Гвардия «попаданцев» - Александр Конторович

– Да, сэр! А как же вы, сэр?!

– Мое место здесь! – и отбросив шляпу, капитан лихим прыжком перемахнул прямо через перила. Ударившись ногами о палубу, он на секунду присел и, выпрямившись во весь рост, бросился к пушкам. Прикрывая рукавом лицо (вокруг уже вовсю бушевал огонь), капитан проскочил к ближайшему орудию. Споткнувшись о тело убитого канонира, он подобрал валявшийся рядом пальник. Теперь бы еще пушку довернуть… тяжело. Внезапно над ухом он услышал чье-то тяжелое дыхание, орудие пошло легче… капитан обернулся.

– Палмер?

– Я, сэр! – отдуваясь, произнес боцман. Драчун и выпивоха, он, тем не менее, свое дело знал хорошо и, отличаясь крайне сварливым и неуживчивым характером, держал команду в ежовых рукавицах.

– Что вы тут делаете?! Я отдал приказ покинуть корабль!

– Но кто-то ведь должен помочь и вам, сэр? Пойти на дно, не сделав даже выстрела по противнику – не к лицу британскому кораблю, сэр!

– Доворачивайте, Палмер! Еще левее… так!

Ствол орудия шевельнулся, выцеливая противника. А там уже забегали матросы, суденышко, совершенно спустив паруса, тем не менее, хода отнюдь не утратило, напротив – даже прибавило скорости. Оно слегка накренилось на борт, описывая поворот. До борта корвета донесся монотонный перестук: что-то заработало на борту судна. Какой-то механизм.

– Так, Палмер! Пали! – приник к орудию капитан.

Пятифунтовое ядро, пущенное с короткой дистанции, ударило судно противника прямо в борт, ближе к корме. Что уж там ему повредили – Бог весть, но равномерный перестук оборвался, и потерявший ход кораблик стало сносить в сторону.

– Есть, Палмер! Мы ему врезали! – вскочив на ноги, капитан взмахнул рукой. – Давай, двигай к той пушке – добавим ему…

Бушевавший на палубе огонь тем временем добрался до вынесенных к пушкам картузов с порохом…

Сброшенного взрывом в воду боцмана подобрала одна из шлюпок, уходивших от стремительно тонущего корвета. А тела капитана – так никогда и не нашли.

Только к вечеру следующего дня удалось потушить пожары в порту. Дымящиеся остовы кораблей кое-как оттащили в сторону и оставили догорать. Тушить их было небезопасно – то и дело там что-то взрывалось. Огонь добирался до крюйт-камер и перевозимого на кораблях боезапаса экспедиционного корпуса. И тогда очередной взрыв разметывал вокруг горящие куски того, что некогда звалось «кораблем Его величества».

Потери были воистину страшные!

Полностью сгорели и взорвались четыре боевых корабля и девять транспортных судов.

В той или иной степени получили повреждения еще семь кораблей, причем два из них, пострадавшие от близких взрывов, хоть и остались на плаву, еле-еле держались на поверхности. У оставшейся пятерки был сильно поврежден рангоут и почти уничтожен огнем такелаж. Ни о каком их выходе в море речи и быть не могло.

Потери же, понесенные десантом – вообще не поддавались учету. Спасаясь от огня и под действием паники, солдаты десятками бросались в воду, пытаясь добраться до столь вожделенного берега. Но, увы, это удалось очень немногим… Два транспортных судна, перевозивших лошадей – погибли вместе с ними. Не спасся ни один человек и ни одна лошадь. Загорелся и утонул транспорт, перевозивший пушки – на дно ушло сразу сорок пять орудий!

Только на то, чтобы хоть как-то залатать наиболее зияющие дыры, потребовалось бы не менее двух недель. И это – по самым скромным подсчетам.

Словом, выход эскадры в море – стал совершенно невозможным.

Понесли потери и нападавшие.

Помимо подбитого сторожевым корветом суденышка, которое было брошено экипажем и впоследствии взорвалось, разметав обломки на десятки метров, был потоплен еще один его собрат – тут уже внесли свою лепту береговые батареи, накрыв нахала метким залпом. Суденышко загорелось и, спустя краткое время, тоже взорвалось.

А вот взять пленных членов экипажа – не вышло. Оставшиеся суда, выпустив все свои зажигательные снаряды, бесстрашно лавируя среди всплесков воды, поднятых ядрами, бросились на помощь своим товарищам. По ним сейчас стреляли изо всего, что могло это делать! Даже солдаты береговой охраны – и те разрядили свои ружья, надеясь, пусть и случайно, но зацепить пулей хотя бы одного нападавшего. И им это удалось! Все видели, как с бортов этих отважных корабликов падали люди, сбитые пулями. В ответ кораблики открыли огонь по берегу, сметая с брустверов любителей пострелять, и теперь уже солдатам пришлось срочно искать укрытия. Досталось и артиллеристам батареи – выкосили почти всех канониров. Замолкшие пушки так и простояли в одиночестве до конца боя – стрелять из них было больше некому. Зарядить-то – зарядили, а вот кто будет наводить? Не палить же наобум?

