Тринадцать пуль - Дэвид Веллингтон

Вампиры, двое оставшихся из рода Малверн, окружили его в два часа ночи. Их щеки горели румянцем, а тела излучали ощутимое тепло. Они появились бесшумно, один — через главный вход в палату, другой — из синей тени комнаты. Аркли не видел, как они вошли, но ожидал их.

Один из вампиров попытался загипнотизировать особого представителя. Другой двинулся через комнату быстро, как молния, вытянув руки, чтобы вцепиться Аркли в плечи, с широко разинутым ртом, приготовившись откусить голову. Но оба замерли на середине атаки, увидев, что Аркли держал в руке.

Прежде чем они появились, он предпринял некоторые предосторожности, воспользовавшись хирургическими инструментами, которые были в палате.

Пилой для кости и парой кусачек он удалил часть грудной клетки Малверн. Молодой, сильный вампир практически моментально исправил бы повреждение, но Малверн умирала от нехватки крови и была слишком стара, чтобы вообще почувствовать, что он делает. Примитивная хирургия обнажила сердце Малверн, холодный сгусток черных мускулов, который лег в руку, как кусок угля.

Когда двое вампиров появились перед ним, он слегка сжал сердце. От легчайшего прикосновения оно начало крошиться. И, несмотря на всю ее слабость, Малверн нашла в себе силы откинуть голову, разинув зубастый рот в беззвучном крике.

Вампиры застыли на месте. Они переглянулись, словно молча совещаясь о том, что делать дальше.

— Предлагаю вам несколько вариантов, — сказал им Аркли.

Он так и не взглянул в глаза ни одному из них, хоть и был убежден в том, что способен противиться их воле, но не захотел искушать судьбу.

— Вы можете убить меня. Любой из вас может сделать это в секунду. К несчастью, последняя судорога в моей жизни пройдет по моей руке, и я сотру это сердце в порошок. Можете стоять тут всю ночь и ждать, когда у меня устанет рука, но у вас осталось только четыре часа до того, как взойдет солнце. Далеко ли остались ваши гробы?

Они не ответили. Они стояли там, красные глаза следили за ним и ждали третьего варианта.

— Можете уйти прямо сейчас, — сказал он, пытаясь придать голосу рассудительности. — В этом случае все останутся целы.

— Почему мы должны тебе верить? — спросил один из них.

Его голос был груб и сочен от крови, переполнявшей его горло.

— Ты убил нашего брата, — сказал другой, вонзая слова в воздух. — Ты можешь убить ее, стоит только нам уйти отсюда.

— Если я убью ее, мне придется предстать перед судом как убийце. Впрочем, мне это совершенно безразлично, — пояснил он, собираясь пожать плечами, но от этого жеста его рука пошевелилась бы и выдернула сердце Малверн у нее из груди. И в тот момент, когда это произошло бы, вампирам не было бы смысла оставлять его в живых. — Но если я умру сегодня, то и ее заберу с собой.

Вампиры растворились, не сказав ни слова, исчезнув так же быстро, как и появились.

Убедившись, что их больше нет, Аркли обошел охранников в лечебнице. Они сделали, как он приказал им. У вампиров не было нужды в крови — они и так были переполнены ею, — и, когда офицеры охраны не оказали им сопротивления, те просто прошли мимо. Во всей лечебнице ни у кого и волосок с головы не упал.

Когда Аркли вернулся в палату Малверн, он обнаружил, что она напечатала на своем компьютере новую строчку:

Мальчики мои мальчики хватайте его

К счастью для Аркли, ее потомки не получили этот приказ, и теперь было уже слишком поздно.

— У вас, — протянула Лора, после того как он закончил рассказ, — ни капли крови во всем теле нет. Только ледяная вода.

— Я рад, что ты так думаешь. Пока они тут стояли, я был уверен, что мне придется сжать кулак.

Он улыбнулся, но не этой своей снисходительной улыбочкой и не той, которую посылал подружке своего напарника. А нормальной, человеческой улыбкой. На его лице она казалась неуместной, но все же не такой уж отталкивающей.

— В конце концов взошло солнце. Она втянула руку, и я закрыл крышку гроба. Вот такие дела.

— Не надо было вам меня оставлять. Мы могли бы сразиться с ними вместе, — упорствовала Кэкстон.

— Не могли бы. В них было столько крови, что и базука не оставила бы на них и царапины. В этом как раз причина того, почему они едят перед боем. И обратная сторона этого есть тоже. Они несли эту кровь ей, чтобы исторгнуть все на Малверн, облить ее с ног до головы, точно так, как делал Лэрс той ночью на лодке. Теперь им придется употребить ее самим. Это сделает их сильными, но и ослабит тоже. Сегодня вечером, а может, и завтрашней ночью еда им не понадобится.

— Значит, вы не стали звать меня, потому что решили, будто я помешаю вам. Вы решили, что я разрушу ваш план.

— Я решил, — сказал он ей, — что ты ранена. Может, закончим на этом? Я не спал всю ночь.

Кэкстон вскипела, но спорить с ним сейчас передумала.

— Прекрасно. Вы со мной расстаетесь, это просто прекрасно. Я возвращаюсь домой, к своим собакам.

Аркли только головой покачал.

— Нет, специфику обязанностей мы тебе поменяем, но ты все еще в команде. Будешь координировать работу детективов, разыщешь мне некоторые имена, места проживания мальчиков милой Малверн. Тебе всегда найдется чем заняться.

— Ну, спасибо, удружили.

— Не вредничай. Мало у кого есть способности, чтобы охотиться на вампиров, патрульный. У тебя есть для этого все. И если раньше получалось неважно, это еще не повод невзлюбить себя. Эй, — он посмотрел на гроб, потом снова на Лору и приподнял брови, — хочешь взглянуть?

26

— Нет, — ответила она, но уверенности в этом не было.

Она даже не была уверена в том, отказывается ли она. Хотела ли она остаться в этом деле? Хотелось ли ей узнать еще что-то новое о вампирах? Каким гадким и отвратительным мог быть мир на самом деле?

— Это все равно что наблюдать за гусеницей, превращающейся в бабочку. Мерзко, но увлекательно, если только желудок крепкий.

Лора уже была готова сказать «нет». Она собиралась сказать «нет» и отвернуться.

— Так у нее начинается каждое утро, она трансформируется, словно личинка в куколке. Ее телу приходится меняться, чтобы восстановить ущерб, который она получила накануне.

Он поднял крышку.

— Вот что значит бессмертие.

Нет. Просто нужно сказать «нет», и он опустит крышку. Она с этим делом, с вампирами, покончила. Он хочет, чтобы она занималась бумажной работой, вот и отлично.

Но Лора шагнула к гробу. Аркли откинул крышку, и она заглянула внутрь.

Кости Малверн лежали вразброс на обивке гроба. Огромная нижняя челюсть отвалилась от верхней части черепа. Сердце, выглядевшее как сгнившая слива, лежало в грудной клетке, отдельно от всего остального. Оставшиеся ткани превратились в слизистую кашицу, заляпавшую шелковую обивку гроба, покрывая тазовые кости и часть позвоночника. Месиво это лужицами скопилось в углах гроба и заполняло одну из глазниц. Лоскуты того, что казалось обуглившейся кожей, плавали в жиже, а посреди всей этой мерзости сгрудились какие-то мелкие загнутые частички, похожие на обрезки ногтей. Запах был очень, очень силен, он практически валил с ног. Лора наклонилась немного вперед и присмотрелась к «ногтям». И тут ей удалось разглядеть маленькие крючочки и кольца, дробившие крошечные тельца.