Сага о копье: Омнибус. Том II - Маргарет Уэйс

— Цвет глаз… другой цвет глаз…

— Насколько я помню, у шамана были темно-карие глаза, — сказал Нистур. — Хотя поручиться не могу. Во-первых, мы видели его в полумраке, во-вторых, он был в шапке с кучей всякой дребедени, свешивающейся на лицо. А в-третьих, сама его физиономия была вымазана зеленой краской. Впрочем, все это ерунда. Ну зачем, скажите мне, Говорящему с Тенями могло понадобиться изменять цвет глаз?

В комнату ворвался молодой гном и что-то прошептал на ухо Горячей Кузнице.

Тот выслушал и обратился к спорящим приятелям:

— Я послал разведчиков послушать, что творится в городе. У нас есть такие места, откуда можно многое узнать, оставаясь незамеченными. Так вот. В городе переполох: кочевники готовятся к штурму. Вполне вероятно, что через пару часов начнется бой. Пока что объявлено перемирие для встречи Правителя с Киагой.

Кажется, Правитель и Высший Совет решили, кого выдать в качестве убийцы вождей.

Если Киагу не устроит их решение и он не согласится с тем, что именно этот человек совершил убийство, то делегация Тарсиса будет отпущена в город, а штурм начнется в тот момент, когда закроются ворота.

— У вас отлично налажена система сбора информации. — Нистур сделал искренний комплимент гномам.

— Что-то перестал я верить этому Киаге, — заметил Железное Дерево. — Извини меня, Бадар, но я не удивлюсь, если, нарушив условия перемирия, твой вождь возьмет да и захватит Правителя и его свиту в заложники.

— Киага поклялся в своих словах душами всех предков, — сказал Горячая Кузница.

Бадар встрепенулся:

— Если Великий Вождь дал такую клятву, он выполнит все договоренности.

Если же он нарушит ее — ни один вождь, ни один воин не последуют за ним.

— Я полагаю, — сказал Нистур, — и вряд ли у вас есть другие версии, — что выдан кочевникам будет Советник Мелкар. Одно это уже будет победой для Киаги-дипломата. Ведь Мелкар — единственный стоящий командир из городской знати. Остальных всерьез воспринимать нельзя.

— Что же мы можем предпринять? — спросил Станбог.

— Признаюсь, я не вижу выхода, — вздохнул Нистур. — Расследование убийства оказалось нам не по зубам. Жаль, конечно. Советника Мелкара. Он пострадает ни за что. Но, боюсь, весь этот город плохо кончит. Все местные аристократы — с рождения плуты, интриганы и мошенники.

— Мы взялись разобраться и найти виновного, — скрипнув зубами, с расстановкой сказал Железное Дерево. — И мы сделаем это.

Все с удивлением посмотрели на него. Сам же солдат обратился к гному:

— Слушай, Горячая Кузница, ты говорил, что у вас есть туннели, ведущие за городские стены. А нет ли у вас выхода в лагерь кочевников?

— Конечно, есть. Если хотите, я могу провести вас к самому шатру Киаги. А будь у нас пара часов — мы бы прокопались и под шатер.

— Это уже лишнее. Пошли, — скомандовал Железное Дерево всем присутствующим.

— Но послушай, приятель… — возразил было Нистур, однако резкий жест солдата оборвал его фразу.

Затем Железное Дерево сказал:

— Дайте мне спокойно подумать. Я должен составить план, как офицер перед сражением. Времени у нас нет, поэтому во многом придется действовать наугад, принимая решения с ходу.

— Так ты догадался, кто убийца? — с надеждой спросил Станбог.

— Пока нет. Никак не могу свести все концы. Но это уже дело нескольких минут. Все, теперь я его не упущу!

И солдат с силой сжал ладонь в кулак.

— Все это замечательно, если твоя мысль успеет опередить события, — заметил Нистур. — А если в самый ответственный момент ты окажешься только на подходе к принятию решения или не сможешь выстроить строгую систему доказательств?

— Можешь не ходить со мной, — ответил Железное Дерево. — Если нужно, я пойду один.

Нистур фыркнул:

— Ах, какие мы гордые н благородные! Ладно, не кипятись. Так и быть, уважу старого приятеля. Да и куда ты денешься без моего красноречия…

Железное Дерево улыбнулся и хлопнул друга по плечу.

— Я тоже не упущу возможности поприсутствовать при обвинительной речи, — сказал Станбог.

— Я пойду со Станбогом, — словно эхо, отозвалась Мирса.

— Нет, — сказал ей Железное Дерево. — Я хочу, чтобы вы с братом пошли в город и достали нам лошадей. Сколько у нас денег?

Порывшись по карманам, все выложили свои монеты на стол. Пересчитав их, солдат сказал:

— Этого хватит на несколько сносных кляч. Хороших скакунов, разумеется, на эти деньги не купишь. Не будет хватать на шесть, берите пять. Ракушка может ехать с кем-нибудь вдвоем.