Уже на выходе из порта, остановился еще один кораблик. По-видимому, он тоже был поврежден и не мог более самостоятельно передвигаться. Его команда, перетащив что-то на борт подошедшего суденышка, спешно туда перебралась. Стоило только им отойти на пару кабельтовых, как брошенное судно взорвалось с ужасным грохотом, расшвыряв всяческие железяки на добрую сотню ярдов. По-видимому, все эти кораблики имели на борту заранее подготовленные взрывчатые вещества. Несомненно, это было сделано для того, чтобы надежно унести на морское дно тайну нападавших. Да и само устройство этих суденышек – тоже представляло бы немалый интерес! Как-то ведь они передвигались, не используя парусов! Этот секрет, безусловно, оказал бы самое благоприятное воздействие на флот сильнейшей морской державы. Но, увы, морская вода умеет хранить тайны… даже и от лучших моряков мира.

– Прошу садиться, джентльмены! – привстав со своего места, Первый лорд указал адмиралам на кресла. – Проклятая подагра… я даже и ходить-то толком не могу…

Приглашенные на совещание в Адмиралтейство адмиралы и наиболее опытные капитаны расселись за столом.

– Итак – к делу! – хозяин кабинета пододвинул к себе стопку бумаг. – Я внимательно прочитал ваши рапорта – самым тщательным образом. Некоторые соображения, которые там изложены, привлекли мое внимание особо и я попросил адмирала Мэннинга их изучить. И составить наиболее полное описание произошедшего. Прошу вас, адмирал!

Названный персонаж встал и положил перед собою стопку исписанных листов. Впрочем, доклад он делал по памяти, лишь изредка бросая мимолетный взгляд на записи.

– После тщательного изучения произошедшего, джентльмены, могу сказать одно – нам известен автор этого дерзкого мероприятия!

Среди собравшихся прошло некое оживление.

– Это, несомненно, тот самый человек, который послал в Канал «полосатые» фрегаты. Теперь мы знаем имя их создателя – полковник Аларкон! Судя по всему, быстроходные, сильно вооруженные необычным образом суда – тоже плод работы этого, не побоюсь данного слова – гения морского кораблестроения! И место изготовления этих кораблей – верфи Гаваны!

– Стало быть, Испания… – хрипло проговорил адмирал Басселард.

– Да, сэр! Это они.

– А наши заклятые друзья – французы – предоставили им почетную обязанность таскать каштаны из огня…

– Мы знаем название одного из этих фрегатов. По-видимому – это их флагман. «Кэптен Клим».

Собравшиеся переглянулись – это имя никому ничего не говорило.

– Вижу на ваших лицах недоумение – вы удивлены?

– Какой-то кэптен… – пожал плечами Басселард.

– Не какой-то! А погибший в сражении на Мартинике начальник Таможенной службы Калифорнийской директории – капитан Клим! – обвел всех глазами Мэннинг. – Корабль назван в его честь! И это – лишнее доказательство причастности испанцев.

Неясный гул возник в воздухе – эту, позорную для британского флота, страничку истории помнили все.

– То есть, сэр, если я правильно вас понял, – привстал со своего места капитан Бойс, – к этому нападению причастны и калифорнийцы?

– Несомненно, капитан. Быстроходные, вооруженные мощной артиллерией фрегаты. Самодвижущиеся малые корабли, способные метать огонь и зажигательные снаряды. Извергающее сотни пуль оружие… Пиратская тактика, больше похожая на разбойничий налет – все это их почерк.

– А как они передвигаются, сэр? – задал вопрос кто-то из адмиралов.

– Трудно сказать… Если кто-нибудь из присутствующих помнит, некоторое время назад тут околачивался какой-то инженер Фултон. Его навязчивая идея состояла в том, что корабли может двигать пар! Обычный пар – как из чайника! Он предлагал нам проект самодвижущегося судна с такой машиной. Однако оно годилось лишь для внутренних вод и ему указали на дверь. Не исключено, джентльмены, что кто-то талантливый творчески переработал его замыслы… Во всяком случае, других идей у меня нет!

– Ладно, Бог с ним – с Фултоном! – отмахнулся хозяин кабинета. – Продолжайте, адмирал.

– Да, сэр! Сама идея нападения, надо отдать должное, продумана до мелочей! Противник, несомненно, вел наблюдение и знал, что незначительные по размерам суда мы не проверяем столь тщательно. Поэтому он и бросил в атаку именно их – и преуспел! Оттого и выбрано самое страшное оружие – огненные снаряды. Все предпринятые нами ранее меры – против их начинки оказались неэффективными. По нашим данным, джентльмены, в нападении принимало участие не менее восьми кораблей такого типа. Непосредственно в атаке участвовало пять судов. Одно из них отвлекло внимание сторожевого фрегата и, воспользовавшись замешательством команды, подошло почти вплотную. Один залп…