Счастливо, Ивушкин! Избранное: Стихи, повести, сказки, пьесы - Ирина Петровна Токмакова

— О проклятущий Барнабас! Что он учинил на этот раз?

— Он издевается над Рекой.

— Как это?

— А так! Он завязал Реку тройным колдовским узлом. И теперь она никуда не течёт. Она не журчит, не льётся, почти не дышит. И все вот-вот погибнут.

— Кто? — спросила Маруся.

— Решительно все, — сказал Асей. — Шёпоты, шорохи, влажные душистые ветерки. Рыбы, раки, стрекозы, бобры, выдры, тритоны, пиявки, моллюски, ондатры, водоросли, водомерки, жуки, большие лягушки и малюсенькие головастики… Все, кто живёт в Реке, вдоль Реки, у Реки, за Рекой.

— О, ехидна! — сказала Маруся. — Когда же это случилось?

— На прошлой неделе. Пламя свечи пришло в такое волнение, я прямо испугался.

— Светит месяц, светит ясный! И созвездие Большой Медведицы, между прочим… — проворчала Маруся.

— Кленовая Королева в отчаянии, — продолжал Асей. — Яшмовый Рыцарь и тот в ужасе, вообще — все-все в тоске и тревоге. Тебе ведь известно, что значит Река для всех жителей страны Тут.

— Что делать? Ты уже подумал, Асей? — спросила Маруся.

— Долго думать не пришлось. Крыса-Ворона проговорилась, что заклинание, которое развяжет узлы на Реке, Злин так запрятал, что его сроду не найти…

— Вздор, — сказала Маруся. — Раз один что-то спрятал, то другой может это отыскать… Это же ясно!

— Но это ещё не всё, — вздохнул Асей. — Заклинание должна помочь отыскать и произнести маленькая девочка. Только тогда оно сработает.

— О Барнабас Злин, злейший из злых и худший из худших! — воскликнула Маруся.

— Ты понимаешь сама, Маруся. Мне без тебя никакую девочку в страну Тут не провести. Что мне тебе рассказывать. Провести ребёнка в страну Тут может только игрушка, пришедшая из этой страны и знающая пароль. А многие ли удостоились этой чести? Единицы! Но ты-то ведь пароль знаешь.

— Знаю, — подтвердила Маруся.

— Ты теперь Варина. Значит, пойти в страну Тут должна с тобой Варя и никто другой.

Варя молча слушала. В неизвестной стране Тут злой Барнабас Злин решил погубить Реку. И всё это имело какое-то отношение к Варе. Короче, Варя должна была помочь её спасти.

Интересно!

Глава вторая

НИЧЕГО НЕ ПОДЕЛАЕШЬ, НАДО РЕШАТЬСЯ

Старые стенные часы в резном деревянном футляре пробили одиннадцать.

И сразу же зазвонил телефон. Варя подняла трубку.

— Варя? — послышался мамин голос. — Варя, как ты там?

Варя вопросительно посмотрела на Марусю, Маруся сделала лапой знак: погоди, мол, пока ничего не рассказывай.

— Я — хорошо, мам, — сказала Варя бодрым голосом.

Она нисколечко и не притворялась! Ей действительно было хорошо.

— Варя, ты не нервничаешь, не боишься? Ты… Ты не кашляешь?

— Ну, мам! Я ж говорю, всё хорошо. А ты где?

— В институте. Сейчас приедет профессор де ла Мендоса.

— Хуан?

— Какой он тебе Хуан! Он профессор с мировым именем, а не мальчишка со двора! — вспылила мама. — Ладно, Варя, будь благоразумной. Я ещё позвоню.

Благоразумие — любимое мамино слово. А тут такие непонятности, что не до благоразумия!

— Ну что же, давайте решать, Маруся, — сказал Асей.

— Асей, но ведь у неё астма, мы не можем рисковать.

— Я думаю, риска нет. И даже наоборот, — сказал Асей.

Как это «наоборот», он пока что не объяснил.

— Варварушка, ну что? Пойдёшь с нами в страну Тут? — обратился Асей к Варе.

Варя на минуточку представила себе, кто-то завязал бы её любимую речку Яснышку, которая протекала у них на Глебовой горе, тремя узлами. Как бы она стала высыхать, и как бы она стала умирать, и стали бы погибать лягушки, и жуки, и смешные скользящие водомерки, и даже симпатичная водяная крыса, которую они видели с папой прошлым летом… Надо идти! Надо сделать всё возможное. Но ведь мама будет звонить.

— Я бы с радостью, — сказала Варя. — Только как же я уйду из дома? Мама не разрешила. И потом… она же будет звонить. Она испугается, если я не отвечу!

— Ну, это мы уладим, — сказала Маруся. — Ты меня слышишь, Зелёный Клим?

— Слышу, — ответил глуховатый, но одновременно и ласковый голос. — Всё слышу.

Варя вздрогнула.

— Маруся, кто это говорит? — в страхе прошептала она. — Кого ты называешь «Зелёный Клим»? Я никого не вижу!

Маруся засмеялась.

— Домик ваш зелёной краской выкрашен, верно? Ну вот, его и зовут Зелёный Клим. Успокойся, детка. Нам отвечает твой дом. Ты разве не знала, что он умеет разговаривать?

— Не-ет, — протянула Варя.

— Идите спокойно. Я отвечу на телефонный звонок. Не беспокойтесь, — вдруг добавил он Вариным голосом. И опять глуховато и ласково: — Варенька умница. Она хорошая девочка. Она сумеет вам помочь. Только вы вот что. Вы, пожалуйста, Аллан-Мели́ка тоже с собой возьмите.

— Да полно, Клим, — засмеялся Асей.

— Что сможет этот маленький карманный волшебник? — заметила Маруся.

— Ну всё-таки, — продолжал Зелёный Клим. — Он может пригодиться. Берегите Вареньку. Злин такой коварный. Я тревожусь за девочку. Я так её люблю…

Варя изумилась. Подумала про себя:

«Как? Разве не только человек может любить свой дом? Оказывается, и дом может любить человека. Или, может быть, не любить? А я и не знала, что наш домик меня любит… Как интересно!»

— Ну, раз ты просишь, Клим, — сказал Асей. — Чтоб тебе не волноваться…

Он стал быстро удаляться и уменьшаться, и вот уже ослепительная бесконечно малая точка мелькнула где-то вверху, исчезла. Варе показалось, что в комнате стало темнее. Но вот точка блеснула снова, стала расти и приближаться, и через минуту Асей уже опять стоял перед ними и улыбался. Из кармана его серебристого плаща выглядывало крошечное личико маленького человечка или, может быть, гномика? Личико было смуглое, нос с горбинкой, а брови были так черны, что казались наведёнными углем, чтобы играть черкеса в самодеятельном спектакле.

Асей достал человечка из кармана, осторожно опустил на пол.

— Здравствуйте, здравствуйте, — сказал человечек, запахивая полы бухарского халата. — Для тех, кто не знает: я великий волшебник Аллан-Мелик, маг и чудодей. Хотя, как можно меня не знать, не представляю себе.

— Чудодей на пять минут, — проворчала про себя Маруся.

— Как ты