Горячая Кузница извлек откуда-то и выложил на стол основательный мешок, полный монет.

— Вот, держите. Тут вам хватит и на хороших лошадей, и на первое время в дороге. Ведь, если я все правильно понял, вы вскоре собираетесь покинуть город, причем, скорее всего, в изрядной спешке. А значит, главное, что вам сейчас нужно, — надежные скакуны. Я полагаю, что вам стоит купить по два коня на каждого. Не переживайте, за долгие годы у нас скопилось немало монет, а пользоваться деньгами нам приходится ой как редко.

— Спасибо, — коротко и просто сказал Железное Дерево, а затем еще раз обратился к Мирсе и Бадару:

— Тогда не торгуйтесь — берите лучших коней и не задерживайтесь. У нас каждая секунда будет на счету.

Горячая Кузница, обратимся к Станбогу:

— Я хотел бы попросить тебя об одной услуге. — Если это в моих силах, рад буду помочь, — ответил лекарь, и они с гномом зашептались о чем-то.

— Ворота ведь заперты, — напомнила Ракушка. — Как вы собираетесь выехать из города?

Отвлекшись от разговора со Станбогом, гном сказал:

— Я вас выведу. Неподалеку от конного рынка среди старых развалин есть вход в широкий туннель, по которому можно даже лошадей провести. А заканчивается он за холмом к югу от города.

— Отлично. Значит, там мы и встретимся, если, конечно, останемся в живых.

Мирса выразительно посмотрела Станбогу в глаза, но тот кивнул и произнес:

— Делай, что он сказал, дорогая. А мы с тобой скоро увидимся.

Махнув рукой Бадару, Мирса скрылась в одном из коридоров вслед за Делвером и еще несколькими гномами. Ракушка с тоской проводила взглядом Бадара.

— Ну что ж, не будем терять время, — сказал Железное Дерево, вставая из-за стола. — Пошли. Я хотел бы быть на месте в тот момент, когда делегация Тарсиса подъедет к шатру Киаги.

Нистур последовал за ним, говоря:

— А что? Это будет дело, достойное поэмы. Слушай, а если наша версия не устроит Правителя, иди Киагу, или, того и гляди, обоих?

— Придется уносить ноги, — честно ответил солдат.

— Ах, это будет короткая, но захватывающая дух восхитительная пробежка!

Всю дорогу по бесконечным туннелям Железное Дерево молчал, обдумывая свой план. Наконец Горячая Кузница остановил их где-то в середине бывшей подземной деревни. Один из встретивших их гномов бойко доложил:

— Мы сейчас под выходящим на поверхность валуном, прямо перед шатром Киаги. Делегация Тарсиса как раз на подходе.

— Значит, пора поговорить с ними, — произнес Железное Дерево.

— Согласен, — отозвался Станбог. — Мне не терпится увидеть этого Великого Вождя вместе с его шаманом.

— Мне тоже, — сказал Железное Дерево, внимательно поглядев лекарю в глаза.

Ракушка подбросила на ладони печать Правителя:

— Я так думаю, в последний раз мы пользуемся этими побрякушками.

Горячая Кузница подвел их к лестнице, которая вела в странное, не правильной формы помещение. Изрядно поднатужившись, несколько гномов отодвинули фрагмент стены, открывший выход в узкую, чуть шире человека трещину, рассекающую валун надвое. Само помещение оказалось выдолбленным изнутри камнем.

— Удачи вам, друзья, — сказал Горячая Кузница. — Дверь для вас будет открыта. Если вам понадобится путь к отступлению — не мешкайте. Сразу сюда. Мы захлопнем выход за вами, и пройдет очень много времени, прежде чем преследователи поймут, куда вы подевались, а уж тем более сумеют добраться до входа в туннель. А дальше никто из них не сунется, уверяю вас, а если и рискнет, то непременно заблудится в коридорах. Так что мы вас ждем.

Выйдя из тени валуна, вся компания осталась практически незамеченной в утренних сумерках. Стоявшие неподалеку кочевники не обратили на чужаков никакого внимания, так как все их взгляды были нацелены на площадку перед большим шатром Киаги.

Там, гарцуя на рослом, богато украшенном скакуне, Великий Вождь ожидал приближающихся представителей Тарсиса. Рядом с ним на более скромной лошади восседал Говорящий с Тенями, за их спинами возвышался великан-знаменосец в бронзовой маске.

Приближающаяся кавалькада была весьма внушительна. Сотня молодых воинов-аристократов плотным каре окружала саму делегацию. Расступившись, богато наряженные всадники пропустили вперед Правителя в роскошных доспехах и его советников. За Советником Рукхом следовал отряд его личной стражи. Советник Альбан вел за собой неумело держащихся в седле астрологов из его компании. Лишь Советник Мелкар ехал без почетного эскорта. Он также восседал на роскошном коне, но был закован в позолоченные, по причине столь высокого ранга преступника, кандалы. На стенах и башнях Тарсиса собралась толпа горожан и солдат, не желающих упускать такое редкое зрелище.