Влюбленные беглецы - Барбара Картленд

– Готов спорить, что обо мне.

– А вот и нет, на самом деле я думаю о моем муже, как там он справляется с лошадьми. Они едут впереди или позади нас?

– Какая, к черту, разница? – грубо сказал Джим. – Ты просто помешалась на этом своем муженьке, вот что. Что он с у тобой делает – лупит, что ли, чтобы ты стала такой покорной?

Марина ничего не ответила, и он рассмеялся.

– Готов поспорить, что это правда. Женщины – они как животные. Их нужно приручать. Если их ласкать, они отворачиваются. Ударь хлыстом – и она у твоих ног.

– Это вовсе не верно, – сказала Марина. – Ты относишься к женщинам как к игрушкам, а они совсем не такие, и из-за своего отношения к ним тебе никогда не встретить свою женщину.

– Откуда тебе знать, может, я уже ее встретил? – возра­зил Джим, искоса глядя на Марину. – Ты меня заинтригова­ла. На вид такая хорошенькая и глупенькая, но у тебя есть мозги, это я тебе точно говорю.

– Спасибо, – язвительно ответила Марина. – Я по достоинству оценила твой комплимент.

– Вообще-то мне не нравится, когда у женщин есть мозги, – продолжал Джим. – Слишком долгие разговоры ни к чему не приводят. Разговоры – это для мужчин. Женщины должны быть мягкими и податливыми.

– Только по отношению к тебе! – парировала Марина. – Знаешь, может, это и странно, но в мире есть и другие мужчины. Такие, которые не высказывают столь унизительные мысли.

– А теперь подумай сама, – сказал Джим. – Ты мо­жешь говорить что угодно, но что такое жизнь обычной ба­бенки? В течение нескольких лет она красива, и если у нее хватит ума, она использует эти годы наилучшим образом, потому что знает: оставшиеся ей придется мучиться с кучей детей и мужем, который будет высматривать пташку, похо­жую на нее в молодости.

– Прекрати! Ты пугаешь меня! Мне просто страшно, что у кого-то могут быть такие пошлые, низменные пред­ставления обо мне и обо всех женщинах.

– Тебе не нравится правда, только и всего, – улыбнулся Джим, – Не думаю, если уж на то пошло, что ты вообще привыкла к правде. Сейчас ты хорошенькая; некоторые муж­чины будут говорить тебе, что ты – именно то, чего они искали всю свою жизнь, и все такое. Как только они получат то, чего хотят, – что тогда? Они отправятся ловить в свои сети кого-нибудь еще! – Джим на мгновение умолк, а затем почти вызывающе добавил: – Ну что, согласна?

Марина подумала о своих друзьях. Каким-то ужасным образом его слова частично были правдой. Она вспомнила любовные связи ее знакомых в Лондоне, Париже и Нью-Йорке. Вспомнила одну свою подругу, чей муж ушел к другой женщине. Эта подруга со слезами рассказывала: «Он не мог заполучить меня без брака, потому и женился на мне. Теперь он ищет оче­редную неприступную женщину!» Марина поежилась. Неужели это все, что уготовано для нее судьбой? Муж, который будет хотеть ее, пока она молода и привлекательна, а когда постареет, станет изменять ей с молодыми женщинами.

– Мои слова заставили тебя задуматься? – с насмешкой спросил Джим.

– Замолчи, – сердито ответила она. – Ты меня расстроил.

– Я же говорю тебе, целоваться лучше всяких разговоров, – сказал он. – От слов никакой пользы. Давай лучше ради разнообразия попробуем поцелуи.

С этими словами Джим протянул к ней руку, но Марина отстранилась от него.

– Ты обещал, – предупредила она.

– Если ты сейчас вылезешь, то сломаешь ногу, – в свою очередь предупредил он.

Сейчас они двигались быстрее, потому что ехали по шоссе.

– Как далеко мы едем? – спросила Марина.

– На окраину Лебрена. Это хорошее место. Если будет Я хорошая погода, сразу начнем готовиться к вечернему представлению.

– Что вы будете делать, когда мы приедем?

– Мужчины устанавливают большой шатер и все прочее. Беспокоишься о своем муженьке? Он будет слишком занят и слишком устанет, чтобы присматривать за тобой, это я тебе обещаю.

– Я вот просто думаю, – сказала Марина. – Наверное, это так утомительно – всю ночь ехать, а потом сразу начинать представление.

– Не забывай, что многие ожидают получить свое жало­ванье в пятницу вечером, – сказал Джим.

– А вот ты, кажется, не слишком утруждаешь себя работой, – сказала ему Марина.

– Тебе это кажется, – парировал Джим. – Кто-то же должен за. ними присматривать, иначе они так обнаглеют, что никто даже пальцем не пошевелит. Старику приходится полагаться на меня, Я тебе вот что скажу: просто помни, если ты хочешь, чтобы твой обожаемый муж не потерял ра­боту.

– Только не говори, что пытаешься меня шантажиро­вать! – воскликнула Марина. – Это будет последней кап­лей. – Она говорила непринужденно, и в ее голосе звучал смех, но в глубине Марина понимала: Джиму ничего не стоит выполнить свою угрозу.

– «Шантаж» – малоприятное слово, – ответил он, – но предположим, твой муж захочет повышения жалованья или может статься, местечко получше, чтобы поставить свой фургон, – согласись, все-таки есть разница, стоять где-нибудь по­дальше и поспокойнее или там, где под ухом вечно играет шар­манка. – Он повернулся и посмотрел ей в лицо. – Тебе нра­вится комфорт, разве не так? Какой же девушке не нравится? А иногда у красоток возникают трудности с деньгами. Дядюшка Джим может столько сделать для твоего супруга, если будешь с ним поласковей.

– Извини, но это все-таки шантаж, – твердо произнес­ла Марина. – И, честно говоря, меня совершенно не впечат­ляет, когда ты торгуешься.

– Жаль, – сказал Джим. – Разве тебе хочется, чтобы твой бедный муженек получил самую плохую работу? Есть работенка получше, а есть довольно опасная.

На этот раз Марина повернулась и посмотрела на него:

– Какой же ты все-таки подлец!

– Обещаю, я ни перед чем не остановлюсь, чтобы до­браться до тебя. Неужели не понятно?

– Ты несешь чушь, – бросила Марина. – Должна тебе еще раз напомнить: я вышла замуж совсем недавно. Я люб­лю своего мужа и никогда не стану смотреть на другого мужчину – особенно на тебя.

Джим рассмеялся.

– Это мы еще посмотрим, – сказал он. – Ну а пока не вини меня ни в чем, если ему что-нибудь не понравится.

В его словах слышалась нескрываемая угроза, и Марине стало немного жутко. Она ничего не ответила и больше не взглянула на Джима, понимая, что этот разговор лучше не продолжать.

С первого взгляда было видно, что Джим – абсолютно беспринципный человек. Марина инстинктивно поняла: чем больше она будет сопротивляться, тем настойчивее станет домогаться ее Джим. Несомненно, Джим Джонсон привык получать все, чего захочет.

– Сколько нам еще ехать? – спросила Марина, пытаясь сменить тему разговора.

Джим взглянул на аляповатые часы с широким серебря­ным браслетом на загорелой руке.