Гимн шута 17 (СИ) - Федотов Антон Сергеевич

— Знаком, — коротко сообщил посланнице Павел. — Суть, пожалуйста.

— Этому человеку поручат вас убить, — негромко ответила Мария.

Она не предполагала, что разговор произойдет при таком количестве свидетелей. Впрочем, она сама «поторопила события».

— И? — уточнил клановец, подняв взгляд на девушку.

Ее тон прямо-таки предполагал продолжение.

— Он не сможет отказать.

Павел кивнул. Не каждый день его потенциальным убийцей становится императорский представитель.

— Ненавижу туман, — негромко произнес Горевой Николай Андреевич, бездумно рассматривая пелену, укрывшую темный город.

Красноуральск и так не услаждал взор буйством красок. В такую же погоду он больше всего напоминал карикатурные декорации для фильма ужасов.

Менеджер Ибо промолчала. Как всегда. За три дня, что она исполняла свои обязанности «тени» Горевого, ни единого звука не покинуло ее рта.

Водитель вздохнул невольно и несколько раз «против» шерсти провел ладонью по собственному рано поседевшему короткостриженому затылку. Ему было неуютно.

И тогда он начал говорить. О разном. Просто затем, чтобы попытаться уловить хоть какие-то отголоски эмоций со стороны затянутой в черное фарфоровой куколки.

— Мы тогда отходили, — продолжил он. — Вот точь-в-точь такой же туман был. Ладно город, а в «зеленке» вообще ж ничего не видно в такую погоду. Санек-Лопата первым пойти вызвался. И недоглядел. Если б не он, все бы подорвались тогда… Я ж к нему на кладбище лет двадцать уже не ездил. Раньше-то каждые пять лет, но теперь…

Цзинь Вэй молчала. Как всегда. Но страшнее всего было оттого, что миловидная девушка черной водолазке с высоким воротом не издавала никаких звуков. То есть, вообще.

Горевой, остановив машину на очередном светофоре, вновь не выдержал и аккуратно ткнул в живот «менеджера». Как тогда. Около «едальни».

Палец почувствовал сопротивление мягкой плоти под тонкой водолазкой, а также тонус тренированных мышц.

Это сработало.

Азиатка с противоестественной плавностью обернулась к водителю, вперив в него равнодушный взгляд раскосых глаз. В темных «омутах» не было и следа человеческих чувств. Лишь пустота.

Горевой медленно и печально убрал руку. Пассажирка еще с секунду посмотрела на него неподвижным взглядом и с той же пугающей плавностью вернула голову в прежнее положение, уставившись прямо перед собой.

Би-и-ип!

Клаксон за спиной заставил Николая Андреевича едва заметно вздрогнуть и взяться за руль. Смену сигнала светофора он пропустил.

— Когда мне было пятнадцать, — продолжил мужчина в попытке установить хоть какой-то эмоциональный контакт со своей спутницей. — В такой же туман мы провожали парней на «стрелку». Тогда делили район центровые с индустриальными. Из наших трое вернулись…

Мужчина говорил. Менеджер Ибо, кажется, слушала. Во всяком случае, слышала. Но не отвечала.

Ровно до того момента, как Николай Андреевич не свернул на заправку. Несколько секунд он искал кошелек и, окинув взглядом пространство «за бортом», еще раз вздохнул:

— Ненавижу туман.

После этих слов он вышел из машины и закрыл за собой дверь.

Цзинь Вэй несколько секунд сидела неподвижно, после чего медленно и плавно подняла руку и, отодвинув высокий воротник и привычно коснулась подушечками длинной белой ниточки застарелого шрама.

Еще пару мгновений она о чем-то размышляла, после чего негромко вздохнула:

— Я тоже.

Следующим движением она поправила воротник и вновь замерла в холодной азиатской куколкой. Ее учили никогда не сближаться с тем, кого могут приказать ликвидировать в любой момент.

Глава 19

Глава 19

«Не хочу!».

Эта мысль не давала Павлу покоя. Особенно когда он рассматривал такие милые, покладистые и демонстрирующие полную готовность к послушанию мордашки.

«Затишье перед бурей!» — едва ли не запаниковал внутренний голос при виде выстроившейся перед ним шеренги.

