами и острыми клыками. Тяжело дыша, она замерла в дверях, только хлестала хвостом из стороны в сторону.

— О господи! — чей-то голос перекрыл общий шум. — Смотрите!

Все обернулись. И на миг оцепенели.

А потом началось невообразимое.

Девушки визжали, от них не отставали и парни. Людская толпа бросилась к другим дверям, кто-то попытался скрыться в танцевальном зале. Гости рвались прочь из комнаты, толкая друг друга, топча упавших на пол. Чтобы поторопить их, пантера грозно зарычала. Эффект получился потрясающий — гости бежали без оглядки.

Из всех обитателей дома Келлер был нужен только один — Бретт-дракон.

Она видела, что он выбежал в коридор. Заманивает ее в новую ловушку? Наверное. А может, он еще не понял, что ей все известно. Может, по какой-то причине Бретт продолжает игру.

Запрокинув голову, пантера вновь разразилась рыком. Это был не злобный вопль зверя, а призыв о помощи, обращенный к Ниссе и Галену. Услышав его, они должны все понять и прибежать сюда.

А Келлер бросилась в погоню за драконом.

Миновав коридор, она совершила неполное превращение. Прежде чем убивать дракона, следовало поговорить с ним. Но когти могли ей понадобиться, поэтому она осталась наполовину пантерой, наполовину человеком: шерсть покрыла туловище, тело стало пригодным для бега на двух ногах, за спиной метались человеческие волосы.

Дракон почти достиг конца коридора, когда Келлер прыгнула ему на спину.

Она сбила его с ног, перекатилась вместе с ним и придавила его к полу, заранее приготовившись терпеть боль, вызванную потоком черной энергии. Но боли не было. Келлер, не давая противнику опомниться, оскалила клыки и не то прорычала, не то проговорила:

— Где она?! Что ты с ней сделал?!

Бретт испуганно молчал.

Келлер вгляделась в его лицо. Это было самое обычное человеческое лицо — правда, мертвенно-бледное, с закатившимися глазами. От ужаса Бретт не мог сказать ни слова, только стонал.

— Отвечай! Где она?

— Я не виноват.

— Что? — Келлер схватила его за плечи и с силой встряхнула.

Голова Бретта безвольно мотнулась. Казалось, он в бреду.

Здесь что-то не так.

— Она в спальне с моими родителями. Все они спят… Или не спят…

Его лоб! От тряски волосы парня разлохматились, спутались, но лоб оказался гладким.

— Я не мог сопротивляться. Он что-то сделал со мной. Только несколько минут назад я опять смог думать, а до этого просто делал то, что он мне приказывал. Я был словно робот! Ты не представляешь, что это такое — жить с ним в одном доме три дня, чувствовать себя марионеткой… Когда он отпустил меня несколько минут назад, я думал, что умру…

Он продолжал бессвязно бормотать, но Келлер уже не слушала его.

Она думала о другом, хотя об этом надо было вспомнить гораздо раньше: драконы умеют телепатически управлять другими существами — по крайней мере, слабыми людьми.

Нисса была права: Царство Ночи узнало о том, что случилось в кабинете музыки. Наверное, сразу после этого и произошла подмена. Дракон овладел Джейми, когда она выходила на улицу. Инцидент с машиной был использован для того, чтобы пробудить сочувствие у спутников Келлер и на время усыпить их бдительность. А они-то сочли Джейми жертвой.

Скорее всего, врачей в больнице тоже подвергли телепатическому контакту. Иначе и быть не могло — ведь они осматривали голову Джейми.

Из-за головной боли Джейми провела дома последние три дня, поэтому ей и не понадобилось приближаться к защитному полю.

Илиана всецело доверяет Джейми и пойдет с ней куда угодно, даже не сопротивляясь.

А еще Джейми носит густую челку.

Последняя мысль была ясной и вселяющей Ужас: Джейми — дракон!

Вернее, дракон превратился в Джейми.

Келлер вдруг охватило неестественное спокойствие. Казалось, в ее голове образовалась пустота.

И ей не хотелось забивать эту пустоту посторонними мыслями. Она медленно перевела взгляд на Бретта.

— Прекрати болтать чепуху, — прошептала она, и Бретт умолк, словно ему зажали рот. — А теперь отвечай: кто находится в спальне с твоими родителями? Твоя сестра?

Он испуганно кивнул. Слезы хлынули из его глаз.

— Твоя настоящая сестра?

Он опять кивнул.

«Наверное, ее доставили сюда незаметно, — рассудила Келлер, — задолго до того, как дом окружили защитным полем и начали проверять все машины, а может, еще и до того, как Джейми-самозванка вернулась из больницы».

Почему настоящей Джейми сохранили жизнь, оставалось загадкой, которую Келлер было некогда решать.

— Я хочу знать, где сейчас Илиана, — продолжала она шепотом. — Тебе известно, куда ее увели?

Бретт ответил сдавленным голосом:

— Нет. Он ничего не говорил, даже когда сидел во мне. Но я заметил, что какие-то люди открыли дверь подвала. Наверное, они устроили подкоп.

«Подкоп. Под защитную стену, разумеется. Значит, нас одурачили дважды».

Чтобы не зарычать от злости, Келлер пришлось стиснуть зубы. План первого этажа дома не сохранился в ее памяти.

Она схватила Бретта за рубашку и, стараясь не испугать его еще больше, приказала:

— Где дверь подвала? Веди меня!

— Я не могу…

— Шевелись!

Он неуклюже поднялся. Келлер последовала за ним, подталкивая его в спину, пока они шагали по коридорам и лестницам.

Наконец Бретт рухнул на колени:

— Дверь вон там, внизу… Не приказывай мне идти с тобой. Я не могу. Просто не могу видеть его! — Он сжался в комок, обхватив себя за плечи.

Келлер оставила было его в покое, но, спустившись на три ступеньки, вернулась и снова взяла его за воротник.

— Ты говорил о звонке матери Илианы — он в самом деле украл ребенка? — Ей требовалось знать, какими будут условия сделки.

— Не знаю, — слабо простонал Бретт, прижимая ладони к животу, словно был ранен. — Сюда никто не звонил, но я не знаю, что он сделал. — Глядя на Келлер глазами, полными слез, Бретт хрипло прошептал: — Кто он такой?

Келлер покачала головой:

— Об этом тебе лучше не знать, — и отпустила его.

По лестнице она спускалась бесшумно, держась настороже, но очень быстро. И чем ниже Келлер спускалась, тем меньше было пользы от ее обостренного чутья. Все запахи заглушала тошнотворно-сладковатая вонь.

К тому времени, как она достигла последней ступеньки, ее шерсть встала дыбом, хвост вытянулся и напрягся, зрачки расширились.

В подвале было очень темно, разглядеть его Келлер удалось не сразу. Когда-то подвальное помещение было обставлено мебелью, но теперь все вещи оказались сломанными и сваленными в кучу в углу. В бетонной стене зияла свежая дыра, за ней начинался темный ход. А сладковатая вонь исходила от кучи навоза.