Коридор без света - Александр Тамоников

— Курьером. Он приезжал поездом Худжанд — Москва. Мой человек встречал курьера, забирал таблетки и привозил в деревню, курьер оставался в Москве.

— Обычная схема.

Володарский взглянул на Жукова.

— Станцию? — спросил тот.

— Да, Сергей Петрович!

— Есть, спутниковую станцию. Откуда Батыров будет вызывать своего босса в Таджикистане?

— Ну не поведем же мы его в мой кабинет. И здесь нормально.

— Да, Александр Михайлович.

Жуков ушел. Володарский поднялся, посмотрел на Скоробогатова:

— Мне надо выйти, займи Батырова.

— Займи — это как, Александр Михайлович?

— Нежно, Рома.

— Значит, не бить!

— Без причины.

— Понял!

Скоробогатов сел на место следователя, Володарский прошел в соседнюю комнату. Откуда по сотовому телефону набрал длинный номер.

Абонент ответил практически сразу:

— Да?! Наджур!

— Давлат, это Володарский.

— О! Сам Александр Михайлович, слушаю.

— Батыров начал давать показания и сообщил, что новым психотропным препаратом его снабжает некий Анзур Сангал.

— Мне это уже известно.

— Ты так быстро вышел на него? — удивился генерал.

— Это не составило труда, у подполковника Калоди, что возглавляет Управление комитета безопасности в Бадахшане, хорошая агентурная сеть.

— Сангал сам наладил производство этого нового препарата?

— Он у них называется «эфербон».

— Как бы ни назывался. Сам?

— Нет. Для этого у Сангала отсутствуют условия и специалисты. Сангал получает препарат вместе с основной партией героина от афганского наркодельца Асада Хатини, который обитает в афганском селении Рахнуд. Переправку наркоты в Таджикистан через Горный Бадахшан помогает осуществлять начальник шестой погранзаставы Каратульского погранотряда капитан Мубим Эргаш. Связан ли с наркотрафиком начальник погранотряда подполковник Умаров, выясняется. Также прорабатывается вопрос по составу банд Сангала и Хатини. Два момента уже установлены, первый — в Москву курьером ездил один из помощников Сангала Файзул Тавари.

— Сангал напрямую общается с начальником погранзаставы?

— Нет, через доверенное лицо, некого Хурама Габиева.

— Мне приказано закрыть эту проблему.

— Этого следовало ожидать.

— И закрыть как можно быстрее.

— Тоже объяснимо. Люди Калоди установили наблюдение за начальником погранзаставы, а вот к Сангалу близко подойти не смогли, наркобарон слишком осторожен. Но мы подойдем к нему. Вопрос нескольких дней.

— А вот этого, Давлат, делать пока не стоит, — возразил Володарский. — Я, конечно, не начальник тебе, у тебя есть свое руководство и свой президент, однако работать нам вместе. Главы Администрации договорятся.

— Почему ты не хочешь, чтобы наша агентура вплотную подошла к Сангалу? Или сомневаешься, что наши люди смогут сделать это не хуже ваших?

— Ну что ты! Я знаю, у тебя тоже профессионалы. Дело в другом, Давлат. Нейтрализация Сангала, по большому счету, ничего не даст, закроется всего лишь один из путей трафика смертоносного препарата. Нам же надо полностью снять проблему. А это значит уничтожить афганскую базу и лабораторию. Посему я просил бы тебя не предпринимать каких-либо кардинальных шагов без согласования со мной. На данном этапе — подводить агентуру вплотную к Сангалу.

— Хорошо. Я выполню твою просьбу, генерал. Ограничимся наблюдением за капитаном Эргашем, Сангалом, Умаровым.

— Благодарю. Сегодня я начинаю игру с Сангалом. Батыров пошел на сотрудничество, через несколько минут он выйдет на связь с вашим наркобароном и, в частности, запросит очередную партию эфербона…

— А теперь у меня просьба к тебе, Александр Михайлович, — прервал его полковник Наджур.

— Слушаю!

— Не мог бы Батыров выйти на связь с Сангалом не через несколько минут, а, скажем, часа через два?

— С чем связана твоя просьба?

— Подполковник Назир Калоди в Хороге имеет современную систему перехвата радиопереговоров, но ему необходимо время, чтобы специалисты настроились на нужную частоту и вычислили сеть спутников, через которые Сангал осуществляет связь и с Москвой, и с Афганистаном. Это дало бы нам возможность проследить разговор Сангала с Хатини. Ведь только к нему обратится Сангал за дополнительной парией эфербона. Если, конечно, у него нет запасов, что мы тоже узнаем из переговоров с Батыровым. В общем, нам надо узнать, что предпримут террористы в связи с информацией главаря банды, действовавшей в Подмосковье.

