Тринадцать пуль - Дэвид Веллингтон

Куда он делся — один, на патрульной машине, за которую отвечать придется ей, — оставалось для Лоры загадкой. Она вспомнила, как он говорил о выбивании информации из немертвых. Тогда она ответила, что не смогла бы просто сидеть рядом и смотреть на то, что происходит, и он сказал, дескать, сделает это сам, пока она не видит. И все же у полиции не было среди задержанных немертвых. Где он его раздобудет?

Лора проявила бы больше усердия, разгадывая эту тайну, если бы не так сильно устала Она опустилась на скамейку перед лавкой христианской литературы и потерла глаза. Подошла Клара и встала возле нее.

— Тебе нужно что-нибудь? — спросила она. — У меня в сумке целая аптека. Там, на заднем сиденье в машине. Пойду достану.

— Нет-нет, — возразила Кэкстон, махнув рукой фотографу. — Я в порядке. Просто выдохлась. Выспаться бы хорошенько, и буду как новенькая.

Она улыбнулась помощнику шерифа, тот пожал плечами. Клара вернулась к трупу фермера в кожаной куртке, который лежал, распростершись на мостовой не далее чем в десяти футах. Одна рука у него была оторвана и выброшена в мусорный бак. Большая часть грудной клетки отсутствовала, как и горло. Клара нагнулась над ним, дюймах в восемнадцати от белого дряблого лица, и сделала снимок цифровой камерой.

— Бесстрашная ты, — сказала Кэкстон, восхищаясь женщиной. — А вот я не переношу вида крови.

Клара встала и посмотрела на нее.

— А мне казалось, прошлой ночью, на том вампирском деле на триста двадцать втором шоссе, была ты.

— Это другое. Когда борешься за жизнь, тебя поддерживает адреналин. А так, когда кругом лежат трупы, я не могу выносить. Слишком много травмирующих воспоминаний, понимаешь?

Клара кивнула и снова подошла к скамейке.

— Меня это тоже раньше беспокоило, и даже очень. Впрочем, давай покажу тебе фокус.

Она протянула Кэкстон камеру и жестом предложила сделать снимок Кэкстон навела камеру на труп на дороге и стала рассматривать маленький жидкокристаллический экран позади камеры. Ей захотелось вернуть аппарат, но Клара остановила ее.

— Нет. Погляди. Снимок слишком темный, так?

— Ну, пожалуй, — ответила Кэкстон. — Сейчас же ночь. Тебе нужна вспышка.

— Правильно. — Клара показала на кнопку вспышки, и Лора включила ее.

— Теперь попробуй ровнее взять кадр. Возьми все детали, но заднего плана поменьше. Так, что там с балансом цвета?

Кэкстон сразу уловила мысль.

— Да. Понятно. Это больше не человек. Это изображение человека. Не так страшно.

Клара радостно кивнула.

— Это только свет, тень и композиция. Я больше беспокоюсь о точном оттенке крови, чем о самой крови. А сейчас… — сказала она, но осеклась и обернулась, будто что-то услышала.

Кэкстон подскочила.

— Что? Что случилось?

Но потом услышала тоже. Это было несложно. Кто-то кричал. Кричал человек, далеко и приглушенно, словно из-под земли. Кэкстон направилась на звук и шла, пока не увидела канализационный люк посреди улицы. С криками о помощи они с Кларой опустились на дорожное покрытие и начали сдвигать люк руками. Это было все равно что толкать в гору сломанную патрульную машину. Тут прибежал помощник шерифа с ломом и с огромным усилием, рыча от натуги, сдвинул крышку. Едва крышка сдвинулась, уличные фонари осветили ржавую лестницу, уходящую в угольно-черную темноту. Кэкстон двинулась первая, ноги дрожали, когда она начала спускаться вниз по грохочущим ступенькам. Она почувствовала, как хлюпнули сточные воды у нее под ногами, и вонь их едва не сшибла Лору с ног. Она сунула руку в карман и нащупала «Меглайт». Его узкий луч выхватил перед ней видавшие виды кирпичные стены, которые смыкались у нее над головой, рождая чувство, что они вот-вот погребут ее под собой.

Лора направила луч дальше по коридору и осветила трясущуюся фигуру человека, прижавшего к груди большое деревянное распятие фута три в высоту и два в ширину. Когда свет упал на него, его глаза вспыхнули от ужаса, и он вскрикнул снова.

— Нет-нет, — бормотал он, — нет, нет, нет. Прочь, прочь от меня, изыди, изыди от меня, Господи, Господи, Господи!

Кэкстон медленно двинулась к нему, вытянув одну руку и показывая ему, что в ней ничего нет, а в другой держа фонарь. Это был не вампир, не немертвый, но тем не менее было ясно, что с головой у него не в порядке.

— Я не хотел кричать, — прошептал он. — Я не хотел сдаваться! Господи, о Господи. Они меня не получат. Они не получат моей крови.

— Сэр, я из полиции штата, — произнесла Лора голосом низким и тихим, почти мурлыкающим. — Все уже в порядке. Вампиров нет.

Она подошла так близко, что до него можно было дотронуться. Она потянулась, чтобы коснуться его плеча, как ее учили. Спокойным, убедительным движением, которое никому не навредит.

— Сила Господня поразит тебя! — взвизгнул он и врезал ей распятием, как бейсбольной битой. Удар пришелся в живот, так что Лора задохнулась. Она уронила фонарь в грязь и сложилась пополам, внезапная темнота обрушилась на нее.

— Сила Господня хранит меня! — возопил человек и попытался снова ударить ее. Кэкстон услышала, как крест засвистел в сумраке, и выбросила руку, блокируя его. Изогнувшись, она рванулась прочь. От этого усилия искры посыпались из глаз. Она уронила крест и обеими руками обхватила нападающего за талию, надеясь, что тот не укусит ее. Лора врезала коленом ему в пах с такой силой, чтобы причинить серьезный ущерб.

Кто-то появился позади нее с более мощным фонарем, и она увидела, как зрачки мужчины дико сужаются. Его лицо было в нескольких дюймах от ее лица, рот широко распахнут, зубы блестят от слюны. Но это были человеческие зубы. Он задыхался — она сжала его так сильно, что он не мог вздохнуть.

«Дубина», — подумала она про себя. В сражениях с вампирами она забыла все, что знала о подчинении людей. Она могла причинить серьезные повреждения этому парню, чье единственное преступление заключалось в том, что он был смертельно напуган. Она выпустила его, а помощники шерифа протиснулись мимо нее, чтобы надеть на него наручники и обыскать на предмет оружия.

— Это не преступник, — сказала она, прикрывая лицо рукой, горя от стыда. — Это уцелевший.

Наверху, на улице, она осмотрела свои повреждения. Всего лишь синяк на животе, но он болел и к утру обещал стать желто-фиолетовым. Ну, решила она, его можно приплюсовать к порезу ладони и ране от лопаты на плече и обозвать ночной работой.

— Слушай, фотографии может сделать кто-нибудь еще, — сказала Клара. — Я отвезу тебя домой.

Кэкстон кивнула, но с Битумен Холлоу она еще не до конца разделалась.