Ветеран особого подразделения - Валерий Рощин

Четверть часа обстановка между зарослями и грунтовкой оставалась спокойной. Потом почти одновременно слева и справа от старого русла появились клубы светло-желтой пыли. К котловине по грунтовке мчалось несколько автомобилей. С километрового расстояния угадать их марки без оптики было затруднительно, однако командир не сомневался: были среди них и два черных джипа.

— А вот и дружки усопших, — сплюнул он под ноги и беспокойно обернулся к реке.

Снайпер обещал перед купанием известить свистом. Но пока молчал…

Аркадий нервно закурил, издали наблюдая за маневрами машин. Вот две пары темных внедорожников сбросили скорость и, встретившись у пологого спуска в котловину, остановились. Наверное, там же съезжал вниз и белый «BMW». Одна из подъехавших машин медленно исчезла из поля зрения, другие дожидались на краю склона…

— Ага, сечете по сторонам? Похвально. Мина у потухшего костерка вас ничему не научила, так может, теперь поумнеете…

Долгожданный короткий свист от реки известил о готовности Палыча и Куценко покинуть левый берег.

— Ну, слава богу, — затоптал Серебров окурок и в последний раз посмотрел на горизонт.

Ведомый любопытным водителем джип вынырнул из котловины, остановился. Из всех четырех машин вышли люди и… рассыпавшись длинной цепью, направились к реке.

Раздеваться было некогда — майор подхватил рюкзачок и с разбегу сиганул в воду. Вынырнув, стал нагонять медленно отдалявшихся от берега товарищей. Борька плыл впереди, подталкивая перед собой обломок древесного ствола с привязанными к нему «Винторезом» и рюкзаком с контейнером. Серега не отставал, стараясь не замочить забинтованную голову. А на правом берегу, внимательно вглядываясь в оставшиеся позади заросли, ждал Илья…

— Ну, как там, спокойно? — заметил догнавшего командира снайпер.

— Не совсем. Человек двенадцать подъехало на четырех машинах. Идут к берегу…

— О как! Опять обложили, сволочи!.. Я тебе вот о чем хотел сказать, Аркаша… Мне когда по башке-то настучали, я, конечно, обмяк и не соображал минуты две. Можа чуток побольше… А, очнувшись, вида не подал — дескать лежу себе и подыхаю помаленьку…

— И что же?

— Балакали они промеж собой о чем-то на басурманском языке. Я в языках несилен, но кое-что разобрал.

Он опять взял паузу, отдышался. И со значением сообщил:

— Об уране они говорили. И о контейнерах.

— Об уране? — удивленно переспросил Серебров. — Ты не ошибся?

— Я старый, да не глухой. Точно — об уране.

Обдумывать новость — было не ко времени. С минуты на минуту преследователи найдут бивак, следом выйдут на берег. А у них, несомненно, автоматы, для которых сотня метров — не расстояние. Даже если они начнут палить вдогон — хорошего не жди: в километре от правого берега Куры оживленное шоссе, южнее и западнее точки переправы крупные села.

Зайдя по пояс в воду, Супрун помог Борису вытащить ящик. Разобрав вещи, все четверо без задержки двинулись прочь от опасного места…

Прошагав в быстром темпе около километра, группа подходила к автомобильной трассе. Небо утеряло прозрачность, день клонился к закату.

— Илья, там в кармашке рюкзака сложенная карта. Достань… — попросил майор, подставив приятелю ношу.

— В целлофане?

— Да-да. Вытаскивай.

На ходу заглядывая в план местности, командир что-то соображал…

— Проблемы? — поинтересовался сапер.

— Как тебе сказать?.. Полагаю, минут двадцать назад до этих уродов дошло, что мы переправились через реку. Вот и смотрю, где находится ближайший мост.

— Далеко?

— Не очень — в тридцати километрах южнее. Если считать все дорожные изгибы до моста и путь по правому берегу обратно — получится не больше семидесяти.

— Да… для хороших машин это полчаса.

— То-то и оно. Выходит, в нашем распоряжении осталось не больше десяти минут.

— Примерно так, — покачал головой друг. — Хочешь пересечь трассу и идти дальше на юго-запад?

Аркадий помолчал; внимательно посмотрел влево — на видневшийся вдали край селения, потом вправо — в бесконечное и пестрое от полей пространство с исчезающей на горизонте серой ленточкой шоссе. И уверенно сказал:

— Нет, Илья, тут нас постреляют как куропаток — во все стороны на полсотни верст равнина. Даже виноградников и чайных плантаций нет… А горы с хорошими лесами начинаются только на территории Карабаха. Так что…

Каким же образом командир надумал выкрутиться из этой дурацкой ситуации, Супрун дознаться не успел — группа вышла на обочину трассы.

