Северная невеста (СИ) - Катерина Полянская (Фиалкина)

— Получала заслуженный нагоняй.

От Арлита пахло чаем и снегом, будто только что с улицы вернулся. И в светлых волосах поблескивали снежные крошки, неторопливо превращающиеся в капельки.

— И за что же? — ладонь поднялась выше, пальцы стали массировать шею.

Я блаженно жмурилась и, кажется, уже не испытывала навязчивого желания излить душу второму брату.

— За дело! — призналась с энтузиазмом. — Я помыла пол в ритуальном зале.

Жених на мгновение замер, даже ласку прекратил. Внутри все сжалось от беспокойства: вдруг разозлился? Но нет, Арл тихонько рассмеялся и сжал меня крепче.

— Ари, я тебя обожаю! — по щеке скользнули горячие губы.

Что я там говорила об испорченных моментах? Этельвин просто не мог упустить такой шанс!

— Я все-о вижу! — эхом раздался рокочущий голос.

И мы шарахнулись друг от друга, как нашкодившие подростки!

Семидневье прошло в хлопотах.

Таррина, верная своим обязанностям, знакомила меня с укладом Дома, ведением хозяйства и местным этикетом, даже расходную книгу показала. Я старательно впитывала новые знания и к вечеру обычно напоминала иссушенную грушу. Сил едва хватало на то, чтобы добрести до кровати.

Порой Арла по двое суток не видела!

Наследнику едва ли приходилось намного легче. За время отсутствия у мужчин тоже накопилось немало дел, и Арлит с Ривелом просиживали за бумагами или объезжали окрестности с раннего утра до позднего вечера. Эвин также о своем существовании больше не напоминал.

— Льера Ариадна, подъем! — в спальню влетела раскрасневшаяся Вида. Наверняка опять только что со свидания прибежала! — Одевайтесь скорее! Льера Таррина запланировала после завтрака пойти к хозяйственным постройкам.

На кровать полетело простое домашнее платье.

— Надеюсь, там нет ничего опасного?

— Нет, но Ниру лучше взять с собой. Так мне будет за вас спокойнее.

Несмотря на то, что за время пути между нами установились простые и теплые отношения, в первые же дни в замке Вида настояла на том, чтобы обращаться ко мне на «вы». С ее же подачи огневика даже наедине требовалось называть женским именем. Мотивировалось все просто: даже у стен есть уши.

И несмотря на то, что все еще подумывала заменить камеристку кем-нибудь другим, я совету вняла.

— Эта змеища уже три раза пыталась меня сманить, — «магиня» встретила меня в полной готовности.

По распоряжению Арлита, огневичка находилась в доме на правах гостьи и за столом тоже сидела вместе с нами. Чему я искренне радовалась. Хоть одно дружественно настроенное лицо в отсутствие жениха!

— Дельное что предложила?

— Сегодня — дать протекцию при дворе Великого Князя.

Я невольно восхитилась. Сильна!

— Вранье, — со знанием дела припечатала Вида, расправляя на мне платье. Оглядела получившийся образ критично и извлекла из сундука меховую накидку.

От сложных причесок дома я отказывалась категорически и, не обращая внимания на неизменные осуждающие взгляды приставленной ко мне дамы, сама плела простую косу. Так сделала и сегодня, заранее предвкушая, как будет кривиться «тетушка».

— Почему?

— Этельвин — единственный, кто в этом Доме на короткой ноге с Князем. Двора как такового пока не существует, уделы только-только объединились. Не до него пока. А Таррина только болтать и горазда.

Последние слова были произнесены совсем тихо, чтобы никто случайно не услышал. Но все-таки прозвучали, из чего я сделала вывод, что в сердце камеристки поселилась ревность. Ну Хранитель, ну Вида! Вроде, обоим прилично лет, а страсти как у молодых кипят!

— Кровь рода Замерзшей Розы — единственное, что в ней есть ценного, — закрепила мои подозрения служанка. Впрочем, опомнилась мгновенно. — Идите скорее, не то к завтраку опоздаете.

И мы пошли.

Предчувствуя очередной долгий и трудный день, я не очень-то спешила. Успею еще насладиться обществом шипящей льеры. А пока можно поболтать с Ниром, поглазеть по сторонам… свернуть не там и битый час блуждать по коридорам в поисках короткого пути в столовую.

Ясные боги, когда у меня уже достанет сил отправить назойливых родственников по домам? Никогда не поверю, что вне замка эти двое обитают под одной крышей.

— Впредь буду отправлять за вами дворецкого, — процедила льера и поджала и без того тонкие губы.

Я оглядела ее худое лицо с резкими чертами, поймала полный желчи взгляд и поняла, что Ривела мало осуждаю. Достанься мне в мужья ледяное полено, сама бы на сторону свильнула.

— Вижу, вы тоже прекрасно выспались, льера Таррина? — пропел Нир, занимая свое место.

Одна. Но этого, разумеется, никто вслух не сказал.

Боясь рассмеяться в голос, я ограничилась кивком.

— Ешьте быстрее, девочки. У нас сегодня много дел.

Завтрак прошел в молчании, как бывало всегда, если мужчины к нам не присоединялись. Я вяло размазывала вязкую кашу по тарелке (никогда ее не любила!) и мечтала про себя, как стану здесь хозяйкой. И все изменится! Вокруг молодой четы льеров, конечно, соберутся такое же молодые и веселые приближенные, завтракать мы с Арлитом будем вместе, а в поездках я обязательно стану его сопровождать. А с расходными книгами и экономка прекрасно справится!

— Ада, ты уснула? — проорала в ухо жестокая реальность в виде сытой, но все такой же угрюмой льеры Таррины.

— А?…

— Идем уже!

Пришлось кутаться в накидку и чинно шествовать следом за тетушкой.

Мы действительно обходили хозяйственные строения. И это было не так нудно, как обычные ее «уроки». Зашли в конюшню, где мне показали пофыркивающих лошадей и ластящихся жеребят. Но ни покататься, ни угостить животных чем-нибудь вкусным мне не позволили. Мол, не пристало льере. А льере хотелось! Очень. Ничего, вот освободится Арл, тогда и наверстаю.

Дальше были всякого рода амбары, еще одна кухня, почему-то отдельная от замка и прочая ерунда, которую я благополучно промечтала. Прижмет, тогда и разбираться буду. Опомнилась, когда обогнули сад и уперлись во что-то, отдаленно напоминающее прилавки. И зачем они под открытым небом?

— Раз в лунный цикл мы устраиваем ярмарку, — пояснила Таррина. — Больше для простолюдинов развлечение, самим ходить совершенно не обязательно.

А я решила, что пойду, хоть бы из чистого любопытства. И Арлита уговорю!

Насладиться своими мыслями мне опять помешали.

— А вот и она, — впервые на моей памяти Таррина улыбалась искренне.

Тут же слух уловил громкие голоса. К нам приближались белоснежные сани.