Летучая мышь - Дерек Картун

Пабджой уставился на него испытующе:

- Сколько ещё времени понадобится?

- Пару дней.

- Ладно, действуй.

Все поднялись, потягиваясь, и направились к дверям. Гарри подмигнул мне - ему явно доставляли удовольствие шпионские игры. Я его чувства не разделял.

В коридоре по пути к себе Пабджой сказал:

- Пока нет никакого смысла просвещать на этот счет нашего американского друга Хенка. Не стоит его огорчать. А этот Робертс мне не нравится. Нет в нем никакого уважения к начальству.

Джентельмены, могу я предложить вам шерри? - спросил министр иностранных дел. - У меня есть очень неплохой подарок испанской делегации, они тут вчера скандалили из-за Гиблартара. Как будто мне под силу сдвинуть эдакую глыбу, - он засмеялся над собственной шуткой и вообще явно был доволен жизнью. Вивиан по-прежнему в полосатом костюме обошел присутствующих с бутылкой и бокалами.

- Благодарю, не надо, - отказался Киллигрю.

- Сегодня у меня куча неприятностей, - сообщил министр, - Третий мир, сами понимаете... Мы все поддерживаем идею, что этим странам нужна постоянная помощь. Но лучше бы отправлять её почтой, честное слово. Итак, обратимся к проблемам собственного континента - надеюсь, вы не увеличите бремя моих сегодняшних неприятностей. - Он отпил шерри и бодро огляделся, Ну, Эндрью, чем порадуете?

- Пока особо нечем, господин министр. Есть кое-какие нити, но нужно время, чтобы их раскрутить.

- Как долго?

- Еще с неделю, скажем.

Киллигрю дернулся, будто желал высказаться, но передумал.

- Досадно, Эндрью, - произнес министр, - Знаете, премьер меня просто затрахал. Не могу отрицать, что у нашего премьера множество достоинств, но терпение - не в их числе. Напористость, сила убеждения - это да. Но он нетерпелив. Никак в толк не возьмет, почему наши спецслужбы так долго не могут дать простой ответ на простой вопрос. Необходима секретность - я это понимаю, а он нет. Да и ни к чему ему это - у него своих забот полно. Так что, судите сами, джентельмены, какое на меня оказывается давление, министр отхлебнул из бокала, никто не решился вставит слово. Он медленно обвел взглядом присутствующих.

- Что, Денверс? - обратился он к тому, кого Пабджой счел кэгэбэшником. - У вас есть соображения по этому поводу?

- Нет, господин министр, - Денверс не проявил волнения, но постарался спрятать глаза за своим бокалом с шерри.

- А у вас?

- Ничего, сэр, - браво отрапортовал Киллигрю.

- Требуется моя помощь, джентельмены? - ядовито спросил министр.

- Позвольте мне, - решился я. Киллигрю глянул на меня с изумлением, будто впервые обнаружив мое присутствие.

- Пожалуйста, Кэри, - пригласил министр, - Что там у вас?

- Я думаю, нам было бы полезно ознакомиться с протоколами встреч, которые состоялись у Маршана здесь, в Лондоне.

Министр почесал в затылке.

- Гм, это не так-то просто. Это ваш департамент, Денверс. Можно получить протоколы?

- Только заключительные выводы, - Денверс предвидел международные осложнения, он их вовсе не жаждал.

- Мне тоже так кажется. Но постарайтесь сделать все, что можно. Проясните вопрос в службе безопасности НАТО, не ставя их в известность, зачем нам понадобились протоколы.

Денверс не ответил. То ли он собирается выполнить просьбу министра, то ли готов убить его на месте - по виду не скажешь.

- Что еще, джентельмены? - даже природную живость нашего хозяина заморозили, наконец, мрачные, непроницаемые гости-жрецы госбезопасности, Вы считаете, что расследование приведет нас к большому скандалу? - его глаза смотрели на Пабджоя умоляюще.

- Вам не о чем беспокоиться, господин министр.

- Вот и отлично. Я доложу премьеру, что вы пока ещё не пришли к окончательным выводам, но ничего ужасного не предвидится. Такова ваша точка зрения, не правда ли?

- Именно так, сэр, - ответствовал Пабджой.

- Вивиан свяжется с вами, как только мы получим протоколы из НАТО.

Когда мы с шефом вышли на Уайт-холл, я спросил, зачем ему понадобилось заранее представлять результаты расследования как вовсе безобидные, когда уже совершенно ясно, что они прозвучат подобно взрыву бомбы.

- А я ничем не рискую, Кэри, - усмехнулся он, - Результаты расследования - это одно, а доклад о них - совсем другое. Между ними пропасть. Мы, разумеется, обязаны знать, что произошло на самом деле, а министр иностранных дел вовсе не обязан. Господи, да он сегодня только и делал, что пытался внушить нам: не сообщайте ничего, что могло бы меня огорчить.

