Удар молнии - Дмитрий Казаков

Что, дорогуша, упустила? Я позволил себе злорадную ухмылку.

Дождавшись, пока она уйдет, я неторопливо направился к ближайшему кафе. Если я прав, то спешить в зону посадки или к камерам хранения смысла не было. Диана будет ждать меня там, и вовсе не для того, чтобы запечатлеть на щеке прощальный поцелуй.

У этой дамочки есть ко мне интерес, но никак не личного свойства.

Я выждал три часа – за это время истощится терпение у самого стойкого шпиона – и только после этого отправился забирать свои вещи. Двигался осторожно, в толпе, постоянно смотрел по сторонам.

Слежки заметить не удалось. Хотя когда имеешь дело со столь шустрой особой, как Диана, ни в чем нельзя быть уверенным.

Спилберг выглядел грязно-бурым шаром, который чья-то шаловливая рука забросила в космос. Пассажирам космического корабля "Мицар-29" его показывали, наверное, чтобы они передумали и остались на борту.

Вокруг планеты висел целый выводок небольших лун.

Какой-нибудь фанатичный планетолог нашел бы в этом зрелище красоту, мне же оно не показалось приятным. Я точно знал, что с момента выхода из подпространства мы находимся под прицелом, поэтому последние часы чувствовал себя несколько неуютно.

Оставалось надеяться, что с последнего рейса "Мицара" пираты не пропили остатки мозгов.

Корабль дернулся и тут же из коридора донесся резкий вой сирены – сигнал того, что всем, кто желает сохранить целостность позвоночника, пора принять горизонтальное положение.

Капитан "Мицара" не утруждал себя всякими нежностями, вроде объявлений и предупреждений. Как выяснилось чуть позже, он не утруждал себя и мягкими посадками. Мы грохнулись на планету, словно мешок с металлической посудой – с балкона.

В недрах корабля чего-то задребезжало, меня подбросило почти к потолку. – О! – только и смог сказать я, приземляясь обратно на койку. – Вот веселье-то! – Эй, выходи, – в дверь постучали, – прилетели.

Последнее сообщение предназначалось, судя по всему, для особо тупых пассажиров. Я поднял слегка поколоченное тело на ноги и двинулся к трапу. Желающих лететь на Спилберг в принципе нашлось немного, так что в коридорах не было особой тесноты.

А у самого трапа меня поймал капитан. Он напоминал обзаведшегося конечностями кита, а судя по багровости носа, на ночь любил выпить кружечку, но никак не теплого молока. – Господин Майнингер, позвольте вас на пару слов, – сказал мне "кит" и мы отошли чуть в сторону, чтобы не загораживать проход. – Вы точно уверены, что хотите сойти? – Ну, как бы да, – сказал я, не очень понимая, что происходит. – Мой долг предупредить вас, как гражданина Федерации, – капитан без особого успеха попытался принять торжественный вид, – что пребывание на этой планете опасно! – Я знаю. – И вы рискуете высадиться здесь без оружия? – заплывшие жиром глазки выразили неимоверную тревогу. – Вас же прирежут в десяти метрах от корабля! И власти Федерации ничего не смогут поделать по поводу этого прискорбного инцидента! – Ну и? – понятно было, что толстый хитрец чего-то от меня добивается. Вот только чего. – Что вы, как представитель Федерации, можете мне предложить? – Как официальное лицо, я могу вас только предупредить, – последовало игривое подмигивание, – но как лицо частное, могу предложить вам парализатор по сходной цене!

Да, ну и нравы в Космическом Флоте! Хотя на такой рейс ставить хорошего капитана – только зря тратить кадры, так что неудивительно, что "Мицаром" управляет мелкий жулик.

– Почем? – спросил я. Несмотря на то, что капитан очевидно зарабатывал на мне, предложение его выглядело разумным – оружие на Спилберге не помешало еще никому. – Тысячу, – сказал он, алчно потирая ладони. – Ну нет! – на столь откровенный грабеж я согласиться не мог и принялся торговаться. – Сто! И для начала покажите товар. Он наверняка не новый, со сбитой настройкой.

– Вот! Вот! – капитан запыхтел, точно целое стадо китов и вытащил из кармана парализатор.

Я осмотрел оружие. Оно выглядело не новым, но в деле, похоже, еще не бывало. – Двести, – предложил я.

Вновь прозвучало сопение, на этот раз возмущенное. Спорили и ругались мы минут двадцать, а команда "Мицара", должно быть, слушала нас через корабельные коммуникаторы и получала удовольствие.

Сошлись на четырех сотнях.

Из корабля я выбрался слегка вооруженным. Спилберг приветствовал меня резким ветром, по серому небу ползли бурые тучи, похожие на вылепленные из грязи пирожки.