— Погода была прекрасная. Принцесса была… — буркнул было под нос клановец, но тут же оборвал сам себя.

А на улице, как всегда в столице, было хорошо. Солнце отбрасывало солнечные зайчики от глянцевого борта «Вихря». Для нынешней «операции» десантный модуль был заменен на VIP-салон. Рядом с грозной боевой машиной, словно в насмешку, выстроились в безупречную шеренгу семь девушек в вечерних платьях, больше похожие на моделей из глянца, чем на участников опасной миссии.

Светлана. Катерина. Елена. Александра. Инна. Анна. И, конечно, «отмененная» героиня вечера, Юсуп6ова.

Начальный план провалился. То есть не просто провалился, а рассыпался в пыль. Кто ж знал, что у Анны и Виктора — такая бурная история? Да и присутствие Демидовых заранее предположить было сложно.

Но главной миной под всё мероприятие стала… стандартная рассылка. Игорь Георгиевич, организуя бал в честь дня рождения Сергея, по привычке разослал приглашения по всем каналам. Обычно они оседали у третьих секретарей, где их хоронила какая-нибудь стажёрка. Но не в этот раз.

Откликнулись не только Демидовы. Свои делегации — и на уровне Глав! — обещали прислать Юсуповы, Архиповы, Горюновы… Список читался как справочник по Бархатной книге Первых родов. «Небольшое мероприятие» в одночасье превратилось в событие имперского масштаба. За это от именинника он уже услышал «большое спасибо». А вот верхушка основного клана, хоть и жила последние недели в режиме аврала, возмущаться не спешила. Семья с подобного мероприятия свои политические дивиденды соберет обязательно. Так что родичи еще и в долгу останутся.

«Команда мечты!» — чуть нервно хмыкнул про себя Волконский.

— Света? — обернулся молодой человек к возглавляющей строй сестре.

Штатный аналитик Ветви подтянулась. По стойке «Смирно!». Удивительно, но она умудрялась выглядеть в этом положении естественно даже в вечернем платье серебристо-серого оттенка. Кажется, муштра Бойцова даром не прошла. Майор Смерть был способен любого научить берцы натягивать на свежую голову.

— Инструктаж проведён с каждым. Под расписку, — доложила Светлана.

— Вот как… — Павел медленно прошелся вдоль шеренги, ощущая, как нарастает тишина.

Остановился перед Викторией. Её алое платье было вызовом. Вызовом приличиям, тактике и его нервным клеткам. Оставалось только гадать, каким именно образом девушки удалось удержаться на самой грани приличий с такой длиной подола.

— Виктория, — негромко произнес молодой человек. — Основные правила поведения!

Девушка даже не скривилась, хотя сюзерен требовал воспроизвести от нее прописные истины, что вдалбливали в «уральскую принцессу» с детства.

— Улыбка, скромность! — коротко рявкнула та.

— И никакой магии! — напомнил резко клановец.

— Так есть! — тут же куда менее уверенно выдала Юсупова и, противореча сама себе, тут же спросила. — А если очень надо?

Павел застыл. И даже справился собой. Хотя скрипнуть зубами ему и захотелось.

— Тем более, если «очень надо», — чуть надавил голосом он, заглянув девушке в глаза.

Та прониклась. Кажется…

— От твоего «надо» и так уже пару поместий отстраивать предстоит чуть ли не заново, — покачал головой он Волконский. — Напомню, работать будем У МЕНЯ дома. Исключение: сигнал «Срыв!».

В этом случае бить можно любым способом и по кому придется. Цель одна: выжить в течение пары минут, пока не появятся эвакуационные группы.

Молодой человек скосил взгляд влево. У соседней машины Тишь как раз инструктировала одну из команд.

Однако этот вариант был разработан как экстренный. Павел не верил, что все может закончиться настолько плохо.

— Поняла, — удивительно покладисто заявила Виктория.

— Хорошо, — вздохнул Павел и обернулся к Тюфякиной. — Инна, держись поближе к Лене. Катерина, присмотри за Сашей.

Девушки кивнули. Никто не спорил. Все было триста раз обговорено до. Но Волконский предпочел «подушнить». Порядок действий в экстремальной ситуации — та штука, которую повторять можно бесконечно. Да и инструктаж вполне неплохо показал себя как способ борьбы с нервами.