Плетельщица снов - Наталья Журавлёва

неожиданности он громко выругался и расцепил руки, выпуская меня на свободу.

Мама всегда говорила нам с Евой: если чувствуете, что что-то идет не так, сразу уходите! Даже если вам кажется, что опасность вам просто кажется.

Я не стала испытывать судьбу и со всех ног припустила на свет уличного фонаря, видневшийся в конце переулка. Топота сапог за моей спиной, к счастью, не последовало. Наверно, Томас еще приходил в себя: все-таки я неплохо его приложила.

Я выбежала на Центральную площадь. От нее до улицы Синих Птиц можно было пройти двумя путями: длинным по освещенному проспекту или коротким, но по темному переулку. Мне так хотелось как можно быстрее оказаться дома, что я выбрала кратчайший путь — по темному узкому переулку, названия которого даже не помнила.

Быстрыми шагами я шла вдоль каменных стен домов без единого окна.

Впереди уже манил теплый розовый свет магических фонарей. Я прибавила шаг, но вдруг слева от стены отделилась тень, загородив собой дорогу.

Я резко остановилась и замерла.

— А кто это у нас тут? — раздался скрипучий мужской голос. — Похоже, птичка залетела в клетку!

Кажется, мое сердце перестало биться, а потом меня охватила паника.

Глава 16

Только теперь я осознала, как глупо поступила, решив отправиться домой в гордом одиночестве. Конечно, Томас повел себя недостойно и мерзко, но в сравнении с тем, что теперь я стояла одна в темном переулке, и на меня надвигался какой-то тип с очень прозрачными намерениями, это казалось сущей ерундой.

Я сделала несколько шагов назад и уже развернулась, приготовившись бежать, когда еще двое перекрыли выход из переулка. Тени, не спеша, приближались ко мне с обеих сторон. Очень быстро они приобрели очертания крепких громил, выражения лиц которых не сулили мне ничего хорошего. В руке первого сверкнул клинок, двое других держали увесистые дубины.

— А птичка совсем не дурна собой, — проскрипел тот, что был с ножом. — Ребята, сегодня нам скучно не будет.

— Моя птичка, — засопел один из громил.

— Встань в очередь, — толкнул его другой.

— Сам встань!

Я вжалась в стену, с ужасом понимая, что бежать мне просто некуда.

— Я тут решаю, чья добыча, — выдохнул первый. Хотя он был на голову ниже подельников, но явно имел у них авторитет.

Громилы замерли, не смея спорить. До моего слуха доносилось их недовольное сопение.

— Не трогайте меня, — выкрикнула я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал. — Я владею магией!

— А кто ей здесь не владеет, — мерзко хихикнул предводитель банды, перекинув нож из одной руки в другую. — Моя тетушка тоже использует магию, чтобы метла сама подметала двор. А другая тетушка использует магию, когда нужно промыть пшено, не замочив руки.

Один из здоровяков захохотал, видимо, шутка главаря пришлась ему по вкусу.

— А какой же магией нас хочет напугать маленькая птичка?

И он был чертовски прав — моя магия не была предназначена ни для защиты, ни для нападения. Я плела первоклассные иллюзии, которые оживали, когда люди засыпали. Но даже на их создание требовалось время.

— Я могу сплести вам сны, которых вы никогда не видели, — промямлила я. — Все, что вы захотите, любые ваши фантазии.

Главарь шайки выбросил вперед руку и быстрым движением срезал лямку платья на моем плече.

— У меня сейчас только одна фантазия, — прохрипел он. — И я собираюсь осуществить ее наяву.

Внутри у меня все сжалось от ужаса. Я приготовилась кусаться и царапаться — все что угодно, только не сдаваться.

— Советую быть со мной поласковее, — даже в полутьме я видела, как рот главаря растянулся в ухмылке.

Он шагнул ко мне.

Мои ноги вдруг сделались ватными. Вместо того чтобы наброситься на отморозка, попытаться расцарапать ему лицо или посильнее ударить коленом между ног, как собиралась еще мгновение назад, я начала оседать, ощущая свою полную беспомощность.

— Отошел назад, — вдруг громыхнул мужской голос.

Бугаи завертели головами, но было слишком темно, чтобы хоть что-то увидеть.

— Я сказал три шага назад, — повторил голос, — и, возможно, вы уйдете отсюда на собственных ногах.

Моя первая мысль была: это Томас! Он нашел меня!

Слава богам! Томас сможет защитить меня!

— Проходи мимо, и я сделаю вид, что ничего этого не слышал, — ничуть не смутившись, предложил главарь.

Его приспешники загоготали.

Меня снова накрыла паника. Даже при том, что Томас капитан городских дозорных и отлично физически подготовлен, сможет ли он выстоять сразу против троих. И что будет со мной, если он будет повержен?

— Вероятно, я недостаточно ясно выразился, — голос раздался ближе. — Отойди от девушки, и никто не пострадает.

Я вдруг поняла, что это вовсе не Томас. Голос казался знакомым, но я никак не могла определить, кому он принадлежит.

Предводитель шайки громко, на показ вздохнул и, словно нехотя, приказал бугаям:

— Ребята, прихлопните эту навязчивую блоху, а то веселиться мешает.

От страха мысли в моей голове начали путаться. Хотелось лишь одного — чтобы все это оказалось обычным кошмаром, а я проснулась в своей уютной постели и обнаружила, что просто забыла повесить у кровати рукотворный сон.

Но я не могла просто проснуться, потому что точно знала — все это происходит на самом деле.

Здоровяки засопели и шагнули в темноту, туда, откуда мгновение назад доносился знакомый мне мужской голос. Я приготовилась к худшему.

Внезапно голубая вспышка озарила проулок. Она была настолько яркой, что мне пришлось зажмуриться. Инстинктивно я присела, обхватив колени руками и опустив голову. Когда свет перестал просачиваться сквозь закрытые веки, я открыла глаза.

Мне понадобилось несколько мгновений, чтобы хоть что-то увидеть. Вокруг снова была темнота, и все же я смогла разглядеть, что оба бугая, скрючившись, валяются на земле. Раздались стоны. Один из громил принялся тихо всхлипывать.

Боевая магия! Я слышала о ней раньше, но никогда не видела в действии. Голубое свечение говорило о том, что маг был обучен высшим ступеням боевого искусства.

— Теперь ты, — снова раздался спокойный голос.

Главарь шайки попятился назад, споткнулся об меня, сидящую на корточках, проворно развернулся и, схватив меня за волосы, резко потянул наверх. Вскрикнув, я ощутила, как бандит приставил к моей шее нож, заломив вторую руку за спину. А потом он разжал ладонь, выпуская оружие, но лишь для того, чтобы