Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

— Сделаю-ка я тебе бутерброд, пока ты не свалился.

В этот миг Люк ощутил, что в самом деле умирает от голода.

— Не возражаю.

Вместе они вышли на кухню. Берн открыл холодильник и достал оттуда буханку ржаного хлеба, брусок масла, буженину и бермудский лук. Люк почувствовал, как рот наполняется слюной.

— Это случилось на войне, — начал Берн, отрезая четыре куска хлеба и намазывая их маслом. — Французское Сопротивление делилось на сторонников де Голля и на коммунистов, и уже тогда они боролись за позиции в послевоенном правительстве. Рузвельт и Черчилль хотели быть уверены, что коммунисты не выиграют выборы. Поэтому оружие и боеприпасы союзники поставляли только голлистам.

— И как я к этому относился?

Берн положил на хлеб буженину, намазал горчицу, пристроил сверху луковые кольца.

— Французская политика тебя мало интересовала, ты просто хотел разбить нацистов и вернуться домой. Однако у меня были другие планы. Я хотел выровнять счет.

— Как?

— Передал коммунистам весточку о том, где и когда приземлится парашют с посылкой от союзников, чтобы они могли подстеречь нас и отобрать снаряжение. — Берн грустно покачал головой. — Но эти идиоты все испортили. Предполагалось, что нас встретят на обратном пути, как бы случайно, и предложат поделиться по-товарищески. Вместо этого на нас напали прямо на месте парашютной выброски; следовательно, их кто-то навел — и самым очевидным подозреваемым был я.

— Что же я сделал?

— Предложил мне сделку. Я немедленно рву все связи с Москвой, а ты никому и никогда об этом не рассказываешь.

— И?..

Берн пожал плечами.

— Мы оба сдержали свое слово. Впрочем, по-моему, ты меня не простил. Во всяком случае, наша дружба после этого уже не была прежней.

Толстый серый кот, появившись из ниоткуда, уставился на бутерброд и выжидающе мяукнул. Берн бросил ему на пол ломтик буженины.

— Будь я коммунистом, — медленно проговорил Люк, — я был бы с тобой заодно.

— Вот именно.

— Но ведь я мог стать коммунистом уже после войны! — возразил Люк, боясь поверить в свою невиновность.

— Вряд ли. Такое случается с людьми в юности — или не случается вообще.

— А может, я шпионил за деньги?

— Тебе не нужны деньги. Твоя семья богата.

Да, то же говорила и Элспет.

— Значит, Энтони ошибается.

— Или лжет. — Берн собрал два сандвича и поставил их на стол на двух разнокалиберных блюдцах. — Газировки хочешь?

— Конечно.

Берн достал из холодильника и открыл две бутылки кока-колы. Прихватив еду и напитки, Берн и Люк вернулись в гостиную.

Люк набросился на свой сандвич, словно голодный волк, и разделался с ним в одну минуту. Берн с улыбкой наблюдал за ним.

— Хочешь мой?

— Нет, спасибо, — покачал головой Люк.

— Бери-бери. Мне все равно пора садиться на диету.

Люк взял второй сандвич и с наслаждением откусил большой кусок.

— Если Энтони врет, — продолжал между тем Берн, — то зачем он на самом деле стер тебе память?

Прожевав сандвич, Люк ответил:

— Тогда это должно быть связано с моим внезапным отъездом с мыса Канаверал.

— Да уж, на совпадение не похоже, — кивнул Берн.

— Видимо, я узнал что-то очень важное — настолько важное, что бросил все и помчался докладывать в Пентагон.

— Почему же ты не рассказал об этом своим ребятам на мысе Канаверал? — нахмурился Берн.

Люк подумал.

— Наверное, счел, что им нельзя доверять.

— Может быть. Итак, ты собрался в Пентагон, однако Энтони тебя перехватил.

— Верно. Видимо, ему я доверял, поэтому рассказал все, что мне известно.

— А потом?

— Он решил стереть мне память, чтобы тайна никогда не вышла наружу.

— Черт возьми! Что же ты такое раскопал?

— Когда узнаю — пойму и все остальное.

— С чего начнешь?

— Думаю, для начала вернусь в отель и осмотрю свои вещи. Вдруг там найдется ключ.

— Если Энтони промыл тебе мозги, скорее всего он и в вещах твоих порылся.

— Он мог уничтожить очевидные ключи к разгадке, но пропустить что-нибудь такое, что счел неважным… Так или иначе надо проверить.

— А дальше?

— Единственное место, где еще стоит искать разгадку, — мыс Канаверал. Вернусь туда ночью… — Люк взглянул на часы. Было уже больше девяти. — Нет, скорее, завтра утром.

— Переночуй у меня, — предложил Берн.

— Зачем?

— Не стоит тебе оставаться на всю ночь одному. Съезди в отель, забери вещи и возвращайся. А утром я отвезу тебя в аэропорт.

Люк кивнул.

— Знаешь, — проговорил он, чувствуя неловкость, — похоже, ты чертовски хороший друг.

— Мы долгий путь прошли вместе, — пожал плечами Берн.

Такой ответ Люка не удовлетворил.

— Ты сам сказал: после того случая во Франции наша дружба дала трещину.

— Верно. — Берн встретил взгляд Люка прямым, открытым взглядом. — Ты, как видно, думал: кто предал однажды — предаст и дважды.

— Да, понимаю… — задумчиво ответил Люк. — Но я ошибался, так?

— Да, — ответил Берн. — Ты ошибался.

21.30