Дракон. Черта - Евгения Кондырева

Кроссор неторопливо подошел к зеркалу. Приглушенная сумерками гладкая поверхность отразила высокого муж–чину. Его тонкое лицо оставалось таким же привлекательным, как и в юности, а глаза приобрели завораживающую глубину. Губы мага дрогнули, обнажая ровные белые зубы. Усмехнувшись, маг сбросил тяжелый, отделанный мехом и золотом халат. Зеркало послушно отразило стройное, тренированное тело, только короткий, грубый шрам на спине слегка портил его.

Он неторопливо распахнул ставни огромного окна и несколько секунд неподвижно стоял, давая коже привыкнуть к легкому ветру.

Найдя на полу одежду, Юм поймет, что Повелитель, сменив воплощение, снова покинул замок. Глубоко вдохнув, Кроссор шагнул вниз.

…Замок Кроссора располагался далеко от столицы. Так захотел сам Кроссор. К чему торопить события, столица никуда от него не уйдет. Истинная сила не терпит торопливости. В покоях этого замка всегда стояла тишина. Повелитель не терпел, когда в нем появлялись чужие, но сейчас он сам ожидал их.

– Они здесь, Господин.

Кроссор отложил в сторону книгу. Быстро. Они не теряли времени даром. Гонец был послан всего четыре дня назад, и вот они здесь.

– Я буду завтракать, Юм.

Слуга поклонился и начал накрывать на стол. Кроссор снова углубился в книгу.

…Он сам сделал Краста, сына Легана, своего ближайшего соратника, наместником крепости-рудника Та-Сисс. И несколько лет дела в Та-Сиссе шли прекрасно. Конечно, Кроссор понимал, какую роль играет во всем этом маг Краста, человек по имени Борг, но в общем-то ему было все равно, кто на самом деле управляет крепостью. Пожалуй, молодой маг был единственным из людей, который смог заслужить его одобрение. Борг чем-то напоминал его самого, хотя что общего могло быть у человека, сына сапожника, и отпрыска древнего рода драконов?

Слуга бесшумно снял с блюда крышку, и ноздри Кроссора уловили тонкий аромат. Только Юм мог угодить ему и приготовить это блюдо так, как он любил – слуга был вместе с ним долгих двадцать лет. Кроссор медленно взял нож и пригубил вино.

…Когда два месяца назад маг крепости-рудника Та-Сисс осмелился прислать ему письмо, Кроссор нашел это непозволительно дерзким, но, дочитав письмо до конца, он погрузился в серьезные раздумья, а затем допустил к себе Краста и Борга.

То, о чем рассказывали эти двое, было удивительно.

Они утверждали, что Красту удалось захватить в плен младшего сына Феррона, который исчез из Гранала несколько лет назад. Но он не смог удержать его – Ригэн подверг его пыткам и лишил человеческого воплощения. В доказательство Краст показал Повелителю следы от пыточных копий. Следы, нанесенные этим оружием, нельзя было спутать ни с чем. Что же касается мага крепости, то именно в это время Борг отлучался по делам в город и на соляные копи. Когда маг возвратился, он смог вернуть Красту воплощение, и тут же написал письмо Господину. Теперь Борг готов понести любое наказание за то, что не уберег рудники и своего хозяина. Как только позволили раны Краста, они прибыли к Повелителю и смиренно ждут его решения.

Все это было очень похоже на правду. От Краста исходила такая волна ненависти, что не надо было быть магом, чтобы почувствовать ее. Он ненавидел того, о ком говорил.

А Борг… Вернуть отнятое воплощение, так быстро залечить раны от пыточных копий… На это был способен только очень хороший маг.

Борг ждал наказания, а дождался великой милости. Господин повелел ему возрождать Та-Сисс.

И вот эти двое снова здесь. Прошло уже больше месяца, и на этот раз он сам призвал их. Кроссор окунул пальцы в чащу с душистой водой, вытер их тонким платком и встал из-за стола.

Краст говорил о том, что было сделано в Та-Сиссе за это время. Кроссор почти не слушал. Он все знал и так. Маг оправдал его ожидания. Кроссор думал о сыне Феррона, о котором до последнего времени не было никаких вестей. Он словно канул в воду.

Кроссор любил неожиданно менять тему разговора, тем самым сбивая собеседника с толку, вот и сейчас, перебив Краста, он обратился к магу.

– Я последовал твоему совету, Борг, – произнес он, с любопытством наблюдая за его лицом. Борг опустил глаза, но горящие щеки выдавали его. – Я выпустил Странницу, как ты просил… Ты знаешь, она не нашла ту, за кем была послана.

– Она не нашла? – пораженно прошептал маг. – Она, которая проникает в мысли смертных?

– Да. – Кроссор встал и медленно подошел к пылающему очагу. – Пока не нашла, но я думаю, что и не найдет.

– Но, Господин, такого еще не было…

– Я не жалею, что сделал это. Она принесла мне много интересных вестей. Хочешь увидеть ее, Борг?

Взгляд Зовущего жег его огнем, и Борг не знал, что это было – проверка или нежданная милость? В любом случае у него не было выхода.

– Да, Господин, – твердо ответил он.

Кроссор усмехнулся:

– Не многие из моих слуг ответили бы так. Хорошо.

Борг видел Странницу раньше, но никогда так близко, как сейчас, и никогда он не осмеливался посмотреть ей прямо в лицо.

Это создание было древним как сама земля. Бездонные глаза старухи впились в его лицо, и Борг почувствовал, как затрепетало его сердце и от щек отлила кровь.

– Ты хочешь узнать, что у него в голове, Росс? – тихим,– глубоким голосом произнесла старуха, и маг вздрогнул.

Он сам не знал, что больше поразило его: то, что у скрюченной нищенки в лохмотьях оказался такой голос, или то, что она назвала Зовущего по имени. Это имя было неизвестно Боргу.

– Нет. – Кроссор с любопытством глядел на замершего человека. – Я доверяю ему.

Старуха медленно покачала головой:

– Тогда чего же ты хочешь?

– Скажи, что ты думаешь о нем.

Бездонная пустота снова взглянула на Борга, и ему показалось, что еще немного, и он растворится в ней.

– Он смел, он не глуп, у него горячая кровь и холодная голова. Он предан тебе, – по-прежнему тихо произнес удивительный голос.

Кроссор улыбнулся.

– А что ты скажешь о другом моем госте?

Старуха перевела взгляд на Краста и поджала сухие губы.

– Он одержим ненавистью. И эта ненависть может помешать тебе, Росс.

Повелитель снова улыбнулся:

– Его ненависть пригодится мне.

– Ты спросил, что я думаю о нем.

Отвернувшись от помертвевшего Краста, старуха протянула иссохшие руки к пылающему огню, и Боргу показалось, что огонь потускнел.

– Зачем ты позвал меня, Росс, ведь дело мое не завершено, – снова заговорила она.

– Прости, что оторвал тебя, – с почтением произнес Повелитель. – Я хотел, чтобы они из твоих уст услышали вести, которые ты принесла мне.

– Хорошо.

Старуха выпрямилась и тяжело оперлась на сучковатую клюку.