— Парни, я кажись, оклемался, — бодро доложил Палыч, — могу нести наши чемоданы.

— Что, сразу оба? — хохотнул Куценко.

— Не, пока один.

— Тогда держи…

Борька помог прапорщику водрузить на спину внушительный груз. Поменялась поклажей и другая пара — теперь тащить контейнер выпало Аркадию.

Он слегка подкинул корпусом ящик, расправил на плечах лямки рюкзака… И вдруг почувствовал левым бедром вибрацию.

«Что за черт?!» — мелькнуло удивление.

И тотчас от этой мысли отвлек встревоженный голос Ильи:

— Аркадий, с юга несутся машины. Две… Три… Четыре!

— Мля!.. — только и выдавил командир. Однако, посмотрев в другую сторону, крикнул: — Тормози его!

С севера подъезжала здоровенная серебристая «Тойота». «Рыбачки» дружно замахали руками и живенько перебежали на другую сторону трассы. Из остановившейся машины высунулся мужик лет сорока:

— Вам куда?

— По хрену! — выпалил Борька и тут же получил локтем в бок от Илюхи.

— Нам, вообще-то на юго-запад — к Карабаху, — уточнил Серебров.

— Агдам устроит?

— Вполне.

— Бросайте вещи в багажник и садитесь быстрее — опаздываю! — скомандовал водила и, нацепив на нос темные очки, снисходительно добавил: — А денег с рыбаков не беру — сам фанат рыбалки.

— Договорились. Мы тебе за это расскажем где кутума ловить на креветку, — залезая в салон, кряхтел прапорщик. — Эх-х… чем круче джип, тем дальше бежать за трактором…

Незнакомец был сверстником офицеров спецназа — лет сорок с небольшим. По-русски говорил чисто; много шутил, но при этом не проявлял любопытства, не задавал лишних вопросов и, казалось, все понимал без слов. Во всяком случае, разминувшись с черными внедорожниками, разогнал «Тойоту» так, что пассажиры невольно замолчали и вцепились в ручки дверок. Однако в ближайшем селе сбросил скорость и, свернув на грунтовку, пояснил:

— Здесь можно срезать километров двадцать.

«Это хорошо — так нас будет сложнее найти», — подумал Серебров и на всякий случай нащупал рукоятку торчащего за поясом пистолета. Сидя на переднем правом сиденье, он избегал поворачивать голову и смотреть на владельца иномарки — лицо его было изуродовано то ли огнем, то ли кислотой. Оттого, видимо и не снимал темных очков, не взирая на угасавший день.

Илья незаметно оглянулся на удалявшееся шоссе и показал приятелям большой палец: сзади никого!

По грунтовке проехали минут десять, повернули вправо — строго на запад и понеслись по пустынной асфальтовой дороге. Затем снова неровная ухабистая рокада, петлявшая средь тонувших в сумерках полей. Пересекая по мосту неширокий канал, водитель включил габаритные огни и фары, темноту салона озарил приятный мягкий свет приборной доски. Нажав пару кнопок, оживил приемник — из динамиков надрывно захрипел Высоцкий. И под его голос около часа ехали молча. Слушали…

— Агдам, — известил спаситель, въезжая в спящий городок. — Могу высадить в центре.

— Ты сам-то куда дальше? — справился Аркадий.

— Я приехал.

— Тогда подбрось до западной окраины, если не в тягость.

— Легко, — пожал тот плечами, — городок-то — семь кварталов и два переулка…

Через пять минут, поблагодарив принесшего спасение мужчину, спецназовцы покинули уютный салон «Тойоты». Забрав из багажника скарб и оглянувшись по сторонам, зашагали в темноту непроглядной ночи…

Днем неплохо выспались, а после треволнений и физического напряжения вдруг снова захотели упасть и забыться крепким сном. Но сначала требовалось найти подходящее место, и командир вел группу к подножию лесистых гор, до которых от западной окраины Агдама было не более трех километров.

Им бы только добраться до гор, а там их никто не отыщет!

— Ты никогда не задумывался над красотой асимметрии? — задумчиво спросил Илья, закинув руки за голову и глядя на яркие звезды.

Справа от него уже полчаса похрапывал здоровяк Борька; слева лежал и вспоминал прошедший день Аркадий. Палыч вызвался дежурить первым и сидел, прислонившись спиной к дереву метрах в тридцати от разбитого на склоне ущелья лагеря.

— Чего? — переспросил Серебров.