Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

проворчал он. — Где ему понять, что, сидя в штабе, нельзя руководить полевой операцией!

Пит не купился.

— Мистер Хобарт сказал, что операция закрыта. Отныне этим делом занимается армия.

— Армия? Но армейская служба безопасности совершенно не умеет работать. Они нам все завалят!

— Боюсь, сэр, у нас нет выбора.

Энтони глубоко вздохнул, стараясь успокоиться. Рано или поздно это должно было случиться. В ЦРУ пока не знают, что он двойной агент, — считают, что он вышел из-под контроля, и хотят, не поднимая шума, его отодвинуть.

Однако Энтони не зря годами муштровал молодых агентов, приучая их смотреть на себя как на божество. У него были основания надеяться, что Пит и теперь не подведет.

— Тогда сделаем вот что, — произнес он, как бы размышляя вслух. — Возвращайся в Вашингтон и скажи им, что я отказался выполнить приказ. Ты тут ни при чем, теперь за все отвечаю я. — Сказав это, он отвернулся, словно не ждал от Пита ничего, кроме молчаливого согласия.

— Ладно, — ответил Пит. — Я догадывался, что вы так скажете. В самом деле, не могу же я вас связать и силой привезти!

— Вот именно, — небрежно бросил Энтони, скрывая свое облегчение от того, что Пит не стал спорить.

— Только… — добавил Пит.

Энтони резко развернулся; раздражение его прорвалось наружу.

— Что еще?

Пит побагровел, и родимое пятно у него на щеке приобрело пурпурный оттенок.

— Сэр, мне приказано забрать у вас оружие.

Холодок прошел по спине Энтони; он начал понимать, что легко из этой ситуации не выпутается. Оружие он не отдаст. Это исключено.

— Так скажи им, что ты попросил меня отдать пистолет, а я не отдал, — ответил он, с трудом выдавив улыбку.

— Простите, сэр… Не могу выразить, как мне это неприятно. Но мистер Хобарт дал совершенно ясные и четкие указания. Если вы не сдадите оружие, мне придется обратиться в местную полицию.

Тут Энтони понял, что Пита придется убить.

На секунду его охватила почти невыносимая скорбь. В какое болото подлости и предательства он себя завел! Двадцать лет назад, когда клялся посвятить жизнь благородному делу — мог ли он предвидеть, к чему приведет эта клятва?!. Однако вслед за скорбью пришло ледяное спокойствие. На войне ему приходилось принимать трудные решения. Это тоже война: другая, но правила те же. Раз уж вступил в игру — побеждай любой ценой.

— Ладно, — проговорил он с непритворным вздохом. — Хотя, по-моему, это на редкость дурацкое решение.

— Спасибо! — даже не пытаясь скрыть облегчение, ответил Пит.

— Не беспокойся. Я на тебя зла не держу. Хобарт отдал прямой приказ, и, разумеется, ты не можешь его ослушаться.

— Так что же, — решительно свел брови Пит, — вы сдадите оружие?

— Разумеется. Оно у меня в багажнике. Подожди, я принесу.

Как и ожидал Энтони, у Пита возникли подозрения.

— Я пойду с вами.

Именно этого Энтони и хотел! Он притворился, что колеблется, затем кивнул:

— Как хочешь.

Вместе они покинули здание терминала и подошли к машине, припаркованной у обочины ярдах в тридцати от аэропорта. Вокруг никого не было.

Энтони подцепил пальцем защелку багажника и распахнул его.

— Здесь, — сказал он.

Пит склонился над багажником.

Энтони бесшумно достал пистолет с глушителем. На миг его охватило искушение вставить дуло себе в рот, нажать на спусковой крючок и раз навсегда покончить с этим кошмаром.

Миг промедления едва не стал для него роковым.

— Что-то я не вижу… — заговорил Пит, оборачиваясь.

Он среагировал молниеносно. Прежде чем Энтони успел поднять оружие с громоздким глушителем, Пит шагнул в сторону, уходя с линии огня, и выбросил вперед руку. Его кулак встретился с челюстью противника, и Энтони пошатнулся. Пит ударил его другой рукой; Энтони начал заваливаться назад — однако в падении поднял пистолет. Слишком поздно Пит заметил направленное на него дуло. Лицо парня исказилось от страха, он поднял руки, словно надеясь отвратить смерть этим беспомощным детским жестом… а в следующий миг Энтони трижды выстрелил.

Все три пули попали Питу в грудь. Потоки крови хлынули на серый пиджак, и тело с глухим звуком рухнуло наземь.

Энтони вскочил на ноги, сунул пистолет в карман, огляделся.

Пит еще дышал и шевелил губами, словно пытаясь что-то сказать.

Борясь с тошнотой, Энтони поднял окровавленное тело на руки и бросил в открытый багажник. Затем снова достал пистолет. Пит корчился от боли и смотрел на него расширенными, полными ужаса глазами. Ранения в грудь не всегда смертельны; если бы сейчас Пита быстро доставили в больницу, он бы выжил.

Энтони приставил пистолет к его виску. Пит попытался закричать; изо рта хлынула кровь. Энтони нажал на спусковой крючок.

Потом захлопнул багажник и сам рухнул сверху. Его мутило, перед глазами все плыло; второй раз за день он получил серьезные удары по голове.

— Эй, приятель, с вами все в порядке? — спросил кто-то.

Энтони выпрямился, торопливо спрятал пистолет в карман пальто и обернулся. Рядом остановилось такси; по тротуару подходил его водитель — пожилой негр с озабоченным добрым лицом.

Что он видел? Энтони не знал, хватит ли у него духу убить и этого непрошеного свидетеля.

— Не знаю уж, что вы там грузили в багажник, — проговорил таксист, — но, я смотрю, тяжеленько вам пришлось!

— Ковер, — пытаясь отдышаться, произнес Энтони.

Таксист смотрел на него с простодушным любопытством жителя