Рожденный в забвении - Мария Быстрова

— Отступник! Мой желанный друг! Я пришел, чтобы вернуть тебя домой. Сложи оружие, выйди к нам и покорись, иначе я заставлю тебя принять нашу волю.

— Засунь свою волю себе в задницу! — огрызнулся властелин этого мира, поднимая красные пылающие глаза к сводам обители.

Голос Охотника, казалось, сразу повеселел. В воздухе разлился азарт и жажда схватки.

— Что же. Мне понятен твой ответ. Тогда знай, отступник, скоро мы с тобой встретимся.

Костяшки пальцев на руках демона побелели.

— Жду с нетерпением, — процедил он.

— У меня есть для тебя сюрприз, — послышалась усмешка. — Тебе, еретик, выпала великая честь… испытать мое новое изобретение. Клетка… Попробуй переместиться куда-нибудь… куда угодно! В пределах этого мира… Или дальше. Ну, давай же…

Оба демона переглянулись. В воздухе возникло напряжение. Гость знаком показал, что он попробует. Переплетя пальцы обоих рук в сложном жесте, он коснулся ими виска и закрыл глаза. Вокруг него начал формироваться алый сияющий кокон. Но вместо того чтобы исчезнуть брюнет оказался подкинутым в воздух и, лишь благодаря чудесам гибкости тела, ему удалось приземлиться на обе ноги.

— Хе-хе-хе! Я чувствую, ты попробовал, — рассмеялся Охотник. — Тебе не сбежать! Проникнись этой мыслью. Осознаю всю безысходность. Я иду за тобой, мой новый друг!

Раскаты голоса утихли. Чужое присутствие исчезло. В звенящей тишине послышался отстраненный голос темноволосого демона.

— Дела, похоже, полнейшее дерьмо.

8. Пустынные кахари

Уже неделю мы двигались по пустошам. Местность представляла собой ровное желто-коричневое плато. То тут, то там из земли торчали бледно-зеленые колючки, катались по воле ветра пустынные саксаулы. Кое-где еще удавалось найти небольшие оазисы, чтобы напоить лошадей, наполнит фляги водой. Она уходила всегда чрезвычайно быстро, несмотря на то, что мы передвигались исключительно по ночам, под светом Ледяного Диска. Температура резко колебалось. Когда в зените солнце, царила такая духота, что невозможно дышать, когда же Диск, то холод сковывал ноздри. Это изнуряло. Особенно тяжело приходилось Харму, который отказался возвращаться в Адраку и с болью в груди путешествовал наравне со всеми, не жалуясь и отвергая всякую чрезмерную заботу Юлианы, но во время стоянки, когда он был в беспамятстве, все слышали его стоны. Оклемавшийся Фриг хотел помочь товарищу срастить кости с помощью магии, но Харм так взвыл, что пришлось горе-целителю отказаться от этой идеи. После долгих уговоров его все-таки усадили на Ворона, и дальнейший переход пустошей он проделал верхом. Фриг же занялся восстановлением своего скудного магического потенциала и развлекал нас на стоянках своими песнями. Он и правда оказался неплохим бардом и рассказчиком. Иногда Харм приходил в себя и подкалывал младшего товарища. Фриг обижался, но петь песни продолжал. Разные: и о любви — специально для нас с Аделью, и о древних воинах, правителях еще до демонической эпохи. Интересно слушать мифы Урфы, срифмованные Фригом. Я в который раз задавал себе вопрос, каким образом такого тонкого и даже ранимого человека занесло в шайку разбойников дороги.

Кзар, слава всем демонам, больше не предпринимал попыток увести наших лошадей, хотя и поглядывал на них порой с сожалением. Адель однажды поймала меня за руку, колдун в это время разговаривал с Хармом. Она шепотом сообщила, что призрак Меч, уже давно не следит за нами так пристально как впервые дни. Не смотря на это, мы продолжали играть роль влюбленных, вызывая завистливые взгляды несчастного Харма…

Нашу колонну теперь возглавляла Юлиана. Зная небесные карты, она вела наш маленький караван через пустоши, ни разу не сбившись с пути. Разбойница пребывала не в лучшем настроении. В частных разговорах с Аделью, она пыталась отговорить нас пересекать границу с землями, подвластными Царю Тьмы. И хотя девушка не вдавалась в подробности, но моя Адель смогла разобраться в ее чувствах и расположить Юлиану к себе. Молодец разведчица. Теперь они часто сидели вместе во время стоянки и увлеченно болтали о женских мелочах. Однажды, когда мы выкрали несколько минут побыть наедине, я поинтересовался, не выболтает ли моя «жена» чего-то лишнего, волшебница едва не испепелила меня взглядом. А после выдала ледяным тоном, что ни на секунду не забывает, что эта девица известная в округе Адраки бандитка, ради денег убившая не один десяток человек. И она, командир корпуса магической разведки, ни на секунду не забудет, что за этим милым личиком прячется безжалостная стерва, чьи портреты висят во всех отделах городской рыцарской гвардии. Завершила она свою яростную тираду сообщением о том, что если бы не наша тайная операция, она бы давно засадила девицу в острог. Мне стало не по себе. За игрой Адели, я уже начал забывать, что моя попутчица до корней волос исповедует принципы, вбитые ей Натаном и прочими соборниками. Разумеется, я не оправдывал действий разбойников и не был настолько циничен, чтобы разбрасываться человеческими жизнями. Тем более, что при определенных условиях, эта жизнь может стать моей собственной. И все же, разбойники оказались близки мне по духу, хотя бы за то, что они не боялись бросить вызов огромному властному механизму Урфы. Как и я, они были аферистами, а мы всегда поймем друг друга.

Пару дней спустя, во время очередной дневной стоянки, когда все легли отдыхать, подошла моя очередь дежурить. В тот раз мы прошли больше обычного, поэтому чтобы не клевать носом, я сначала почистил Ворона, потом стал точить меч и полировать кастет. После того, как все дела были сделаны, я уселся на землю и стал рассматривать спящие лица попутчиков. На лбах блестел пот. Даже в тени оазиса невыносимо душно. Беспокойнее всех дремал Лихтор. Мальчишка ворочался и определено грезил кошмарами. Я потряс его за плечи. Вздрогнув, он резко распахнул глаза. Оглядев окрестности, парень с облегчением выдохнул.

— Спасибо, господин Марк, — дрожащим голосом поблагодарил он.

Парень потер ладонями влажное вспотевшее лицо. Под глазом все еще желтел обширный фингал.

Я указал на место рядом со мной. Лихтор, все еще погруженный в свои мысли, тупо опустился рядом.

— Поговорим? — спросил я.

Только тут мальчишка насторожился и испугано взглянул на меня. Со времени событий в проклятой деревне нам не удалось нормально пообщаться. Парень постоянно пытался находиться в обществе Кзара или бандитов, избегая нас с Аделью, но сегодня он попался, и я не собирался упускать такую возможность.