Бог войны - Дэвид Вебер

- Вероятно, тут вы были достаточно справедливы, - признал Базел с улыбкой. - Но даже если это не так, у меня все равно не больше планов, чем было после прошлой ночи.

- Должны ли мы послать разведчиков? - это была светловолосая, темноглазая Шалсан Варламп, еще одна из недавно прибывших всадников ветра, и та, кто проделал лучшую работу, чем большинство, приняв Базела таким, какой он есть.

- Против другого врага, да, - ответил Базел. - Против этого одного..? - Он покачал головой, наполовину прижав уши. - У меня есть все "разведчики", которые нам должны понадобиться, прямо здесь. - Он постучал себя по лбу. - И я не допущу, чтобы кто-то из наших людей находился впереди, где те, на кого мы охотимся, могли бы уничтожать их по одному за раз.

Варламп выглядела скептически, но прежде чем он смог сказать что-нибудь еще, заговорил Брандарк. Обычная беззаботность Кровавого Меча отсутствовала, и его голос был очень серьезным.

- Базел прав, Шалсан, - сказал он. - Знаю, это звучит нелепо, но я видел это раньше, когда он отправился на охоту за Шарной. Если Базел Бахнаксон скажет вам, что он знает, где найти Тьму, поверьте ему на слово. Он знает.

- Что ж, - сказала Варламп через мгновение, - тогда, полагаю, это конец делу. - Она повела плечами, как человек, почувствовавший, как холодный ветерок прошелся по его спине, затем пожала плечами. - Просто мне кажется неправильным не посылать разведчиков, когда мы знаем, что враг ждет где-то впереди.

- Больше так не бывает, - согласился Базел. - Но это не тот враг, на которого ты привыкла охотиться, Шалсан.

* * *

- Они идут, хозяин.

Существо, которое когда-то было человеком по имени Джергар Шолдан, открыло глаза и село при звуке раболепного голоса. Конечно, на самом деле он не спал - он не нуждался во сне уже очень, очень давно, - но ему потребовалось мгновение, чтобы отогнать воспоминание о темной, продуваемой ветром пустоте, где он дрейфовал среди языков невидимого черного пламени на крыльях ревущей бури. Где-то за этими стенами ледяного огня чувствовалось чье-то Присутствие, Имя, затерянное в реве бушующего ветра. Он знал их обоих и боготворил их, но сама мысль о них одновременно наполняла его ненавистью и страхом.

Но это тоже было правдой в течение очень долгого времени, напомнил он себе, нежно дразня кончиком языка острые, как бритва, клыки, которые были внешним признаком того, кем он стал. А ненависть и страх, как и осознание собственного порабощения, были ничтожной платой за бессмертие и силу, которая его поддерживала.

Хотя, признался он себе, очень тихо, в самых потаенных уголках своего сознания, были времена...

- Где? - резко потребовал он.

- Все еще на юге, - подобострастно сказало существо, разбудившее его. - Далеко на юге, но приближаются!

Оно потерло свои бесформенные лапы друг о друга, склонило голову и заискивало перед ним, вырисовываясь силуэтом на фоне солнечного света за пределами пещеры. Джергар смотрел на это с презрением, но под этим презрением скрывалось нечто большее, чем просто след страха. Не о существе, а о сходстве, параллели между ними, которую не могло стереть все его отрицание.

Длинный, скользкий язык шардона высунулся, как мокрая черная змея, чтобы облизать свои свиноподобные клыки, и он пригнулся еще ниже, почувствовав на себе его взгляд.

- Пожалуйста, хозяин, - заскулило оно, и он наклонился и злобно ударил его, когда его крайний страх породил гнев. Этот удар раздробил бы человеческую кость, но шардон только взвизгнул - больше от страха, чем от боли - и упал на бок, подняв крылья, чтобы прикрыть голову. Джергар отвел руку, чтобы ударить его снова, затем позволил руке упасть на бок.

- Вставай, - прорычал он, и шардон вскочил на ноги и встал, сгорбившись, перед ним, уставившись вниз и отказываясь встречаться с ним глазами.

- Где они находятся "на юге"? - зарычал он, и существо, казалось, замкнулось в себе. Он заскулил, и Джергар заставил себя не ударить его еще раз. Это было трудно, но он напомнил себе о его ограничениях. Ночь и тьма были уделом Крэйханы и ее созданий. Сам Джергар мог переносить свет, хотя прямые солнечные лучи причиняли боль и оставались слегка дезориентирующими, несмотря на обоняние, которым снабдил его Варнейтус, чтобы защитить его от этой слабости и помешать другим заметить его странно удлиненные зубы. Но шардоны пострадали гораздо сильнее, чем он, и даже когда они были защищены от самого солнца, дневной свет делал их неуклюжими и медлительными... и глупыми.

- Скажи мне, где они сейчас находятся, - сказал он, говоря очень медленно и отчетливо, и шардон заметно оживился, как будто вопрос наконец был переведен в понятные ему слова.

- Возможно, в одной лиге к югу от того места, где мы пировали на лошадях, хозяин, - нетерпеливо сказал он, протягивая когтистую лапу, как будто хотел коснуться его колена. Он отказался от фамильярности и отдернул лапу, и Джергар хмыкнул в неохотном одобрении.

- Очень хорошо, - сказал он через мгновение. - Возвращайся в свою стаю. Я позову тебя, когда ты мне понадобишься.

- Да, хозяин, да! - пробормотал шардон, подпрыгивая и кланяясь, а затем поспешил прочь, забившись поглубже в тень пещеры. Джергар проводил его взглядом, затем присел на выступ скалы, чтобы подумать.

Если сообщение шардона было точным - что, вероятно, так и было, - то у него все еще оставалось по крайней мере три или четыре часа до прибытия Базела. Достаточно долго, чтобы солнце село.

Его губы скривились при этой мысли, но, несмотря на это, он жалел, что у него нет инструментов получше для работы. В своей стихии, под покровом темноты, шардоны были гораздо менее глупы, чем можно было предположить из того, что ему только что доложили. Они также были грозными противниками для любого смертного существа, вооруженные ядовитыми когтями и клыками и способные принимать облик волков. Их нельзя было "убить" большинством смертных средств, и было чрезвычайно трудно даже уничтожить их физические тела. Хуже всего то, что с точки зрения живых врагов они разделили сущность своей госпожи, Крэйханы. Они были виртуальными продолжениями Ее - отдельными и бесконечно более слабыми, правда, но часть того, чем они питались, также питала Ее. Тех, кого они сбивали с ног, они пожирали, и они не довольствовались только плотью, костями и кровью.

И