Сын Тишайшего-3 - Александр Яманов

делами. Наверняка ещё нашептали про жестокость царя к боярам с церковью, излишества и разврат. Для тринадцатилетнего юноши это могло стать большим ударом. Он же верил старшему брату, который изображал собой всеведущего и доброго, заставляя смотреть на себя, как ни икону.

Понятно, что Петруша выразился иначе, начав сыпать обидами и упрёкам, когда мне удалось его разговорить. Пугало, что он старательно уклонялся от ответов, откуда такие мысли и кто рассказал ему о моих деяниях. Мол, слуги и окружающие сплетничают. Ага! Это кто у нас такой храбрый, что злословит о царе, пропускающем заутренние службы или незаслуженно казнившем князя Черкасского? Слуги этого делать не будут. Вернее, у них сплетни специфические, а здесь речь о сознательном подрыве моего авторитета.

Даже не знаю, как теперь быть. Если взять за жабры Пронских и Леонтьевых, то это может сильнее ожесточить Петра. И чего делать с Натальей Кирилловной? А ещё есть младшая сестрёнка, с которой я хочу ссориться меньше всего.

Тут ещё наслаиваются мои требования о необходимости получения царевичем всестороннего образования. А он сам тяготеет исключительно к артиллерии и фортификации. Благо хоть языки ему даются, а я периодически разговариваю с роднёй на польском или немецком. Помогает соревновательный эффект, ведь Иван и Наталья освоили ещё и французский. Вот братец старается не отставать, ибо слишком завистлив и тщеславен. Эти черты характера начали проявляться именно в последний год. Пока я решил дать юноше шанс, может, несколько. В конце концов, его легко увлечь именно армейскими делами. Плохо, что не наблюдается желания глубже вникать в науки.

Значит, пойдём немного иным путём. К арифметике и геометрии у Петра отторжения нет, скорее наоборот. Буду привязывать их к его желанию стрелять из пушек и строить укрепления. Тиммерману тоже сделаю внушение, чтобы голландец был более убедительным. Заодно начну разговаривать с братом на иностранных языках, ещё и по географии с обществознанием урок устрою. В жизни всякое может случиться. Вдруг мы с Иваном умрём, не оставив наследников? А так младший Романов получит более качественное образование. Да и его воспитанием я продолжаю заниматься, вдалбливая здоровые принципы, вроде семь раз отмерь и один раз отрежь. И что голова дана человеку, чтобы думать, а не только в неё есть. Пока получается с переменным успехом.

Что касается Ивана, то он образованный и толковый по меркам этого времени. А ещё братец — домашний человек, чурающийся массовых мероприятий, предпочитая им общение с родственниками, прогулки и чтение. И я начал постепенно загружать его работой, собираясь со временем отдать Ивану министерство финансов. Кому ещё можно доверить столь важный пост?

Злит меня излишний романтизм брата, более присущий какой-нибудь юной девице. В последнее время он увлёкся рыцарскими романами, особенно когда освоил французский. Раньше интересовался историей — и вдруг такой поворот. Даже Пётр изучает биографии великих деятелей прошлого, только с уклоном в полководцев. Но меня почти не волнует будущая семейная жизнь младшего Романова, в отличие от среднего. Велика вероятность, что Ваня попадёт под влияние супруги. Или будет тяготиться ею, поняв со временем, что они абсолютно разные люди.

Глупо рассуждать о подобном в XVII веке, но мне нужен здоровый тыл. К тому же хочется, чтобы близкие люди были счастливы. Вспоминаю недолгий счастливый период в жизни Фёдора. Ведь они жили с Агафьей Грушевской душа в душу. Это был не только политический, но и духовный союз двух людей, нашедших друг друга. Такое единение — в принципе редкость, не говоря уж о браках монархов.

Поэтому и мужей сёстрам я подбирал весьма скрупулёзно. Девицы готовы были выскочить за первого встречного. Утрирую, но ситуация похожая. Что касается Ивана, то он как телок — доверчивый и ведомый. Попадётся в качестве жены невежда или стерва, то ничего хорошего из брака не выйдет. Во втором случае ещё и я буду постоянно напрягаться, ожидая подставы или удара в спину.

Для того и проводилась обработка восторженного молодого человека, дабы он начал думать головой, постаравшись исключить эмоции. Ещё я ему девицу подложил, чтобы Ваня потренировался и знал, куда тыкаться в первую брачную ночь. Ха-ха! Шучу. Просто необходимо сбить этот излишне восторженный настрой. Иначе он бы продолжал считать секс таинством. Здесь постаралась травница Юлия, рекомендовав свою клиентку. Молодая женщина маялась без детей, ибо её муж бесплоден. Вот мы и решили убить сразу двух зайцев. Ваня потренировался, а мадам получит долгожданного ребёнка. Как там договаривались с её супругом, мне без разницы.

Дело это житейское и практикуется много веков. Главное, чтобы всё происходило по взаимному согласию. Братец несколько раз посещал Воробьёво, где происходили встречи. Значит, процесс ему понравился и дамочка осталась довольной.

— Поверь, историю выбора невесты и последующую женитьбу нашего батюшки я знаю лучше тебя, — отвечаю брату. — И вначале он выбрал отнюдь не нашу матушку. Да и вокруг моего сватовства к Агафье было столько грязи с интригами, что вспоминать тошно.

Судя по вздёрнувшимся бровям, наш домашний мальчик оставался в счастливом неведении, не зная, что Алексей Михайлович выбрал в жёны Евфимию Всеволожскую[1]. Марию Милославскую протолкнули позже, опорочив более удачливую, но не имеющую знатной родни конкурентку. Фёдора тоже долго пытались убедить, что Грушевская ему не подходит, но здесь коса нашла на камень.

Кстати, как я ни пытался, но бояре продавили участие в смотре Прасковьи Салтыковой. Хотя в грамоте с описанием достоинств и требований к кандидаткам было чётко написано, что она не должна быть старше Ивана более чем на год. Но вокруг выбора супруги брата разгорелись такие баталии, что я туда особо не лез. Вернее, поручил Башмакову и Пушкину проверить всю подноготную девиц, вычеркнув из списка претенденток более половины. В первую очередь речь шла о перестарках, уродинах и невеждах. Ещё важно, чтобы ни один род не получил преимущества. Поэтому Барятинские и Волконские сразу отпадали, ведь они уже породнились с правящим семейством. Зато свой шанс получили менее родовитые семейства. Это для сестёр я подбираю мужей строго из Рюриковичей, Гедиминовичей и Чингизидов. Брат может жениться и на простой дворянке.

В итоге к смотру допущены двадцать девять девиц, которые сейчас начнут по одной заходить в палаты. Претендентка должна продефилировать пару раз по немалому помещению, а затем рассказать о себе, уложившись в пять минут. Это примерно четыреста пятьдесят слов, если говорить спокойным тоном и не спешить.

А вот далее византийский стиль выбора невест претерпит некоторые изменения. Иван остановится на трёх кандидатках, может, четырёх, но не более. И ему предстоят встречи