Гимн шута 17 (СИ) - Федотов Антон Сергеевич

— Как хотите! — резко бросил он, поднимая руку.

— Стой! — сразу же отреагировал клановец.

Мужчина замер.

— Проснулся голос разума? — холодно спросил он.

— Подожди, — попросил Павел и обернулся к «воинству». — Та-а-а-ак…

Сергей и Марика тут же покачали головами.

«Секретность, понимаем.» — оценил жест Волконский.

А вот глазки Юсуповой прямо светились. Пока предвкушением. Не Льдом.

— Тогда ты, — пожал плечами молодой человек.

Девушка тут же аккуратно поставила пакеты на асфальт.

— Готова! — объявила она под негромкие смешки.

Скрываться смысла не имело.

Молодой человек вздохнул тяжело и кивнул.

— Этот, — ткнул пальцем уже не в «улыбашку». — Должен говорить.

— Поняла, — с энтузиазмом неофита шагнула вперед Виктория.

Через секунду над стоянкой под аккомпанемент криков разбегающихся в стороны случайных свидетелей, взметнулись вихри Силы.

Попался!

Вылерыч вздохнул и развернулся в кресле.

Посетитель ситуационного центра, расположившегося на сто двадцатом этаже высотки Волконских, шагнул от двери.

— Доброе утро, Виктор, — негромко произнес он.

Смысла прятать трубку с дымящимися листьями табака воевода уже не видел, а потому растекся по креслу и выдохнул клуб едкого дыма.

— Тут можно поспорить, — ухмыльнулся командир полицейского спецназа. — Причем по обоим пунктам.

Принято говорить «четвертый час утра». Но в штатном расписании гвардии это время обычно фигурирует как «ночь». Да и по поводу доброго, при первом же взгляде на дядьку, у старшего сына Анатолия Георгиевича возникли серьезные сомнения.

— Устал? — негромко спросил Виктор, с интересом рассматривая древнее устройство для употребления еще уже лет двести как признанного нежелательным на территории империи стимулятора.

Воевода только хмыкнул и пару раз щелкнул пальцами по клавиатуре.

— Ты со списком гостей ознакомься, — предложил Валерыч, ткнув в один из экранов.

Старший из детей Анатолия Георгиевича на фантазию не жаловался. А потому негромко выдохнул уже на восьмой Фамилии:

— А впрочем, кури, дядька, кури…

А то ведь тут и до того, чтобы пить начать недалеко.

Валерыч, развалившись в кресле, спокойно выдохнул:

— Это не помогает… — произнес он негромко. — Никогда не помогало…

Заявление вызвало интерес.

— Так зачем же ты это делаешь? — с интересом спросил капитан полицейского спецназа, вернувшись к списку.

— Зависимость, — с некоторым отвращением протянул воевода, рассматривая трубку. — Удивительное это занятие. Страдаю, когда нет возможности покурить, но как только она появляется, ловлю себя на мысли, что и рад бы был, если бы какая-нибудь высшая сила мне запретила мне курить…

Виктор покачал головой. Мужчина только что дочитал список гостей до конца. Он был вполне поменьше чем, например, у Горюновых (которые, кстати, тоже были приглашены и уже ответили согласием), но все равно впечатлял.

— Скажи мне, — неожиданно обернулся Гром. — Как ты еще не попался со своим… карамультуком?

Валерыч хрюкнул. Сравнение резной трубки из бриара с фитильным древним ружьем было довольно оригинальным.

— Мой адъютант — стихийник-воздушник, — просто сообщил он.

Несколько секунд мужчины молчали. Первым заговорил Виктор:

— Натворил брат дел, — констатировал Гром. — Всех на уши поставил.

Воевода изобразил хрюкающего дракона, хмыкнув «с дымком».

— Сам-то он где? — поинтересовался молодой человек.

— О, так ты еще не в курсе? — весело удивился старший родич, разворачиваясь к терминалу. — Тоже к балу готовится!

Настенный экран слева от Виктора вспыхнул миловидной мордашкой ведущей выпуска новостей.

— … На данный момент не удалось отыскать свидетелей происшествия… — самозабвенно вещала она на фоне грустно вскинувшего все оставшиеся три колеса к небу микроавтобуса.

