Второй президент Чехословакии Эдвард Бенеш: политик и человек. 1884–1948 - Валентина Владимировна Марьина

у Бенеша осталось впечатление, что его кандидатура пройдет без больших трудностей. Но они возникли: председатель аграрной партии выступил против предложения Бенеша о занятии поста министра иностранных дел после его ухода безапелляционным сторонником «Града» Камилом Крофтой. Бенеш знал, что Беран предлагал кресло в Чернинском дворце посланнику в Германии Войтеху Мастному, тот однако отверг предложение под предлогом, что он чересчур стар и предпочитает работу заграницей.

Заседание президиума аграрной партии 28 ноября показало, что ни Беран, ни Годжа пока не держат в своих руках руководство партии так крепко, как Швегла. В верхушке партии наблюдались колебание и отсутствие единства, хотя долго ожидаемая кандидатура Бенеша многим и казалась очевидной. Необходимость избрания нового президента ошеломила руководство аграриев, снова раздались голоса о пожизненности президентства Масарика или о возвращении к старому плану Швеглы об избрании после Масарика формального главы государства без широких полномочий. В конце концов, принципиальное указание, принятое на заседании, свелось к следующему: «оттягивать и далее решение вопроса»[249].

Противники Бенеша быстро сплотились для наступления. Особенно активны были правые аграрии, которые рассчитывали получить поддержку и части социалистов[250]. Первое совещание руководителей правительственной коалиции по вопросу о выборах президента, состоявшееся 28 ноября, отвергло предложение попробовать снискать согласие Масарика на пожизненное президентство. Совещание пришло также к заключению, что кандидат коалиции будет назван после того, как каждая партия внесет свое предложение. Обстановку накалила и кампания в зарубежной прессе (прежде всего, в швейцарской) о грядущей отставке Масарика и якобы бесспорном избрании Бенеша на пост президента. Агитация в поддержку Бенеша, развернувшаяся сначала в заграничной прессе, была подхвачена потом чехословацкой печатью, поддерживавшей «Град». Безмерное восхваление Бенеша вызвало в стране неблагоприятный отзвук. Газеты правых буржуазных партий критиковали недемократические методы «Града» и социалистических партий, стремящихся диктовать народу свою волю. Разгорелась яростная журналистская битва, которая лишь затрудняла возможность спокойного достижения договоренности внутри коалиции[251].

30 ноября оппозиционное Национальное содружество, в котором под лозунгом «Ничего, кроме народа!» объединились национальные демократы с другими крайне националистическими группами, выдвинуло своего собственного кандидата на пост президента, семидесятипятилетнего Крамаржа. Но это было скорее демонстративным жестом. На следующий день, 1 декабря 1935 г., Бенеш имел конфиденциальный разговор с Годжей. Тот, несмотря на обструкцию части руководства аграриев, сохранял оптимизм относительно избрания Бенеша. Однако он был обеспокоен вопросом о том, кто займет кресло в Чернинском дворце, и отверг предложенную Бенешем кандидатуру Крофты. Годжа был заинтересован в объединении этой функции со своим премьерством и напрямую предложил Бенешу разделить власть в государстве между представляемыми ими течениями. Согласно записи разговора Бенешем, Годжа заявил, «что рабочие и крестьяне должны быть вместе, только в форме коалиции, что он думает, что им вместе было бы хорошо, что у него были бы правые, а у меня левые, и что так дело могло бы пойти…». «Я сказал, – значится далее в записи Бенеша, – что я хотел бы такого сотрудничества и соглашения, и уходя еще добавил: И навсегда. Он крепко пожал мне руку»[252]. Однако между Бенешем и Гождей, как считает Земан, тогда едва ли установилось действительное доверие. Бенеш своих врагов прощал с трудом, а Годжа ему в прошлом доставил, несомненно, много неприятностей. Согласно Бенешу, Годжа вел себя коварно, поскольку заверил его только в том, что аграрии не выставят собственного кандидата, но не обратил его внимания на то, что они могли бы против него поддержать другое лицо.

Годжа попросил Бенеша организовать немедленный прием Берана президентом, который бы ему лично подтвердил окончательное намерение подать в отставку. Некоторые аграрии тоже считали, что президента вынудили просить о ней. Во время аудиенции, состоявшейся в тот же день, Беран передал Масарику просьбу руководства аграриев остаться пожизненным президентом, пусть и с заместителем. Он обратил внимание на то, что в руководстве партии нет единства, и обострились противоречия. Масарик, хотя и сказал, что «усиление борьбы было бы не к добру», настаивал на отставке, поскольку не справляется с обязанностями: «Я прошу вас освободить меня от этой функции. Я не могу быть фигурантом». Уходя от Масарика, Беран якобы сказал, что он спокоен, поскольку может заверить руководство партии, что Масарик настаивает на своей отставке по доброй воле. Согласно его мнению, в вопросе избрания Бенеша президентом дальнейших трудностей не будет[253].

Однако в тот же день на узком заседании президиума аграрной партии против кандидатуры Бенеша выступил сенатор Враны. Его поддержали и другие руководители партии. Они полагали, что необходимо добиться единения правых сил и «выдвинуть буржуазного (гражданского) кандидата, поскольку группировка на левом фланге грозит превратиться в крупный блок, с которым пойдут и коммунисты». Но Годжа заявил, что, по его информации, уже половина людаков (партии А. Глинки) согласна проголосовать за Бенеша, и известно, что горячим сторонником его президентства является лидер лидовцев (народной партии) монсеньор Я. Шрамек. Беран во время споров предпочитал молчать, но во время перерывов в заседании сетовал, что «он за Бенеша и что от всего этого… чувствует себя несчастным»[254].

Аграрии, выступавшие против Бенеша, осознавая шаткость своей позиции, утверждали, что, по крайней мере, следует воспрепятствовать демонстрационному характеру выборов. В конце концов, на заседании более узкого президиума партии победила точка зрения, что следовало бы прозондировать мнение других партий о возможности выдвижения гражданского (буржуазного) кандидата против Бенеша. Также следовало бы взвесить возможность отложить выборы на начало будущего года и назначить новые парламентские выборы, которые бы решили, какого президента хочет население. К тому же не было ясно, должна ли сохраниться после отставки Масарика коалиция буржуазных и социалистических партий. Было принято предложение сторонников «Града» в партии Ф. Удржала и Ю. Славика из-за имеющихся разногласий «не выступать преждевременно по этому вопросу перед общественностью» и отложить принятие окончательного решения до следующего заседания президиума, назначенного через три дня. Представители крыла, не поддерживавшего «Град», однако не намеревались сидеть сложа руки и начали поиски подходящего кандидата. Не только политики, но и общественность, обеспокоенная слухами о закулисной борьбе, напряженно ожидала, какую позицию займут две сильные оппозиционные партии, генлейновцы и людаки. Прибывший 4 декабря в Прагу глава людаков монсеньор А. Глинка высказался против социалистического президента и рекомендовал избрать или Годжу, или же зятя Швеглы, министра внутренних дел, агрария Йозефа Чернего. 5 декабря с Глинкой встретился Бенеш. Он объяснил Глинке, что не хочет быть кандидатом ни левых, ни правых и что желал бы видеть единый католический блок, чтобы у немцев не было на выборах решающего слова. Кроме того, он заверил Глинку, что поддержит децентрализацию государства и что никогда ничего не