- Почему бы тогда просто не сказать ему, что все, мол, в порядке?

- Это было бы слишком просто, Кэри. Пусть как следует попотеет - а то не почувствует облегчения, когда мы снимем с него груз. Пусть ещё недельку поволнуется.

Я счел за лучшее не углубляться в тему. В конце концов, политика - это не мое.

Я как раз был в кабинете Пабджоя во вторник, когда Гарри объявил, что готов доложить о результатах.

- Давай прямо сейчас, - велел Пабджой. В ожидании Гарри мы сидели молча. Я курил, шеф рисовал что-то в своем желтом блокноте. Гарри явился и начал с места в карьер:

- Все полностью соответствует!

Он проворно разложил на столе листки с машинописным текстом.

- Вот рабочие параметры передатчика, обнаруженного во Франции: длина волн, частота, мощность на выходе и, что особенно важно - корреляты для поиска приемника сигналов, то есть спутника.

Мы с Пабджоем тупо смотрели на цифры, которые для Гарри означали так много, а для нас так мало.

- А вот здесь - все об этом спутнике: период обращения, перигей, апогей, - снова цифры и малопонятные слова, из чего я смутно понял, что не всякий спутник может принимать сигналы с определенного передатчика и наоборот. Пабджой глубокомысленно покивал.

- Мой американский приятель раздобыл-таки данные якобы исчезнувшего спутника, запущенного в феврале шестьдесят восьмого - вот они. Теперь вы и сами видите - спутник может принимать сигналы передатчика, который я своими глазами видел во Франции. Другими словами, как я уже сказал, они друг другу соответствуют.

Эндрью Пабджой помолчал несколько минут, продолжая чертить линии в блокноте. Я, наконец, сформулировал свой вопрос:

- Допустим, русские захотели бы втереться в систему связи между Францией и Соединенными Штатами - что бы им для этого потребовалось?

Теперь помолчал Гарри.

- Ну, - задумчиво произнес он после паузы, - для начала им надо бы определить местоположение спутника, что в принципе возможно. Затем убедительную причину найти для своих действий. Подслушивание - это дорогое удовольствие. Прежде чем тратить силы и деньги, надо представить, стоит ли овчинка выделки.

- Можно ли украсть информацию так, чтобы следов взлома не осталось? спросил Пабджой.

- Конечно, начальник, - Гарри с энтузиазмом пустился в технические подробности.

- Русские, ты считаешь, располагают нужными средствами?

- У них были бы два пути, - сказал Гарри, тщательно подбирая слова, действовать с Земли, со станции слежения или с собственного спутника. Наша технология нам бы такое позволила, значит, они тем более могут. Насчет подслушивания в космосе - тут они американцев опережают. Я слыхал, из-за этого в Вашингтоне очень даже волнуются.

- Спасибо, Гарри, - кивнул ему Пабджой, - Ответ исчерпывающий.

Как только за Гарри закрылась дверь, он обернулся ко мне со словами:

- А как Маршана ко всему этому пристегнуть, мы все равно не знаем.

- Он был с этим связан, - сказал я, - Улики, хотя и косвенные, но сильные. Мы твердо знаем, что Бракони был агентом и работал на Хенка или на кого-то вроде него. Независимо от того, работал он только на американцев или был двойным агентом, Маршан действовал с ним заодно. Нам точно известно, что Маршан норовил заскочить в Конш при всяком удобном случае, пользовался для этого любым предлогом. Сопоставьте это с рассказами французских коммунистов и Мюллера о том, чем эти двое занимались во время оккупации - тут вывод сам напрашивается.

Пабджой, казалось, не слушал. Его карандаш скользил по бумаге, изображая большой квадрат.

- Передача информации была отлажена отлично, - произнес он, - Никаких встреч, никаких записей. Все строилось на редкостном умении Маршана запоминать детали. Все бы хорошо, если бы не Бракони. Он был слабым звеном. И ещё тот, кто его контролировал, - Пабджой перешел к внешней отделке нарисованного ящика. Внезапно он произнес резко:

- Можешь выкинуть из головы все, что Гарри тут плел насчет русских. Как они там подслушивают в космосе. Жизнь не так уж сложна. И ни к чему нам вся эта экзотика. Если уж к русским попадала секретная информация, так более простым путем.

ГЛАВА 24

Париж принаряжался к Рождеству, будто старая упрямая кокотка. Тысячи лампочек на припорошенных снегом деревьях вдоль Елисейских полей сверкали, как фальшивые бриллианты. Роскошные магазины на Фобур-Сент-Оноре, по соседству с английским посольством, дошли до такой изысканности, что даже казались несколько вульгарными. В витринах кондитерских красовались большие шоколадные поленья - подобие тех, что будут гореть в сочельник в каждом очаге. Кристиан Диор предлагал своим покупателям постели для кошек с матрасами из меха норки - прекрасный рождественский подарок тем, у кого есть все на свете, даже кошка.