Harry Potter and the Deathly Hallows - Джоанн Роулинг

- Тогда какого черта за мной охотился домашний эльф? Или опять про кубки будешь спрашивать? Нету у меня ничего, хотя можешь их достать у…

- И не в кубках дело, хотя уже теплее, - прервал его Гарри. - Заткнись и слушай.

Было так приятно найти себе занятие, и кого-то, из кого можно было выудить немного правды. Палочка Гарри была настолько близко к носу Гнуса, что тому пришлось скосить глаза, чтобы не выпускать её из виду.

- Когда ты обчистил дом, вынеся все ценности, что смог найти, - начал Гарри, но Мундунгус снова его перебил.

- Да Сириусу и дела не было до этого барахла…

Послышалась скороговорка из брани, затем лязг, блеснула медь, и с припадочным криком Кричер разбежался и со всего размаху ударил Мундунгуса по голове кастрюлей.

- Убери его, отзови, его запереть надо! - кричал Мундунгус, пригибаясь, когда Кричер снова занёс тяжёлую кастрюлю.

- Кричер, нет! - закричал Гарри.

Тонкие руки Кричера тряслись от тяжести кастрюли, но он продолжал держать её навесу.

- Может быть ещё разок, хозяин? Для верности.

Рон засмеялся.

- Он нужен нам в сознании, Кричер, но если нам понадобятся особые меры, мы предоставим его тебе, - сказал Гарри.

- Большое спасибо, хозяин, - сказал Кричер с поклоном, он отошел, с ненавистью глядя на Мундунгуса своими большими бледными глазами.

- Когда ты обчистил дом от всех ценностей, что смог найти, - снова начал Гарри, - ты взял кое-какие вещи из кухонного серванта. Там был медальон, - во рту у Гарри вдруг пересохло. Он также чувствовал напряжение и волнение Рона и Гермионы. - Что ты с ним сделал?

- А что? - спросил Мундунгус. - Он чё-то стоит?

- Он до сих пор у тебя! - закричала Гермиона.

- Нет, это вряд ли, - сказал проницательный Рон. - Он наверняка думает, что смог бы выручить за него больше денег.

- Больше? - сказал Мундунгус. - Это ж, блин, не составило бы большого труда… только вот на халяву отдал, у меня выбора не было…

- О чём ты говоришь?

- Я торговал в Косом Переулке, а она ко мне подходит и спрашивает, есть ли у меня лицензия, чтобы торговать магическими артефактами. Чёртова старая карга. Она хотела меня штрафануть, но ей приглянулся медальончик, она забрала его, а меня отпустила, сказала, что мне, типа, повезло.

- Что за женщина? - спросил Гарри.

- Не знаю, какая-то тётка из Министерства.

Гнус немного подумал, приподнял бровь.

- Мелкая такая, на макушке бантик, - он нахмурился и добавил. - На жабу похожа.

Гарри выронил палочку: она ударила Мундунгуса по носу и оросила красными искрами его брови, которые тут же воспламенились.

- Агуаменти! - закричала Гермиона, и из её палочки вылетела струя воды, окатившая Мундунгуса, отчего тот начал фыркать и кашлять.

Гарри посмотрел на Рона и Гермиону и увидел на их лицах то же потрясение, какое испытывал он сам. Шрамы на тыльной стороне его ладони, казалось, снова начало неприятно покалывать.

Глава двенадцатая. Магия - это могущество

Медленно тянулся август, и трава на неухоженном газоне в центре Гриммолд Плейс постепенно высохла и пожелтела. Никто из соседей никогда не видел ни тех, кто обитал в доме номер двенадцать, ни самого дома. Магглы, проживавшие на Гриммолд Плейс, давно приняли тот факт, что, по удивительной ошибке в нумерации, за домом номер одиннадцать сразу следовал номер тринадцать.

Однако сейчас газон облюбовали визитёры, которые, похоже, находили эту аномалию весьма интересной. Едва ли был хоть один день, когда один или два человека не приходили на Гриммолд Плейс с одной единой, как казалось, целью опереться на забор между домами одиннадцать и тринадцать, и наблюдать за местом, где соединялись дома. Наблюдатели никогда не были одними и теми же два дня подряд, хотя все они, похоже, разделяли общую неприязнь к нормальной одежде. Большинство жителей лондона, проходивших мимо них, привыкли к эксцентричной манере одеваться и почти не обращали на это внимания, хотя иногда кто-нибудь и оглядывался, удивляясь, как можно носить мантии в такую жару.

Наблюдатели, похоже, получали не слишком большое удовольствие от своей вахты. Иногда кто-нибудь из них начинал возбуждённо приглядываться, будто, в конце концов, заметил что-то интересное, но только затем, чтобы вновь разочарованно отклониться обратно.