— … Чудовищный удар отшвырнул машину на дерево…

Оператор взял крупным планом огромный дуб, меж стволов которого могучая сила «впечатала» еще один «бусик». Заднюю часть машины уравновешивал огромная ледяная глыба, «отвоевавшая» половину автомобиля.

Меж тем ведущая нашла героя дня. Им оказался дворник, отвечавший за этот участок.

— Очень вежливые детишки, — обстоятельно огладив кустистую бороду, принялся вещать дедок в форменной робе. — Извинились, пообещали подлечить нашего красавца… Вежество проявили!

Щелк!

Экран потух.

— Ну как тебе? — поинтересовался воевода.

— Он? — только и спросил Гром.

— Не совсем, — покачал головой Валерыч, выпуская еще один клуб дыма.

Клановец чуть удивленно приподнял бровь.

— Вот послушай, — негромко хмыкнул старший родич, открывая на центральном экране рабочей станции документ.

Судя по «шапке», это был полицейский рапорт. Можно было предположить, сразу с места происшествия.

— Хе-хе… — продолжил веселиться Валерыч. — Избранное! оцени формулировки.

Он пробежался глазами по экрану и принялся читать.

— «… Отшвырнула машину на пятнадцать метров…», «Расплющила а/м марки „Заря“ гос.номер 835… ударом двадцатитонным грузом в виде сотворенного куска льда…„, “… во время прибытия сотрудников полиции подозреваемые просились как можно скорее в камеру и умоляли…».

Теперь Гром приподнял уже обе брови.

— Да, так и написано, — подтвердил воевода. — «… Умоляли забрать их отсюда как можно скорее…»!

Мужчина покачал головой.

— Сбрось мне на почту потом, — попросил Виктор, вполне справедливо уверенный, что в рапорте найдется еще немало интересного.

Валерыч молча щелкнул по клавиатуре.

— Отправлено.

— А видео есть? — поинтересовался младший Волконский вкрадчиво.

— А как не быть-то? — вопросом на вопрос хитро усмехнулся командир клановых ВС. — Имеется, конечно!

— Так включай! — потребовал племянник.

Мужчины просмотрели видео в полной тишине. Затем еще раз. И еще. Посмеялись. И для верности прокрутили запись в четвертый раз.

— Так, все, — наконец-то решил Валерыч. — Пойду отдохну.

Виктор кивнул. Однако стоило воеводе покинуть центр, как клановец вновь перевел взгляд на настенный монитор. Коснувшись тачпада контрольной панели, он увеличил изображение. В кадр как раз попало спокойно-прекрасное лицо Юсуповой, мечущей на недругов гром и молнии.

Вернее, глыбы Льда.

Но «недругам» оттого было не легче!

Глава 17

Глава 17

— Красиво, — негромко произнес немолодой уже мужчина, откидываясь на спинку походного стула.

С таким видом какой-нибудь утонченный эстет мог присесть на лавочку в художественной галерее, предаваясь свободным размышлениям о великом замысле творца и поиску скрытых смыслов очередной картины.

Выглядел он соответствующе: аккуратным интеллектуалом в круглых очках с тщательно подстриженной бородкой, в которой практически не осталось темных волосков. Образ подчеркивало элегантное утепленное пальто, ныне полностью запахнутое, и выглядывающий из-под ворота шейный платок.

— И впрямь, — согласился его собеседник, занявший второй стул по другую сторону небольшого костерка. — Почти произведение искусства.

Этого человека остальной мир привык видеть совершенно иным: суетливым трусоватым карьеристом. И многие бы сильно удивились, доведись им когда увидеть умный ироничный взгляд настоящего Аркадия Алексеевича Мышкина.

Сейчас мэр Красноуральска наслаждался созерцанием игры пляшущих язычков пламени.

Собеседники не собирались в этот раз жарить мясо на костре. Но есть что-то особенное в том, чтобы присесть на берегу реки и развести огонь.

— Что ж, новый воевода свое обещание сдержал, — негромко подтвердил Полоз, бросив взгляд на ту самую «визитку» с координатами, что достал из внутреннего кармана минут уже пять назад.

— И весьма наглядно, — хмыкнул Мышкин.

Мужчины переглянулись и как-то одинаково усмехнулись.