Отец подруги. Запретные желания - Лана Пиратова

— Ну да, — отвечает она. — Он пришел за документами. С ним Птичкина была. Документы забрали и ушли. Вместе.

— Сукин сын! — вырывается из меня.

Что за нахрен еще?! Моя Птичка с каким-то Валерой?! Не верю! Не такая она!

— Спасибо, Римма Геннадиевна, можете идти, — говорит Рам женщине и она, простившись, уходит.

— С Валерой, — повторяет он, косясь на меня.

— Убью нахрен. Что за мудак? — исподлобья смотрю на Рама.

— Валера, Валера, — задумчиво произносит он. — Он в Питер собирался. Проект там какой-то. Потому и уволился.

— В Питер?! — удивленно таращусь на него.

— Может, она с ним поехала?

— Она не могла. Она не такая, — бурчу я, опустив взгляд в пол.

А у самого в груди скребет что-то. Мерзко так скребет. Водит когтями по ребрам, подбираясь к сердцу.

— Они все «не такие», — хмыкает Рам.

И, чтобы не подраться с ним по-настоящему, прощаюсь и ухожу.

Еду домой. Надо все обдумать и еще раз связаться с Муратом.

Питер, сука!

Да какого хрена?! Почему?!

Глава 48. Ник

Когда водитель въезжает во двор, я сразу замечаю незнакомую машину. Кто еще в гости притащился? Я никого не хочу видеть.

Может, к Наташе?

Говорю водителю, что пока он может быть свободен, и иду в дом. Не звоню, открываю своим ключом.

Захожу и сначала замираю в холле. Осматриваю дом. Какой же он пустынный без Лики. И без Влады.

Вспоминаю нашу с ней первую встречу здесь, в моем доме. Усмехаюсь и иду на кухню. Делаю себе слабый кофе.

Я жду звонка от Мурата. Ну, не могла эта несносная девчонка просто так исчезнуть! Неужели думала, что не найду?

Отпиваю из чашки и смотрю в окно. И взгляд опять падает на незнакомую тачку. Кто это?

Поворачиваюсь и слышу смех. Прислушиваюсь. Смеется Наташа.

Ставлю чашку на стол и выхожу из комнаты. Иду на голоса. Да, именно голоса. Наташа с кем-то разговаривает. Слов не различить, но до меня доносится мужской бас.

Подхожу к ее комнате. Дверь приоткрыта и я останавливаюсь.

— Ну, надо подождать, Славочка, — сладким голоском вещает моя бывшая. — Пусть хотя бы мой бывший муж в себя придет. Да и Лика… Не могу же я уехать и бросить ее!

— Она взрослая и с ней все будет в порядке, — слышу мужской голос. — Я не могу ждать, Наташа. У меня контракт. Или ты из-за бывшего?

— Да вот еще! Мне от него кроме бабок ничего и не нужно! — громко смеется Наташа и потом звуки поцелуев и стонов.

Я с силой толкаю дверь и она открывается так, что хлопается о стену.

Нахмурившись, грозно смотрю на кровать, на которой лежит моя бывшая с одним из своих любовников.

Да, я его знаю. И как сразу голос не узнал? Слава. В прошлом — теннисист и в настоящем — дорогой тренер по теннису. Когда-то он тренировал нашу дочь. Лике, правда, быстро надоело. Зато Наташа решила тоже начать тренироваться. И, как я потом узнал, не только в теннисе.

— Николай? — она натягивает на себя одеяло и вскакивает с кровати и со своего любовника.

— Здравствуй, Николай, как ты? — тот тоже меня приветствует и испуганно таращится. Хватает свои брюки.

Один раз я уже ему втащил так, что он в больнице оказался. Помнит, мудак.

А мне так противно становится от этой картины. Конечно, сейчас я его не трону. Нахер надо. Мне уже давно пофиг на то, с кем спит моя бывшая. Это ее дело. Но…

Я не могу скрыть своего отвращения от увиденного и морщусь.

— В кабинет зайди, — кидаю Наташе и, еще раз грозно взглянув на мужика, выхожу.

Иду в кабинет.

Сука, как же хочется выпить!

Впиваюсь взглядом в бутылку виски на полке в шкафу.

Нет, Николай. Нет. Нельзя. Ради Лики и ради Птички.

— Тебя выписали? — за спиной раздается голос бывшей.

Резко оборачиваюсь и вижу ее. Уже одетую.

— Почему не позвонил? Я бы встретила, — она подходит ко мне и хочет погладить мою скулу, но я перехватываю ее руку. Останавливаю.

— Собирай вещи и уходи, — говорю я спокойно.

А почему я должен нервничать? Мне похер на нее и на ее мужиков.

— Ты ревнуешь? — улыбается она.

— Нет, — отвечаю просто. — Не хочу грязи в моем доме. В доме, где живем я и Лика.

— И твоя девка? — кривится Наташа.

— Это не твое дело.

— Это и мой дом!

— Нет, Наташа. Это только мой дом и дом Лики. У тебя есть жилье в Англии. Туда и води мужиков. Мне тут эта грязь не нужна.

— Ох, Николай, ты все такой же сноб, — вздыхает она и отходит. — Славе предложили контракт в Европе. Он зовет меня ехать с ним… — и загадочно смотрит на меня.

— Наташ, мне уже давно похер и на тебя, и на твоих мужиков. Если этот урод не хочет вместо Европы оказаться в больнице, оба валите. Пока я даю время.

— Но как же я, Николай? Я ведь мать Лики!

— Это хорошо, что ты еще помнишь об этом, — усмехаюсь. — Никто не лишает тебя общения с дочерью. Это только ей решать. Но в этом доме ты больше не живешь.

Она недовольно поджимает губы и разворачивается, чтобы уйти.

— И да, Наташ, надеюсь, у Славы хорошая зарплата там? Потому что я урежу твое финансирование. Да и ты еще вполне можешь пойти работать.

— Что?! — она резко поворачивается ко мне и смотрит зло. — Это и мои деньги! Мои!

— А я и не лишаю тебя твоих денег, — я спокоен. — Я лишь уменьшаю их. Для жизни тебе вполне хватит. А твои капризы теперь есть кому оплачивать.

Она пыхтит, сжав кулаки. Но я не намерен устраивать скандал.

— У вас пять минут, чтобы съебаться отсюда, — говорю жестко. — В противном случае я попрошу охрану очистить дом.

Наташа еще зло смотрит на меня несколько секунд, но, видимо, поняв, что спорить бесполезно, уходит, хлопнув громко дверью.

Вот так.

Шум в доме и я в окно наблюдаю, как они с любовником выходят из дома с чемоданами Наташи, садятся в машину и уезжают.

Все.

Обхватываю руками затылок и зажмуриваюсь. И тут звонит телефон.

Я очень жду звонка и поэтому бегу к столу, на котором лежит аппарат.

Это не Мурат. Звонят из клиники.

Быстро отвечаю.

— Николай Евгеньевич, — знакомый голос доктора.

— Да, я. Что случилось?

— Лика хочет вас видеть.

Громко выдыхаю, почувствовав укол в сердце.

— Как она? — спрашиваю хриплым голосом.

— Все хорошо. Вы можете увидеться. Когда вы сможете приехать?

— Я выезжаю.