Взлетно-посадочное поле, сколько хватало взгляда, заполняли корабли самых разных, порой очень причудливых конструкций. Подобное собрание разношерстного хлама могло существовать только здесь – переделанный рудовоз, который кто-то наспех вооружил импульсными пушками, корвет с содранной навигационной башней, пассажирский лайнер, украшенный ракетными установками.

А посреди всего этого – изящный звездолет из Империи Остор, похожий на перевитую золотистыми спиралями громадную снежинку, и быстроходная яхта, на каких путешествуют по космосу богачи Федерации.

Космопорт Спилберга принимал всех. Сюда прилетали зализывать раны, торговать краденым и пропивать денежки пираты всего Смешанного сектора. А еще появлялись те, кто делал на пиратском промысле бизнес – торговцы краденым и оружием, всякого рода мошенники.

Возникла эта пиратская столица двести лет назад, когда на Спилберге вымерли последние, самые упорные колонисты. Не смогли выжить на планете, где нет полезных ископаемых, а почва немногим плодороднее, чем на каком-нибудь астероиде.

Прочие удрали еще раньше, так что планета осталась бесхозной. Но пронырливые тати, уже тогда промышлявшие грабежом колоний и звездолетов, мигом взяли ее в оборот.

Возникло поселение, сначала маленькое, а потом выросшее до размеров города. Несколько раз оно сгорало дотла, когда та или иная космическая держава, выйдя из терпения, посылала карательную экспедицию.

Но с упорством плесени в сыром углу появлялось вновь.

Я спустился по трапу и побрел к длинному унылому строению, заменяющему пассажирский терминал. Всякие излишества, вроде автобусов для пассажиров, предусмотрены не были.

Пронзительный вой заставил меня вздрогнуть. Оглянувшись, я обнаружил, что издает его дряхлый, видавший виды космолет. Сирена стихла, корабль подпрыгнул, изверг из чрева струю пламени и медленно, словно нехотя, поднялся в небо.

Один из пиратов отправился на промысел.

Пройдя еще немного, я понял, зачем нужна была сирена перед взлетом. На взлетно-посадочном поле оказалось людно, как на рынке. Сновали бородатые грязные люди в комбинезонах, обладатели острых подозрительных взглядов и хриплых голосов, с рычанием ползали ремонтные транспортеры.

При взлете из этого муравейника капитан должен был дать сигнал, иначе рисковал поджарить десяток оказавшихся рядом коллег.

Пассажирский терминал выглядел заброшенным, словно варьете на планете, где обитают пуритане. Какой-то шутник, хорошо знающий историю, вывесил над ним черное знамя с ухмыляющимся черепом и скрещенными под ним костями.

Внутри меня встретила тишина и пустота. Зал ожидания округлой формой напоминал цирк, а одинокий автомат для продажи билетов, гордо стоящий в середке, выглядел мертвым. Им, скорее всего, вообще не пользовались, а о проезде договаривались непосредственно с капитаном "Мицара".

Ну а о билетах на прочие заходящие сюда корабли можно было вообще не спрашивать.

Единственным живым местом в здании выглядела дверь, светящаяся надпись над которой гласила "Диспетчерский пункт". Породив гулкое эхо, я протопал через пустой зал ожидания и постучал в нее. – Чего надо? – спросили изнутри. – Информации, – сказал я и вошел.

Человек, расположившийся на крутящемся стуле, выглядел ленивым, словно обожравшийся сметаны кот. Пульты вокруг него были выключены, кроме одного, который мерцал, судя по всему, из последних сил. – Чего надо? – повторил человек и я обнаружил, что в лоб мне смотрит дуло излучателя. – Э… – сказал я, – ты не мог бы убрать оружие? А то я немного нервничаю… – Извини, – диспетчер неожиданно смутился, – это все привычка… Так что ты хочешь?

Планета, где разговор начинают с выстрела, имеет шансы мне понравится.

В том случае, если я тут выживу, конечно. – Я хотел бы узнать, когда состоится ближайший рейс на Линч. – Да? – он поглядел на меня как на человека, сообщающего о намерении наловить рыбы в унитазе. – Ты только что прилетел? – Ага, – честно ответил я. – Тогда присядь, – гостеприимным жестом мне был предложен широкий металлический ящик, – выпить хочешь? – Не откажусь. – О, отлично! – в немом изумлении я смотрел, как из-под пульта возникает литровая бутылка без этикетки, наполненная янтарной жидкостью, пара запыленных стаканов и батон колбасы. – Виски, настоящий! А колбаса из местных тварей, все не запомню, как их зовут, но вкусная… Ну, давай по первой!