Второй президент Чехословакии Эдвард Бенеш: политик и человек. 1884–1948 - Валентина Владимировна Марьина

во внешней политике склонен к установлению «дружбы» с большевиками (СССР). С возрастом, как пишет 3. Земан, острые грани характера Бенеша не сгладились[234], и, по всей видимости, он и не собирался «изменять себя». В беседе с С. С. Александровским 8 января 1936 г., т. е. несколько дней спустя после того, как он стал президентом, Бенеш со свойственной ему самоуверенностью заявил, что «все время был абсолютно уверен» в результатах выборов. Они, отметил он, могли пройти еще два года назад, но, якобы по его договоренности с Масариком, это должно было произойти только после установления дружеских взаимоотношений Чехословакии с СССР: «Лишь после этого Масарик считал правильным уйти и передать свое место Бенешу. Бенеш раньше, дескать, не мог сказать этого открыто, но теперь может и предлагает сделать из этого вывод, как серьезны были намерения его и Масарика по отношению к СССР»[235]. Возможно, это и являлось одной из причин отсрочки выборов, но были другие, связанные с внутриполитическим положением в стране и оценкой личности Бенеша как претендента на пост президента. Много наблюдений в этом плане сделано в книге 3. Земана, тщательно отследившего при опоре на широкий круг источников все перипетии политической борьбы в ЧСР в ходе предвыборной кампании[236]. Данная глава базируется главным образом на собранных им по этому вопросу материалах.

Как уже говорилось ранее, Масарик поднял вопрос о кандидатуре Бенеша на пост президента сразу после своего возвращения на родину, затем снова ставил его не раз. При этом Масарик вел переговоры главным образом с поддерживающими группировку «Града» политическими лидерами, но даже и их позиция не была однозначна. Когда в начале 1930 г. – тогда отпраздновали восьмидесятилетие Масарика – в печать просочились инспирированные президентом слухи, что он подумывает об отставке и рассчитывает на избрание Бенеша, возникли неожиданные проблемы. Социал-демократическая партия заявила, что в этом случае, по всей видимости, выставила бы своего кандидата, а также оказалось, что Бенеш не пользуется безоговорочной поддержкой всех видных деятелей своей собственной национально-социалистической партии, не говоря уже о лидере национально-демократической партии Крамарже. Бенеш, который не оставлял надежды при поддержке Масарика стать президентом, не выпустив при этом из своих рук «вожжи дипломатии», грозил в случае, если его не изберут, уйти из политической жизни и эмигрировать. Следует отметить, что во всех партиях и крупных общественных движениях (например, в Обществе легионеров, Союзе учителей) у него было много приверженцев. Бенеш и группировка «Града» пользовались серьезной поддержкой прессы и любовью деятелей культуры и писателей. Кроме того, как пишет Земан, Бенеш не гнушался использовать секретные фонды подвластного ему министерства иностранных дел, чтобы сделать обязанными себе видных общественных деятелей. Различные поддержки и личные кредиты, концессии в предпринимательстве и сведения о трансакциях, осуществляемых высшими должностными лицами зачастую на грани законности, давали ему в руки мощное оружие. Он поддержал, например, одного из лидеров словацких аграриев, Вавро Шробара, которому требовались деньги для санатория в Тренчианских Теплицах. Сравнительно дешево Бенеш снискал «бесконечную благодарность» пани Белы Сыровой и ее мужа, начальника Генерального штаба, который не смог рассчитаться со своими долгами[237]. Методом подкупа Бенеш привлекал на свою сторону и людей из числа национальных демократов, чтобы умерить остроту нападок их печати на проводимую им внешнюю политику.

В 1932 г. появилась серьезная пробоина в антибенешевском фронте. В августе к Масарику обратился лидер словацких аграриев Милан Годжа, который наряду с Андреем Глинкой считался одним из самых способных словацких политиков. По некоторым сведениям, Годжа дал понять, что «готов разбить аграрную партию и проводить желаемую Градом политику, если будет поддержан в финансовом отношении, на что потребовалось бы 3–4 миллиона крон». Тем самым Годжа предложил содействие своей партии в поддержке Бенеша на президентских выборах. Сначала Бенеш сомневался в этом предложении: с Гождей у него по ряду причин не сложились отношения. С лидером словацких аграриев вел переговоры адвокат Вацлав Боучек, довоенный соратник Масарика по партии и серый кардинал президента. Годжа вел накладный образ жизни, подозревался в коррупции и имел огромные долги. В разговоре с Боучеком он в обмен на свою и аграрной партии лояльность к «Граду» и Бенешу требовал снятия с него подозрений в коррупции, финансовой поддержки и высоких государственных постов: «Да, я хочу стать министром иностранных дел или иным министром, хочу стать и председателем правительства…, если отношение пана президента ко мне будет ясным»[238].

Непосвященных поэтому удивило, когда Масарик 29 октября 1932 г. при смене правительства добился введения в кабинет Я. Малипетра на ключевой пост министра сельского хозяйства консервативного Годжу. Он только немного проиграл борьбу за пост председателя правительства. Поражению способствовали и слухи о согласии Годжи поддержать кандидатуру Бенеша на пост президента, которые обеспокоили настроенную против «Града» часть аграриев.

Кроме того, с острой критикой Бенеша и его политики опять выступил А. Швегла, здоровье которого в 1933 г. несколько улучшилось. Предполагалось даже, что он может выставить свою кандидатуру на пост президента. Если бы Швегла выиграл выборы, шансы Бенеша попасть на это кресло изрядно уменьшились бы. Даже после смерти Швеглы в декабре 1933 г. Масарик считал, что шансы Бенеша невелики, а рисковать он не хотел. Противники Бенеша сплотились под лозунгом: «Масарик – пожизненный президент». Да и сам Масарик, как пишет Земан, с возрастом утратил решимость уйти с поста, ему казалось, что он еще многого не сделал. Так, в мае 1934 г. Масарик снова стал кандидатом в президенты.

Сторонник Бенеша Ф. Пероутка советовал ему для упрочения своих политических позиций в преддверии выборов заручиться помощью социалистических партий, но оказалось, что и это осуществить очень трудно. Социал-демократы во главе с их лидером Антонином Гамплом колебались в поддержке кандидатуры Бенеша. В национально-социалистической партии власть в своих руках стремился держать ее вице-председатель Эмил Франке, который не симпатизировал Бенешу. Осенью 1933 г. «Град» получил тревожное сообщение: Франке и социал-демократы готовятся к акции, организованной Швеглой, с целью изолировать Бенеша, не допустить его участия во всех государственных и внутриполитических делах и ограничить его деятельность только вопросами внешней политики. Кандидатура Бенеша на пост президента должна была быть отвергнута, после чего последовало бы его устранение с поста министра иностранных дел[239]. Но «заговор» так и остался на уровне политической интриги, поскольку Бенеш свою кандидатуру на выборах главы государства в 1934 г. не выдвигал.

Все это происходило на первом году правления Гитлера и во время великого экономического кризиса, который нанес жестокий удар по зависящей от экспорта Чехословакии. При этом особенно пострадало немецкое население пограничных областей Чешских земель, где концентрировалась большая часть легкой, работавшей на экспорт