Тринадцать пуль - Дэвид Веллингтон

Кэкстон пристроила шляпу на открытой банке с краской, которая засохла до консистенции твердого пластика, и стала надеяться на лучшее. Выезжая задом со стоянки, она подправила зеркала и через несколько минут уже направлялась к Домне «Арабелла». По дороге она погоняла радио по каналам в поисках выпуска новостей. В Ираке был очередной взрыв самодельного взрывного устройства, какой-то скандал в гольф-клубе — Кэкстон спортом не интересовалась и никогда не понимала, о чем там они говорят. Новостей о нападениях вампиров на заброшенные туберкулезные лечебницы не было, как не было и траурных горнов, возвещавших о федерале, погибшем при исполнении, однако отсутствие новостей вовсе не подбодрило Лору.

К тому времени, как она доехала, уже перевалило за полдень. Накрапывавший дождь кончился. Солнце подмигивало с мокрой листвы, усеявшей шоссе, а узкая дорога, которая вела к лечебнице, превратилась в месиво. Маленькая «мазда» едва не застряла, но у Кэкстон за плечами были годы практики вытаскивания машин из дорожных ям. Она остановилась на лужайке под безликой статуей Здоровья, или Гигиены, или кем она там была, и ощутила небольшое, совсем небольшое облегчение оттого, что ее собственная патрульная машина была припаркована на том же самом клочке травы. Прошлой ночью Аркли приехал на Домну «Арабелла». После того как он заявил, что хочет ехать один, он, должно быть, отправился к Малверн.

Тут ей стало ясно, что он, взглянув одним глазом на Битумен Холлоу, понял, что вампиры наелись до отвала и той же ночью предпримут атаку. Но почему же он уехал один, оставив ее?

Конечно же, потому, что он ей не доверяет. Ибо она повела себя как тряпка, когда получила удар лопатой. Ибо не могла смотреть, как он будет пытать немертвого. Аркли решил, что она будет ему помехой.

Офицер службы исполнения наказаний, сидевший в приемной, узнал ее, но все равно заставил зарегистрироваться. Увидев его, Лора поняла, что ее наихудшие опасения не сбылись: Малверн все еще была под замком.

— Что тут произошло прошлой ночью? — спросила она, кладя ручку на листок регистрации.

— Произошло кое-что чрезвычайное, — ответил он, выпучив глаза.

— Кое-что? Что конкретно?

Он пожал плечами.

— Я в дневную смену работаю. Чтобы тут — и ночью? Ни за какие коврижки!

Лора хотела задать ему еще кучу вопросов, но решила, что тут должны быть осведомители и получше. Она попробовала найти палату Малверн по памяти, но заблудилась, и ей пришлось вернуться. В конце концов она пошла обратно по своим следам, свернула налево, а не направо и увидела пластиковый занавес, который закрывал палату. Большая часть огромного санатория была погружена в темноту. Если бы она не побывала здесь раньше, она могла бы проплутать и несколько часов.

Лора прошла через пластиковую загородку, и там, конечно же, был Аркли, терпеливо сидевший в кресле. Он выглядел вполне прилично, хотя, кажется, с тех пор как они виделись в последний раз, не принимал душ.

Малверн нигде не было видно, но крышка ее гроба была закрыта. Кэкстон направилась прямиком к Аркли.

— Ну, как вы, нормально?

— Разумеется, патрульный. У меня был прелестный разговор со старой приятельницей.

Он постучал по крышке гроба. Ответа не последовало, но Кэкстон решила, что Малверн благополучно лежит там.

— Почему бы вам не присесть?

Кэкстон кивнула. Она огляделась, но Хазлитта не увидела. Наверное, он спал весь день.

— Я подумала… Я знаю, это звучит безумно, но мне пришла в голову вот какая идея. Прошлой ночью вампиры, вырезавшие весь Битумен Холлоу, до отвала напились крови. Я решила, что они нападут на это место, ведь они собирали кровь для нее. Но кажется, выводы у меня получились дурацкие.

— Ничего подобного, — ответил Аркли. — Они действовали именно так, как ты подумала По крайней мере, пытались.

25

Прошлой ночью, пока Лора целовалась в баре с хорошенькой девчонкой, Аркли дрался как лев. Рассказал он об этом совершенно спокойно, без упреков. И ни разу не пожалел, что ее тут не было.

Аркли только разок глянул на трупы в Битумен Холлоу, чтобы понять: беда не за горами. Он знал, сколько человек растерзано и сколько вампиров ответственно за это. Мысленно произвел расчет. Вспомнив, как Лэрс кормил своих предков, Аркли аж передернулся от отвращения; он понял, что вампиры дожидаются подходящего момента. Двое не могли удержать количество крови, необходимое для ее полного восстановления, но они, по крайней мере, могли дать ей возможность передвигаться своим ходом. Они придут сюда той же ночью — в этом Аркли был уверен. Поэтому он взял патрульную машину и немедленно двинулся к Домне «Арабелла».

— Без меня, — сказала она с обидой.

— Дашь мне закончить рассказ или спорить будем? — поинтересовался он.

Он прибыл в лечебницу к девяти. Предупредил офицеров о том, что должно произойти, а потом отправился в палату Малверн. Он нашел ее еще больше разложившейся по сравнению с тем, что было в последний раз, когда он запретил подкреплять ее кровью. Сидеть она не могла и теперь полулежала в своем гробу. Большая часть кожи слезла с ее черепа, а единственный глаз был сухим и воспаленным. Одна рука лежала у нее на груди, другая безжизненно свисала из гроба, а пальцы с отросшими когтями лежали на клавиатуре ноутбука. Аркли решил, что она просто отбросила ее туда в припадке отчаяния, но указательный палец задрожал и ударил по клавише «Ь», а потом сник, словно это легчайшее усилие полностью вымотало ее.

Появился Хазлитт, судя по поведению чем-то сильно огорченный. Он объяснил, что Малверн набирала в среднем по четыре знака в минуту. Доктор дал Аркли прочитать то, что она уже успела напечатать.

Лишь капля одна твое есть исцеление

Капля капля одна лишь

— Аркли, вы ее убиваете, — сказал федералу доктор. — Я был бы не против, если бы она умерла. Я был бы не против, если бы она жила хоть вечность. Но такая жизнь хуже смерти.

— Если ей так хочется выжить, значит, ей придется беречь силы, — сказал Аркли. — Может, вам лучше убрать от нее этот компьютер.

Вид у Хазлитта был такой, словно его ударили.

— Это ее единственная связь с внешним миром, — продолжал настаивать он.

Аркли, пожав плечами, пропустил этот аргумент мимо ушей. Он отослал доктора домой в десять вечера, хотя Хазлитт дал понять, что хотел бы остаться со своей пациенткой. Аркли заверил его, что будет оберегать ее всю ночь.

Оставшись в ней наедине, в сопровождении редких постукиваний старческим ногтем по клавиатуре, Аркли вытащил свой пистолет и положил его на кардио-монитор, вне досягаемости Малверн. Впрочем, шанса воспользоваться им ему не представилось.