В первый день сентября на газоне было больше желающих поглазеть, чем раньше. Полдюжины человек в мантиях молча внимательно высматривали что-то между одиннадцатым и тринадцатым домами, однако то, что они ожидали увидеть, по-прежнему было скрыто от их глаз. С наступлением вечера, впервые за последние недели принесшего с собой неожиданный холодный дождь, вновь произошел один из тех необъяснимых моментов, когда они, казалось, обнаруживали что-то интересное. Один из них, мужчина с перекошенным лицом, указал на что-то, и, вместе со своим ближайшим компаньоном, упитанным, бледным человечком, дёрнулся было вперёд, но, мгновение спустя, снова расслабились и опять выглядели разбитыми и разочарованным.

Тем временем, внутри дома номер двенадцать, Гарри только что вошёл в холл. Он почти потерял равновесие, когда аппарировал на верхнюю ступеньку лестницы перед входной дверью, и думал, что Пожиратели Смерти могли заметить его на мгновение появившийся локоть. Аккуратно закрыв за собой входную дверь, он снял Мантию-Невидимку, накинул её на руку, и поспешил по мрачному коридору, ведшему из холла, к двери в подвал, сжимая в руке украденный экземпляр «Ежедневного Пророка».

Обычный тихий шёпот: «Северус Снейп» поприветствовал его, тело обдало холодом, и язык свернулся на мгновение.

- Я не убивал тебя! - сказал он, когда к нему вернулась способность говорить, и задержал дыхание, когда пыльная фигура взорвалась. Только пройдя половину пути вниз по лестнице, ведущей в кухню, чтобы оказаться вне досягаемости слуха Миссис Блэк, и отряхнув с себя пыль, он произнёс:

- У меня есть новости, и они вам не понравятся.

Кухня была почти неузнаваема. Каждая поверхность сейчас сияла. Медные баночки и кастрюльки были начищены до блеска, деревянная столешница лоснилась, кубки и тарелки, уже готовые к ужину, поблескивали в свете весело играющего огня, на котором кипел котёл. Ничто в этом помещении, однако, не претерпело более серёзных изменений, чем домовой эльф, спешивший навстречу Гарри. Эльф был укутан в белоснежное полотенце, волосы в его ушах были чисты и пушисты как хлопок, а медальон Регулуса болтался на худой груди.

- Извольте разуться, господин Гарри, если Вам будет угодно, и помыть руки перед ужином, - прокаркал Кричер, принимая у него Мантию-Неведимку, чтобы повесить её на крючок, торчавший из стены, рядом с многочисленными свежевыстиранными старомодными мантиями.

- Что случилось? - со страхом спросил Рон. Он и Гермиона изучали кипу исписанных неразборчивым почерком записей и от руки нарисованных карт, которые в беспорядке были разбросаны на дальнем краю длинного кухонного стола, но сейчас все их внимание было приковано к Гарри, который подошёл к ним и бросил газету поверх обрывков пергамента.

Большая фотография знакомого черноволосого мужчины с крючковатым носом смотрела на них из-под заголовка, в котором значилось:

- Нет! - воскликнули Рон и Гермиона.

Гермиона оказалась быстрее, и, схватив газету, начала читать вслух прилагавшуюся к картинке статью.

- «Северус Снейп, долгое время занимавший должность преподавателя зельеварения в школе чародейства и волшебства Хогвартс, сегодня был назначен его новым главой, что стало наиболее важным из многочисленных изменений в кадровом составе этой древнейшей школы. Вследствие отставки предыдущего преподавателя маггловедения, Алекто Кэрроу займёт этот пост, тогда как её брат, Амикус, станет преподавателем Защиты от Тёмных Искусств.

- “Я приветствую возможность поддержать лучшие традиции и ценности мира волшебников…”»

- Такие, как убийства и отрезание человеческих ушей, я полагаю! Снейп! Директор! Снейп в кабинете Дамблдора! Мерлиновы штаны! - завопила она, отчего Гарри и Рон подпрыгнули на месте. Она выскочила из-за стола и поспешила из комнаты, крикнув на ходу:

- Я вернусь через минуту!

- Мерлиновы штаны? - удивленно повторил Рон. - Она, должно быть, расстроена.

Он притянул к себе газету и пробежал глазами статью о Снейпе.

- Другие преподаватели не согласятся с этим: МакГоннагалл, и Флитвик, и Спраут - они все знают правду, знают, как погиб Дамблдор. Они не примут Снейпа в качестве директора. И кто такие эти Кэрроу?

- Пожиратели Смерти, - сказал Гарри. - Внутри есть их фотографии. Они были на вершине башни, когда Снейп убил Дамблдора, так что они его друзья, и, - с горечью продолжил Гарри, - я не думаю, что у других преподавателей есть выбор, кроме как остаться. Если за спиной Снейпа стоят Министерство и Волдеморт, то нужно выбирать: или они остаются и преподают, или проводят несколько прекрасных лет в Азкабане, и то если повезёт. Я полагаю, они останутся, чтобы попытаться защитить учеников.