— Я понял тебя. Ты прав. И я выполню твою просьбу. Более того, попридержу связь Батыра с Сангалом до того, как к перехвату будут готовы парни твоего Калоди.

— Вот и договорились.

— Ну тогда до связи?

— До связи, Александр Михайлович!

По внутреннему телефону Володарский позвонил в допросную.

— Да?! — поднял трубку Скоробогатов.

— Перерыв, Рома, примерно, два часа. Вызови конвой и отправь Батырова в камеру.

Майор не стал задавать лишних вопросов. Положив трубку, встал, нажал на кнопку под крышкой стола.

Появился конвой из двух крепких прапорщиков.

— Арестованного в камеру! — приказал он.

— Что? — удивился Батыров. — Но ваш генерал говорил, что будет связь с Сангалом.

— Будет. Все тебе будет. Жаль, что тобой занялся сам начальник управления. Он человек добрый. Вот достался бы ты мне, я не стал бы с тобой договариваться. Либо работаешь на нас, либо тут же пулю в яйца. И подыхай потихоньку в камере. Без суда и следствия.

— Очень рад, что мной заинтересовался генерал.

— Еще бы. Но мой тебе совет, не зли его. Да, он добрый, в отличие от меня, но всякому терпению и доброте есть предел. Не добивайся, чтобы он разочаровался в тебе и ты не оказался у меня. А теперь встать!

Батыров поднялся.

— Увести! — обратился к конвою Скоробогатов. — И не давать расслабляться этому козлу. Часа через два он вновь понадобится.

Батырова увели, а майор поднялся в кабинет Володарского, туда же явился полковник Жуков:

— Ничего не понял. Спустился в подвал со станцией, охрана мне — Батырова увели, генерал и майор прошли наверх. Что-то не срослось? — Он поставил спутниковую станцию на журнальный столик.

— Работает? — кивнул на нее Володарский.

— Еще как, настроена на круглосуточный прием-передачу сигналов. Работу обеспечивают американские военные спутники.

— Не думаю, чтобы в Пентагоне не знали, что к их спутникам подключены станции наркоторговцев.

— Несанкционированные сигналы без кода доступа отражаются антеннами.

— Значит, «духи» знают коды доступа. И в этом, Сергей Петрович, я не вижу ничего странного. В мире, где правит рыночная экономика, все продается и все покупается. Тем более что деятельность наркодельцов только поощряется США. Ведь трафик идет в Россию, а не в Техас или Огайо.

— Там этого дерьма из Латинской Америки навалом.

— Нас, полковник, Штаты в данный момент совершенно не волнуют, нас волнуют собственные проблемы.

— Согласен, разрешите узнать, с чем связана отсрочка сеанса связи с таджикским боссом Батырова?

— Просьбой полковника Наджура. Сейчас люди начальника Управления ГКНБ по Горному Бадахшану устанавливают систему перехвата переговоров со станции таджикского наркобарона Сангала.

— Хм! А ведь верное решение — послушать, о чем и с кем будет говорить Сангал, — усмехнулся полковник.

— Верное, потому и ждем.

Полковник Наджур позвонил раньше определенного им срока. Сигнал прошел на линии засекреченной связи.

— Слушаю, Володарский, — ответил генерал.

— Это Наджур, у нас все готово, можете связываться с Сангалом.

— Хорошо. Сеанс через полчаса.

— Добро.

— Спустимся в подвал, Александр Михайлович? — спросил Жуков.

— Нет, надоело прыгать туда-сюда, дай команду конвою доставить Батырова в кабинет.

Вскоре главарь банды сидел у журнального столика.

Володарский, устроившись напротив, сказал:

— Сейчас ты, Батыров, вызовешь на связь Сангала, доложишь о проблемах группы. Говорить спокойно, без эмоций. Ничего страшного в принципе не произошло. Банду не взяли, полиция рыщет, но безрезультатно. Оттого ты и спокоен и уверен в завтрашнем дне. Все понял?

— Понял!

— И упаси тебя бог подать сигнал тревоги! За Сангалом смотрят, ему в любом случае не дадут уйти. А друзья в Афганистане будут считать, что провал связан с тобой. Это значит, тебя начнут искать. Мы можем помочь «духам» в поисках.

— Гражданин генерал, не надо меня постоянно пугать. Если я дал согласие на сотрудничество, значит, так мне выгодно. Я не враг самому себе!

— Будем надеяться.

Володарский, Скоробогатов и Жуков вставили в ушные раковины миниатюрные динамики, и генерал кивнул Батырову: