Бессистемная отладка. Реабилитация - Тимофей Царенко

– Успокойся, Морген, лучше скажи: жертва была магом воздуха по имени Карл?

– Откуда ты… Ты…

– Я. И я больше не буду. Случайно получилось.

– СЛУЧАЙНО СВЕСТИ С УМА ЧЕЛОВЕКА? ТЫ ЧТО, У…ОК, НЕ ПОНИМАЕШЬ, ЧТО ЭТО ИГРА? НЕ ПОНИМАЕШЬ, ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛ?

– А что я, мля, наделал?? Какая это, НА…Й, для меня ИГРА? Для меня ЭТО ДУРДОМ пожизненного заключения!!! Из которого «выписаться» можно только одним способом. МНЕ ДУШНО в этом е…м Кольце Равновесия! ДУШНО ТАМ, ГДЕ У ЛЮДЕЙ НЕТ КУСКА ДУШИ!!!! Тут не живут, ИГРАЮТ. ТЕПЕРЬ – НЕ ИГРАЮТ!!! Теперь, сука, пусть знают, что можно ПОСТРАДАТЬ! Что можно тут сжечь свои пустые мозги!

– И ПОЭТОМУ СВИХНУЛСЯ ИГРОК, КОТОРЫЙ ЛИЧНО ТЕБЕ НИЧЕГО НЕ СДЕЛАЛ?

– ИМЕННО ПОТОМУ И СВИХНУЛСЯ! ВСЕ, КАК В РЕАЛЬНОЙ ЖИЗНИ – СТРАДАЮТ НЕВИНОВНЫЕ, НАГРАЖДАЮТСЯ НЕПРИЧАСТНЫЕ.

– УРОД ТЫ, ФИЛИН! УРОД И МАНЬЯК.

Игрок Моргенханд удалил Вас из списка друзей. Теперь Вы не можете отправлять ему сообщения.

Было больно и обидно. А еще очень непонятно, что это вообще было. Почему тот несчастный маг, которого я заставил вырезать себе сердце, «обезболив» его счастьем, свихнулся? Может он изначально двинутый был?

И почему так отреагировал Моргенханд? Почему его не смущал ни каннибализм, ни мои заскоки, но вот стоило мне кому-то случайно нанести реальный вред, он тут же меня оттолкнул. Испугался? Думает, я это специально делал?

В полном душевном раздрае я спустился в зал, там меня уже ждал Луи.

– Многоуважаемый Филин?

– Проблемы?

– Ну, эээ… – видимо в голове светлого жреца не вязалось выражение на моем лице и то, что я сейчас должен переходить под длань Света. – Мы должны были сегодня встретиться и…

– Пить будешь?

На лице Луи отразилась тяжесть заданного вопроса из серии «…пить, утром, в компании свихнувшегося оборотня, который заливает душевную травму с реальным шансом сойти с ума…»

– Буду.

– Я за закуской, закажи виски, пива и жидкого красного перца.

На кухне я сначала хотел приветливо улыбнуться поварихе, но понял, что улыбку из себя сейчас не выдавлю, и молча кинул на стол десяток золотых, жестом попросив меня оставить.

Особо не заморачивась, промыл сердце несчастного мага в холодной воде, нарезал кубиками и кинул обжариваться. Взбил магическим блендером клюкву, добавил туда меда и очень-очень много перца, вылил полученную смесь на сковородку с уже обжаренным мясом. И оставил тушиться минут на десять.

Заказав еще всякого острого мяса, взял тарелку с сырной нарезкой и вышел в зал, где Луи задумчиво рассматривал бутылку виски и батарею пивных кружек.

– За…

– …ткнись. Мы пьем, проповедник. Мы просто пьем.

Я выпил из горла виски, запил его пивом. Подождал, пока проповедник не сделает то же самое.

– Повторяем!

Мы повторили.

Принесли закуску. Начали со свиных ребрышек, потом были куриные крылья, которые я ел вместе с костями. Все это молча.

К тому времени виски почти закончилось.

– А теперь, мой друг, что склоняет меня к предательству, я тебя хочу угостить особенным блюдом, – я протянул проповеднику сердце в соусе. – Попробуй.

– Что это?

– Сердце добровольца, что отдал его светлому Богу, – я оценил кусочек, заляпав стол. А вроде неплохо.

– Вкусно! Тебе бы поваром быть! – Луи улыбнулся, показывая, что оценил шутку. Но тут его лицо перекосило, видимо, прочитал системные сообщения. Ник изменился.

Луи, Извративший свет, Дезертир света.

Уровень: 111.

Жизнь: 22 000.

Наложен скрытый неснимаемый дебаф «эманации хаоса», все заклинания жертвы меняются в момент произнесения на иные, случайные. Все эффекты и заклинания, накладываемые на жертву, изменяются на случайные.

– Ты, ты…

– Я! Я очень не люблю, когда меня чат-бот обращает к Свету! Был бы ты нормальным, я бы тебе, может, и поверил. А теперь кушай, это вкусно. Чтобы ты сейчас стал таким вот дезертиром, вчера сошел с ума один человек. Ты его не знаешь, наверное, он был хорошим. Или плохим. Плевать, жри чужое безумие! – я ткнул ему в лицо вилкой, с насаженным на нее куском сердца.

Луи взревел, вскакивая. Он взмахнул булавой, от удара которой я ушел, шагнув назад. Булава разбила стол пополам. Пивная кружка отправилась в полет, разбившись о молниеносно выхваченный щит. Глядя на то, с какой скоростью бывший жрец им работает, и не скажешь, что бандура под семьдесят кило весит.

Сейчас меня будут очень старательно убивать. Опрокидывая по дороге мебель, игроков и сметая на пол посуду (авось навернется), бегу к лестнице. Главное, успеть добраться до комнаты в таверне. Она должна быть защищена от других игроков (в теории). Успел.

Теория оправдалась. Страшно ругаясь, Луи врезался в дверь. С потолка что-то посыпалось.

– Урод! Ты думаешь, что спрятался от меня? – раздались звуки удаляющихся шагов.

– В зеркало посмотри, интеллигентишка! – я подумал и добавил: – Вшивый!

– Божественная сила! – раздался рев откуда-то из коридора.

– Ой, дурак… – только и успел сказать я, отпрыгивая в сторону от двери.

Бабах! Бабах! Бабах! Дзынь! Шмяк! Это, собственно, дверь, стена, стена, окно и звук удара тела о землю. Поспешно накидываю одежду, рассовываю все важное по карманам плаща, подхватив копье, трансформируюсь и вылетаю на улицу. В общем, комнаты не так уж неуязвимы, как могло показаться раньше. Внизу Луи окружали стражники с оружием на изготовку. Тут бывший жрец вскочил и парой ударов раскидал стражей порядка, от удара булавы и щита они разлетались словно кегли.

Урод! Обижает моих стражников!

Я поднялся над крышей таверны. Заложил вираж и, вцепившись лапами в копье, начал падать. Луи почти увернулся от удара, копье прошло по касательной, распоров ему ногу. Мне удар булавы пришелся в грудь, и я отлетел в сторону, принимая человеческий облик. Бывший жрец сделал пару шагов назад, поднял булаву в небо и прокричал: «Исцеление!»

– Команданте! А что это было? – стражник с ошалевшим видом стирал с лица кровь.

– Ну… – я задумчиво разглядывал пару сапог, оставшуюся в центре круга, покрытого кровью. – В нем загорелось пламя революции, но слабая плоть не смогла выдержать его.

– Кого?

– Воодушевления. В общем, если придет снова – не обижать. Дать работу и сказать ждать меня. Этот товарищ нам нужен.

– Будет исполнено, команданте! – стражник кинул римское приветствие.

Я зиганул в ответ, подхватил копье, и полетел. Куда? Куда глаза глядят.

На душе было погано.

Глава 22

Я летел все выше и выше, чувствуя, как ветер остужает горячий комок в горле, как уходит ненависть, адресованная себе самому.

Иногда бывает больно. Иногда бывает погано. Объективно говоря, очень часто бывает и хуже. Конечно, если это относится не ко мне. Интересно, а согласно завещанию на могилке выбили то, что я там написал?

Залез в местный интернет, впервые за все время пребывания в игре. Какая-то защита долго, но не слишком уверенно пыталась меня отговорить от выхода в сеть, страшила словами «социокультурный шок» и «острый когнитивный диссонанс», нет, врешь железка. Острый когнитивный диссонанс – это я. Это я сумел впервые за пятьдесят лет найти способ навредить игрокам в реальности. То самое сакральное «вычислить по IP», в исполнении Филина Олега Петровича. Это я убил человека роялем. Это со мной ходит оторванная голова. Я словно последний из Атлантов, который, согласно одной легенде или сказке, выйдя из пещеры в горах Тибета, год бродил по миру и думал, будет ли ему интересно этим миром править или нет. Потом решил, что не очень, и лег еще на пару тысяч лет в спячку. Это я…

Размышления прервала стрела, пробившая горло и позвоночный столб. Я мешком полетел к земле и с неприятным хрустом ударился о землю. Боли уже не было. Тут надо мной навис человек с огромным топором. Эдакий Дед Мороз в стеганке. Мне были видны борода и топор с полукруглым лезвием.

– Летает тут дрянь всякая. Филины не летают днем, да еще на такой высоте, да еще и навстречу солнцу. Сгинь, перевертыш.

И отрубил мне голову.

Я пялился в голубое небо с белыми барашками облаков. На душе было легко-легко. Стонало и ворочалось вправленное, а до этого сильно вывихнутое эго. Чесалась минуту назад перерубленная шея. Плюнув на возможные опасности незнакомого леса, я полез в наконец-то разблокированный интернет с мысленным управлением. Как ни странно, могила моя до сих пор сохранилась. Историческое место. Захоронили урну с прахом, что, в принципе, логично. Так, теперь надпись…

«Как написать хорошую книгу?

Откройте блокнот, напишите хорошую книгу, вы писатель!

Как ощутить себя красавчиком?

Создать проблему, решить проблему – вы красавчик!

Как стать счастливым?

Начать жить, станьте счастливым – вы почти, как я!»