Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

При испытаниях обнаружилось, что приборный отсек начинает перегреваться еще до взлета. Найденное решение проблемы типично для торопливых и грубых, но эффективных разработок команды «Эксплорера»: снаружи на корпусе ракеты на электромагнитах закреплен контейнер сухого льда. Как только отсек начинает перегреваться, термостат включает вентилятор. Непосредственно перед взлетом срабатывают электромагниты, и охлаждающий элемент падает на землю.

Желтый «Кадиллак Эльдорадо» Энтони был припаркован на К-стрит, в длинном ряду такси, готовых по мановению руки швейцара поспешить к отелю «Карлтон». Отсюда, из машины, Энтони ясно видел дорожку, ведущую ко входу в отель, и сам ярко освещенный вход. Пит дежурил в снятом на вечер номере у телефона, ожидая звонков от агентов, что разыскивали Люка по всему городу.

В глубине души Энтони надеялся, что никто не позвонит, что Люку удастся ускользнуть. Тогда и ему не придется принимать самое страшное в своей жизни решение. Однако другая часть его души отчаянно желала найти наконец Люка и разобраться с ним раз и навсегда.

Люк — старый друг, достойный человек, любящий семьянин, выдающийся ученый… но в конечном счете все это не имеет никакого значения. Мало ли хороших людей убивали во время войны — просто потому, что те сражались не на той стороне? Вот и теперь, в холодной войне, Люк выбрал не ту сторону.

Из здания выбежал Пит. Энтони приоткрыл окно машины. Торопливо подойдя к нему, Пит сообщил:

— Звонил Экки. Люк на Массачусетс-авеню, в квартире Бернарда Ротстена.

— Наконец-то! — Энтони отправил агентов следить за домами Берна и Билли, рассчитывая, что Люк отправится за помощью к кому-то из старых друзей, и теперь испытывал мрачное удовлетворение от того, что не ошибся.

— Когда он уйдет, Экки на мотоцикле проследит за ним, — добавил Пит.

— Хорошо.

— Думаете, он отправится сюда?

— Очень может быть. Подождем. — В холле отеля дежурили еще два агента: их задачей было предупредить Энтони, если Люк войдет через другой вход. — И второй возможный вариант — аэропорт.

— Там у нас четверо.

— Отлично.

Пит кивнул.

— Ладно, пойду-ка я назад к телефону.

Энтони нахмурился, размышляя о том, что ему предстоит. Люк ошарашен и сбит с толку, однако решительно настроен докопаться до истины. Он забросает Энтони вопросами. Энтони постарается завлечь его в какое-нибудь уединенное место. И как только они останутся вдвоем — всего секунда понадобится ему, чтобы выхватить из кармана пальто пистолет с глушителем.

Скорее всего, Люк не сдастся без боя: не в его характере безропотно принимать поражение. Быть может, он прыгнет на Энтони или попытается скрыться. Что ж, ему уже случалось убивать, он сумеет совладать с нервами и выстрелит Люку в грудь, несколько раз, чтобы наверняка — и рука не дрогнет. Люк упадет. Энтони склонится над ним, пощупает пульс. Если понадобится, сделает последний выстрел, чтобы прекратить мучения.

Вот и все. Его лучший друг будет мертв.

Проблем не возникнет. Энтони предъявит украденные чертежи с пометками, сделанными рукой Люка. Правда, он не сможет доказать, что нашел их у советского агента… Ничего страшного, в ЦРУ ему поверят на слово.

Тело он вывезет куда-нибудь в безлюдное место и бросит там. Разумеется, его найдут, и начнется расследование. Рано или поздно полиция докопается, что убитым интересовалось ЦРУ, и начнет задавать вопросы. Однако управление знает, как работать с чересчур любопытными полицейскими детективами. Им ответят, что связь убитого с управлением — вопрос национальной безопасности, дело совершенно секретное и не имеет никакого отношения к убийству.

А всякого, кто этим не удовлетворится и продолжит задавать вопросы — будь то коп, журналист или политик, — подвергнут проверке лояльности. К его родным, друзьям и соседям явятся агенты, начнут расспрашивать о нем, мрачно намекая на подозрения в связях с коммунистами. Расследование ни к чему не приведет, однако репутация «подозреваемого» будет безнадежно испорчена.

Для нас нет ничего невозможного, с мрачной усмешкой подумал Энтони.

К дверям отеля подъехало такси, из которого вышел Люк — в синем пальто и серой шляпе, должно быть, где-то купленных или украденных. С другой стороны улицы за ним наблюдал Экки Горвиц на мотоцикле. Энтони вышел из машины и двинулся ко входу в отель.

Люк выглядел усталым и напряженным. Протягивая деньги таксисту, он скользнул взглядом по Энтони, но его не узнал. Бросив таксисту: «Мелочь оставьте себе», он вошел в отель. Энтони шел за ним следом.

Они ровесники — обоим тридцать семь. Познакомились в Гарварде, когда им было восемнадцать. Полжизни назад.

«Если бы тогда знать, чем все закончится! — горько подумал Энтони. — Если бы только знать…»

Еще у дверей дома Берна Люк заметил, что за ним следят. Всю дорогу до «Карлтона» за ним следовал человек на мотоцикле. И теперь, входя в отель, Люк был насторожен и готов к любым неожиданностям.

Холл отеля «Карлтон» походил на роскошную гостиную, обставленную в стиле рококо. Конторка портье и столик консьержа, утопленные в альковах, не нарушали геометрию пространства. У входа в бар две женщины в шубах непринужденно болтали с группой мужчин в смокингах. Бесшумно сновали взад-вперед коридорные в ливреях и служащие в черных фраках. В этом первоклассном отеле все было продумано и организовано так, чтобы путешественник расслабился и наслаждался жизнью.

Люк расслабляться не собирался.

Окинув холл быстрым взглядом, он сразу заметил двух мужчин, очень похожих на шпиков. Один, сидя на элегантном турецком диване, читал газету, второй курил неподалеку от лифта. В окружение не вписывались оба: плащи, заурядные костюмы…

Не подойти ли к одному из них, не завести ли разговор начистоту?.. Нет, вряд ли будет толк. Люк обратился к портье, назвал свою фамилию и получил ключ от номера. Едва он повернулся к лифту, как его