Флибустьеры Ямайки. Эпоха «великих походов» - Виктор Губарев

Другие документы также подтверждают, что сражение на Сент-Кристофере было кровопролитным и стоило жизни губернатору Уоттсу и большей части флибустьеров, «которые дрались храбро»; уцелели лишь 17 человек. Томас Морган, тяжело раненный в обе ноги, был перевезен на остров Невис и там скончался. Капитан Морис Уильямс попал в плен к французам, но, по всей видимости, смог выйти на свободу. В июле 1667 года он командовал судном в эскадре коммодора сэра Джона Хэрмана, стоявшей на якоре у острова Невис. Генри Уиллоуби отправил эту эскадру в экспедицию против Кайенны — центра Французской Гвианы. Во время штурма Кайенны Моррис был заместителем командира передового отряда Ричарда Стивенса — того самого майора с Ямайки, который в 1665 году возглавлял отряд по захвату острова Саба.

Мир между Англией и Францией был объявлен на Малых Антиллах в декабре 1667 года. Тем не менее, Морис Уильямс, командовавший небольшим вооруженным судном, продолжал оперировать против французского судоходства. По данным Рейналя Лаприза, в 1668 году Уильямс вторично попал в плен к французам, которые доставили его на Мартинику. Кристофер Кодрингтон, временно исполнявший обязанности губернатора Барбадоса, потребовал его освобождения. В начале 1669 года генерал-губернатор Французских Антилл сьёр де Баас ответил ему категорическим отказом: Уильямс содержался в тюрьме за пиратские действия против французских судов, совершенные им после окончания войны. Дело усугубилось еще и тем, что англичане нанесли французам очередную обиду, захватив их корабль с острова Сент-Люсия, который в качестве приза был отведен на Барбадос. Лишь в 1672 году, когда Англия поддержала Францию в войне против Голландии, капитан Уильямс мог быть освобожден, но к этому времени след его потерялся. 

Глава 18. Рейды Эдварта Мансфелта. Захват и потеря острова Санта-Каталина

Голландский флибустьер Эдварт Мансфелт разбойничал в Карибском море в 1660-е годы. Англичане на свой манер называли его Эдвардом Мансфилдом. Эксквемелин говорит, что он был родом с острова Кюрасао, однако достоверных сведений о его детстве и юности, а также о начале его пиратской карьеры не сохранилось. Предполагают, что до 1641 года он мог базироваться в английской колонии на острове Санта-Каталина (Провиденс), а затем на Тортуге. 4 (14) декабря 1660 года он получил разрешение военного губернатора Ямайки полковника Эдварда Дойли выйти на своем судне из гавани Пойнт-Кагуэй для охоты за испанскими кораблями. В январе — феврале 1663 года, командуя бригантиной, он участвовал в экспедиции Кристофера Мингса против города Кампече и после ранения Мингса замещал его в качестве главнокомандующего.

Осенью 1665 года флотилия Мансфелта стала на якорь у южного побережья Кубы. В ее составе были как английские, так и французские суда, но о них мало что известно (среди капитанов значились Джозеф Брэдли, Чарлз Хадселл, Пьер Легран и Жан Лемэр). В ноябре губернатор Ямайки приказал майору ямайской милиции Роберту Биндлоссу (мужу Анны Петронеллы Морган и, соответственно, зятю покойного вице-губернатора сэра Эдварда Моргана) связаться с флибустьерами и пригласить их на рандеву в ямайскую гавань Блуфилд-Бей, чтобы затем, получив каперские грамоты против голландцев, они могли совершить набег на Кюрасао. На переговоры с пиратами был отправлен капитан Уильям Бистон.

В письме лорду Арлингтону, датированом 16 (26) ноября, Модифорд выразил надежду, что Кюрасао «окажется во владении короля еще до того, как сие письмо попадет к нему в руки». Заодно губернатор просил прислать ему более обстоятельные инструкции относительно того, «какое применение найти приватирам после подавления голландцев, чье имя, он полагает, за три месяца умрет и будет забыто в Индиях».

По сведениям губернатора Гаваны, у пиратов было 13 судов и 700 человек (по английским источникам — лишь 6 кораблей и 400 человек). На Рождество они ворвались в городок Кайо и подвергли его грабежу. Затем, перехватив в море судно, на борту которого находилось два десятка жителей этого городка, они всех их порубали саблями. Следующей жертвой пиратов должен был стать город Баямо, но, неожиданно изменив свои планы, они решили атаковать Санкти-Спиритус.

Разбойники знали, что в этом городе, лежащем вдали от моря, нет фортификационных сооружений, а местные помещики владеют огромными плантациями сахарного тростника и тысячами голов скота.

