Че Гевара - Жан Кормье

Отныне независимый и свободный в своих действиях новый команданте решает осесть в Эль Омбрито, чтобы разместить свою базу. Фидель относится к этому без оптимизма. Он находит место опасным для лагеря, слишком рискованным, но все же позволяет своей правой руке взять на себя ответственность.

В соответствии с высоким званием Че также принимает на себя задачу: окружить Санчеса Москеру. К несчастью, последний только что покинул район. Все же Эрнесто надеется нанести удар 26 июля, в памятную дату атаки Монкады, четыре года тому назад. Фидель рекомендует ему проявить осторожность, но оставляет полную свободу действий. Че выдвигает амбициозный план, который состоит в том, чтобы ночью атаковать сначала казарму Эстрада-Пальмы, не нарушая традиции, затем направиться к соседним поселкам — Яру и Вегитасу и там разгромить гарнизон, а потом дойти до базового лагеря. Но герилья, и Че учится этому, не шахматная игра, где принимается в расчет только ум, где против противника двигают фигуры на свое усмотрение: нужно еще считаться и с другими. По радио он узнает, что Рауль Меркадер, который находился в окрестностях Туркино, тоже готовится произвести атаку на Эстрада-Пальму и он уже на месте. Чтобы не идти следом за «вторым Раулем Революции», Эрнесто снова вынужден изменить планы.

Он решает заняться казармой Буэйсито, в тридцати километрах южнее Байамо, гарнизонного города со стотысячным населением Здесь можно ожидать важную тыловую поддержку со стороны жителей: Движение

26 июля глубоко укоренилось в Лас-Минас-де-Буэйсито, соседнем шахтерском городе, где добывается медь, а также немного золота. Вало Сардинас поручает Армандо Оливеру, живущему в Санья-Брава, на границе с Калифорнией, найти машины. Че удовлетворен его работой: грузовик, принадлежащий Рубену Фернандесу из поместья Гуасимилья, в Калифорнии, грузовик, принадлежащий Конрадо Сантиэстебан из Калифорнии, грузовик Луиса Рибейро, управляемый Исраэлем Пардо; два автомобиля, один — Идальберто Герерро (Лас-Минас-де-Буэйсито), другой — Нино Оро из Ортиса Буэйсито плюс джип «виллис» с шахты Ольтон, предоставленный Рейнальдо Наваро из Лас-Минас-де-Буэйсито.

На пересечении улицы и пустыря казарма с толстыми желтыми стенами занята 13-м эскадроном 1-го пехотного полка «Масео». Эта казарма существует с середины XIX века, являясь промежуточным постом между городами Байамо и Мансанильо. Защищаемая испанцами, она была атакована и взята мамбисами[16] под командованием генерала Каликсто Гарсии и Антонио Масеа. В этом приятном городке, где в мирное время сплошная «dolce vita», история встретилась с Великой Историей.

В районе, куда стремятся проникнуть барбудос, им противостоят 31 508 человек под знаменем Батисты (42 ООО человек насчитывала кубинская армия в начале герильи), размещенные вокруг сильной базы Туркино: 16 311 — в регулярной армии, 3 432 приписаны к Службе чрезвычайного положения — горемыки, набранные в спешке и очень плохо обученные, и 11 765 — из других частей, не считая военно-морской флот, полицию военизированных формирований полковника Масферрера. Нападающие — как Давид перед Батистой-Голиафом, 300 более или менее вооруженных людей.

Колонна Че развертывается веером, чтобы захватить врасплох солдат, пока они спят. Атака начинается 31 июля в 5 часов 20 минут. Но «ученики барбудос» не следуют инструкциям, и положение быстро становится довольно странным. Обнаружив тень на углу, Че рявкает:

— Кто идет?

Тот уверен, что свои, отвечает:

— Сельская гвардия!

Эрнесто успевает прицелиться, солдат ныряет в окно ближайшего домика. В темноте переворачивает стол, бьет посуду, роняет два стула и удирает через заднюю дверь в противоположную от базы сторону. Че его не преследует.

Часовой, потревоженный лаем собаки, которую разбудил шум, прислушивается и идет посмотреть, что же произошло. Одновременно Че из своего «томсона» и часовой из ружья «гаранд» стреляют друг в друга. Проскочив вперед на несколько метров, Эрнесто обнаруживает кого-то и кричит: «Руки вверх!» Видя, что тот готовится выстрелить, Че намерен выпустить в него всю обойму, но «томсон» отказывается стрелять. Как назло, маленькое ружьецо Исраэля Пардо тоже молчит.

— Не знаю, как выпутался он, но зато знаю, как я спас свою жизнь, — рассказывает Че. — Под пулями «гаранда» я бежал так быстро, как никогда не бегал. Вдруг вижу, меня перегоняет Исраэль, ныряет в закоулок, карабкается, как кошка, на стену, прыг вниз, туда же следом обрушиваюсь и я.

Скоро люди Че взрывают заднюю дверь поста гвардейцев. Дело сделано: среди гвардейцев пятеро ранены, двое из которых умрут, остальные станут пленными. Со стороны барбудос только одна потеря, Педро Ривера. У одного с долины прострелена грудь. И один тяжелораненый — Рафаэль Рамирес. Крестьянин Мануэль Эспиноса рискует подняться на столб при въезде в поселок, чтобы перерезать телефонную линию, таким образом избавились от сигнала тревоги.

В апреле 1994 года во время путешествия, которое мы совершаем по Сьерра-Маэстре по следам Че, ведомые Поло, босоногим капитаном, мы проезжаем через Буэйсито. С нами Ильда, когда-то малышка Ильдита, дочь Че. К ней подходит старушка, аккуратно причесанная, целует ее, волнуясь, и со слезами рассказывает:

— Недалеко от поселка, за мостом, проклятый Санчес Москера сваливал трупы и сожженные останки своих жертв. Где-то около четырехсот.

В районе Буэй-Аррибы, который мы проходим, Че всегда живой.

— Он в нас, он с нами, он остается всегда нашим командиром! — говорит нам Рамон Олива Гарсия, историограф Революции в этой части острова.

Трофеи богатые: десять ружей 30-го калибра, один автомат, шесть «гарандов», девять револьверов 45-го калибра, семнадцать подсумок. Геваристы захватывают также «джип» и несколько раненых мулов, которые не смогли убежать в грохоте выстрелов.

Как только колонна проехала мост на выходе из поселка, Че останавливает «джип» и приказывает минеру Кристино Нараньо обезопасить их отход. Он только наполовину доволен поведением людей, которые слишком нервничали во время операции. Хотя это отнюдь не помешало ему добиться признания благодаря победе, одержанной в гористой местности Сьерры и на ее отрогах. Эта победа заметно подорвала моральный дух противостоящей армии и явилась толчком для антибатистских действий по всей стране. Теперь весь остров знает Эрнесто Гевару, его называют «Геройским герильеро».

После атаки он пишет Фиделю: «В десять часов мы смогли отойти, не обнаруженные авиацией…» Затем комментирует сложные обстоятельства, которые чуть не стоили жизни Франку Пайсу, и выдвигает предложение заменить его во главе Движения 26 июля. Также он уточняет, что с двадцатью пятью новыми рекрутами, десять из которых не вооружены, его колонна насчитывает сто человек. Таким образом Первая (Фиделя) и Четвертая (Че) колонны вместе составляют триста человек.