25 декабря 1665 года несколько испанцев, работавших на асьенде близ устья реки Таябакоа, увидели, как на берег высадилось около трехсот пиратов. Вскочив на лошадей, испанцы галопом помчались в Санкти-Спиритус, чтобы предупредить городские власти и жителей об опасности. Приходской священник Пабло де Педросо-и-Фариа велел бить в набат. Алькальды дон Антон Камачо и дон Симон Баутиста, а также рехидор дон Педро Ариас попытались организовать оборону города, выставив в поле двести всадников. Однако им не удалось сдержать натиск флибустьеров. В начале января 1666 года разбойники ворвались в Санкти-Спиритус, почти все жители которого успели бежать в окрестные леса и саванны.

Кубинский губернатор дон Франсиско Давила Орехон-и-Гастон писал королю, что налетчики сожгли «тридцать три дома, совершив все прочие бесчинства и кощунства, обычно сопровождающие подобные деяния; и хотя до их прихода в этот город лейтенанта и жителей тех мест настойчиво предупреждали о том, чтобы они никогда не оставляли порты и места высадок на берег без сторожевых постов и чтобы они держали свое оружие наготове точно так же, как при объявлении войны, они их… прозевали. Враги прошли двенадцать лиг в глубь территории и при отходе назад — еще восемь, не потеряв при этом ни капли крови, потратив на грабеж его один день, а ведь в том поселении имелось более двухсот пятидесяти людей с оружием и много рабов, способных его носить. Похоже, что Господь справеливым судом своим затуманил им рассудок и разум за то, что забыли они о своей обязанности и о любви к отчизне своей, оставив ее без защиты и спрятавшись, как арабы, в горах, ничем не проявив свой долг».

Разграбив то, что испанцы не успели унести с собой, флибустьеры похитили из церкви самую ценную реликвию — золотого петуха, украшавшего алтарь. Этот петух был подарен церкви в 1612 году приходским священником Педро Пересом де Корча, который унаследовал его от своего отца дона Луиса Переса де Корча, а тот, в свою очередь, получил его в качестве «презента» от какого-то индейца.

Предав город огню, флибустьеры доставили награбленную добычу к своим кораблям. После дележа трофеев четыре английских корабля взяли курс на Ямайку, а два французских судна ушли на Тортугу.

По данным Уильяма Бистона, набег на Санкти-Спиритус возглавлял Эдварт Мансфелт; но в одном из испанских отчетов главарем разбойников назван француз с Тортуги Пьер Легран. Можно предположить, что Мансфелт командовал английским, а Легран — французским контингентом объединенного отряда.

Излагая свою версию этой экспедиции, Модифорд 1 (11) марта писал герцогу Альбемарлю, что две или три сотни приватиров, получив от испанцев отказ продать им провизию, прошли 42 мили в глубь Кубы, где «взяли и сожгли город Санто-Спирито»; при этом они разбили корпус из 200 кавалеристов, который пытался остановить их продвижение. Пленных флибустьеры доставили на свои корабли и, «получив за них выкуп в 300 жирных быков, отпустили». Однако многие негры не захотели возвращаться назад, пожелав остаться с пиратами в качестве проводников. Губернатор добавляет: «После этого они соединились с другой частью флота, чтобы идти на Кюрасао». Отводя от себя возможные обвинения в поощрении флибустьеров, Модифорд особо подчеркнул, что набег на Санкти-Спиритус был осуществлен Мансфелтом без приказа с Ямайки, «под прикрытием португальских каперских свидетельств», полученных от губернатора Тортуги. Сэр Томас не сомневался, что флибустьеры, если их не пресечь, будут и впредь брать добычу у испанцев и не вернутся на Ямайку до тех пор, пока им не пообещают выдать каперские поручения против испанцев.

Спустя неделю губернатор написал об этом же лорду Арлингтону: «Наши приватиры выбрали капитана Эдварда Мансфилда своим адмиралом, и в середине января отплыли от Южных островков Кубы в сторону Кюрасао с губернаторским поручением». Повторив старую басню о том, что Санкти-Спиритус был разграблен флибустьерами из-за отказа испанцев продать им провизию, он посетовал на сокращение численности отряда Мансфелта («многие ушли к французам, где португальские каперские грамоты дают полномочия против испанцев»). Испанский источник подтверждает данный факт, упоминая о том, что после дележа добычи два судна отделились от пиратской флотилии и ушли на Тортугу.

От южных берегов Кубы Мансфелт пошел к побережью Центральной Америки. По данным губернатора Коста-Рики, пираты хотели пробиться к городу Картаго и к Тихому океану, хотя и делали вид, что собираются идти «против Кюрасао». Из письма президента аудиенсии Панамы дона Хуана Переса де Гусмана от 16 марта 1666 года явствует, что у Мансфелта было 14 судов с 800 людьми на борту. 8 апреля, оставив близ Пунта-дель-Торо семь кораблей, флибустьеры на девяти барках вошли в гавань Эль-Портете и, высадив на берег от 500 до 700 человек, напали на селение Матина (Коста-Рика). Взяв в плен 35 индейцев, они отправились в сторону селения Турриальба, откуда хотели атаковать главный город провинции — Картаго. Проводником у них был молодой индеец по имени Роке Хасинто Эрмосо.